WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |

«ЭФФЕКТИВНОСТЬ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ТРУДОВОГО ПРАВА ...»

-- [ Страница 1 ] --

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ О.Е. КУТАФИНА (МГЮА)

На правах рукописи

Лютов Никита Леонидович

ЭФФЕКТИВНОСТЬ НОРМ

МЕЖДУНАРОДНОГО ТРУДОВОГО ПРАВА

12.00.05 – трудовое право; право социального обеспечения

Диссертация на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Научный консультант

доктор юридических наук, профессор, академик РАСН, заслуженный деятель науки РФ, К.Н. Гусов Москва – 2013 СОДЕРЖАНИЕ Введение

Глава 1. Общие концептуальные подходы к современному международному трудовому праву

§1. Понятие и отраслевая принадлежность международного трудового права

§2. Нормы международного трудового права: понятие и юридическая природа

§2.1. Соотношение понятий «норма МТП», «источник МТП» и «международные трудовые стандарты»………

§2.2. Нормы jus cogens и МТП

§2.3. Международные договоры как основной вид норм МТП.................76 §2.4. Толкование международных договоров и международный обычай в МТП

Глава 2. Критерии и факторы эффективности норм международного трудового права

§1. Общий методологический подход к критериям и факторам эффективности норм международного трудового права

§1.1. Понятие эффективности норм МТП



§1.2. Существующие методики оценки эффективности норм МТП....104 §1.3. Методология общей оценки эффективности норм МТП..............112 §2. Эффективность выработки международных трудовых стандартов.........115 §3. Принятие государствами обязательств в отношении норм международного трудового права

§3.1. Общая динамика ратификации конвенций МОТ

§3.2. Кампания МОТ по всеобщей ратификации фундаментальных конвенций

§3.3. Процесс ратификации нефундаментальных конвенций МОТ.......136 §3.4. Уровень ратификации конвенций МОТ отдельными странами...147 §4. Факторы, влияющие на эффективность соблюдения норм международного трудового права

§4.1. Гибкость норм МТП

§4.1.1. Гибкость содержания

§4.1.2. Гибкость формы

§4.1.3. Гибкость применения

§4.2. Координационный характер международных отношений...........180 §4.3. Перегруженность контрольных органов МОТ

§4.4. Сложность и нечеткость международных контрольных процедур

§4.5. Политическая мотивация субъектов МТП

§4.6. Глобализация и регионализация международных отношений в сфере труда; связь МТП и международной торговли

§ 4.7. «Приватизация МТП»: негосударственные способы регулирования отношений в сфере труда с участием МНК

§ 4.7.1. Корпоративные кодексы поведения и корпоративная социальная ответственность

§ 4.7.2. Международные рамочные соглашения и социальный диалог на международном уровне

Глава 3. Соответствие российского трудового законодательства международным трудовым стандартам как критерий эффективности норм международного трудового права

§1. Способы взаимодействия международных трудовых стандартов и национального трудового законодательства

§2. Соответствие трудового законодательства России международным договорам

§2.1. Свобода объединения и право на ведение коллективных переговоров

§2.2. Запрет принудительного и детского труда

§2.3. Оплата труда

§2.4. Иные трудовые права

§3. Соответствие трудового законодательства России актам аутентичного толкования международных договоров

§3.1. Свобода объединения и право на ведение коллективных переговоров

§3.2. Запрет дискриминации в области труда и занятий

§3.3. Заработная плата

§3.4. Рабочее время

§3.5. Прекращение трудового договора

§4. Соответствие трудового законодательства России международным рекомендательным актам…………………

§4.1. Общий обзор международных рекомендательных актов в сфере труда

§4.2. Свобода объединения и право на ведение коллективных переговоров; запрет принудительного труда

§4.3. Иные рекомендательные МТС

§5. Соотношение трудового законодательства России и международных договоров, по которым Россия не несет обязательств

§5.1.

Защита требований работников при банкротстве работодателя

§5.2. Участие работников в управлении организацией

§5.3. Сохранение прав работников при смене собственника имущества работодателя

§5.4. Дистанционный труд

§5.5. Работники-мигранты и гармонизация трудового законодательства в рамках проекта евразийской интеграции

§5.6. Проблема заемного труда и деятельность частных агентств занятости

Заключение

Библиография

Используемые сокращения:

• АС – Административный совет МОТ.

• Венская конвенция 1969 г. – Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г.

• Венская конвенция 1986 г. – Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г.

• ВВП – валовый внутренний продукт.

• ВС – Верховный Суд Российской Федерации.

• ГАТТ – Генеральное соглашение по тарифам и торговле.

• ГК РФ – Гражданский кодекс Российской Федерации.

• ГПК РФ – Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации.

• Декларация МОТ 1977 г. – Трехстороння декларация принципов МОТ, касающаяся многонациональных предприятий и социальной политики 1977 г.

• Декларация МОТ 1998 г. – Декларация МОТ об основополагающих принципах и правах в сфере труда 1998 г.

• Декларация МОТ 2008 г. – Декларация МОТ о социальной справедливости в целях справедливой глобализации 2008 г.

• ЕврАзЭС – Евразийское экономическое сообщество.

• ЕКПЧ – Конвенция о защите прав человека и основных свобод.

• ЕКСП – Европейский комитет по социальным правам.

• ЕПС – Европейский производственный совет.

• ЕС – Европейский Союз.

• ЕСС – Европейский суд справедливости.

• ЕСПЧ – Европейский суд по правам человека.

• ЕСХ – Европейская социальная хартия.

• ИЧР – индекс человеческого развития.

• КК – Комитет МКТ по применению конвенций и рекомендаций.

• КПЧ – Комитет по правам человека ООН.

• КоАП РФ – Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

• КС – Конституционный Суд Российской Федерации.

• КСО – Комитет по свободе объединения МОТ.

• КТР – Конфедерация труда России.

• КЭ – Комитет экспертов МОТ по применению конвенций и рекомендаций.

• КЭСКП – Комитет по экономическим, социальным и культурным правам ООН.

• МБТ – Международное бюро труда.

• МКТ – Международная (генеральная) конференция труда.

• МНК – многонациональная корпорация.

• МОТ – Международная организация труда.

• МПГПП – Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г.

• МПЭСКП – Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г.

• МРОТ – минимальный размер оплаты труда.

• МРС – международное рамочное соглашение.

• МТП – международное трудовое право.

• МТС – международные трудовые стандарты.

• НПО – неправительственная организация.

• ООН – Организация объединенных наций.

• ОЭСР – Организация экономического сотрудничества и развития.

• СЕ – Совет Европы.

• СНГ – Содружество Независимых Государств.

• СТК – совет трудового коллектива.

• Роструд – Федеральная служба по труду и занятости Российской Федерации.

• РСПП – Российский союз промышленников и предпринимателей.

• РТК – Российская трехсторонняя комиссия по регулированию социальнотрудовых отношений.

• ТК РФ – Трудовой кодекс Российской Федерации.

• Филадельфийская декларация МОТ – Декларация относительно целей и задач Международной организации труда 1944 г.

• ФНПР – Федерация независимых профсоюзов России.

Введение





Актуальность темы научного исследования. Современная экономическая и политическая ситуация в мире, связанная с глобализацией международной торговли, конкуренцией между богатыми и бедными странами и фундаментальными экономическими сложностями в большинстве регионов, делает проблему международного сотрудничества в области трудовых прав человека особенно острой. Поэтому формулирование концептуальных подходов к определению эффективности норм международного трудового права (далее – МТП) чрезвычайно важно.

При этом МТП – это крайне сложное, комплексное межотраслевое правовое явление. Относительно простые методы оценки эффективности норм национального права (в том числе, трудового), связанные с сопоставлением целей, закрепленных в законодательстве, с результатами их выполнения, практически неприменимы для МТП. Это связано с координационным, а не субординационным характером международных отношений, их децентрализацией и скорее политическим, нежели правовым, характером контроля за соблюдением норм МТП.

Общие международно-правовые подходы к определению эффективности правовых норм также не могут качественно учесть специфику МТП, связанную с чрезвычайно возросшей в последние десятилетия частноправовой составляющей МТП, обусловленной возрастающей ролью многонациональных корпораций (далее – МНК), международных профсоюзов и иных неправительственных организаций и, соответственно, социального диалога на международном уровне. Новые субъекты МТП принимают новые акты, статус которых еще не до конца однозначно определен в отечественной и зарубежной правовой доктрине. К таким актам можно отнести корпоративные кодексы поведения МНК, международные рамочные соглашения, социальную маркировку и др. Система контроля за этими актами связана, с одной стороны, с добровольным принятием на себя обязательств адресатами этих актов или их участниками, а с другой стороны – экономическим воздействием на них со стороны гражданского общества и международных организаций. При этом данные акты сосуществуют с традиционными нормами МТП, причем в одних случаях можно говорить взаимодействии между ними, а в других – о конкуренции, наносящей ущерб реализации прав человека в сфере труда в разных странах.

Кроме того, начиная со второй половины ХХ в. монополия Международной организации труда (далее – МОТ) в создании и контроле за соблюдением международных трудовых стандартов (далее – МТС) была подорвана другими международными структурами – ООН и региональными международными организациями. Таким образом система норм МТП и контроля за их соблюдением значительно осложнилась.

Россия – это неотъемлемая часть мирового сообщества, и общие проблемы эффективности норм МТП, безусловно, отражаются на эффективности применения норм внутреннего трудового права России, поскольку международные договоры Российской Федерации и основополагающие принципы и нормы международного права, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются составной частью правовой системы. Что не менее важно, нормы МТП непосредственно влияют на возможность совершенствования содержания норм внутреннего российского трудового права путем использования удачных образцов с целью инкорпорации. Кроме того, эффективные международные контрольные механизмы стимулируют и российских правоприменителей более полно и четко реализовывать трудовые права человека.

Сказанное обусловливает безусловную необходимость выработки концептуальной системы оценки эффективности норм МТП, учитывающей в той или иной степени все описанные проблемы.

Степень научной разработанности темы исследования. В правовой науке многократно исследовалась эффективность норм международного права и трудового права – по отдельности. В российском трудовом праве в следует отметить работы В.И. Никитинского, В.В. Глазырина, А.С. Пашкова и других специалистов, написанные, в основном, в 1960-1980-е гг.1 В международном праве вопросами эффективности занимались Г.В. Игнатенко, С.Ю. Марочкин, Л.Х. Мингазов, Дж. Браунли и другие ученые2. В теории права вопрос эффективности права также исследовался, причем зачастую специалисты в общей теории права проводили по этому поводу совместные исследования с учеными-трудовиками3.

Кроме того, в последние десятилетия зарубежные ученые пытались сопоставить применение норм МТП в различных странах с точки зрения эффективности, а также оценить, насколько эффективно справляются со своими функциями контрольные органы международных организаций, принимающих различные МТС4. Но комплексного рассмотрения проблемы эффективности норм МТП в целом ни в отечественной, ни в зарубежной правовой науке до сих пор не осуществлялось.

Объект и предмет исследования. Объектом настоящего исследования является эффективность норм МТП. Предметом исследования выступают нормы МТП, их выработка государствами и международными организациями, принятие государствами на себя обязательств в их отношении, соблюдение государствами МТС, а также факторы, влияющие на эффективность норм МТП.

Цель и задачи исследования. Цель данного исследования состоит в комплексном анализе эффективности норм МТП и формулировке выводов о мерах, необходимых для ее повышения на национальном и международном уровнях.

См.: Никитинский В.И. Эффективность норм трудового права. М.: Юридическая литература, 1971. – 248 с.;

Глазырин В.В. Эффективность норм о материальном стимулировании и пути ее повышения // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. Тезисы республиканской науч. конф., 24 - 26 сент.

1975 г. Харьков, Изд-во Харьк. юрид. ин-та, 1975. С. 166-168; Пашков А.С., Явич Л.С. Эффективность действия правовой нормы (к методологии и методике социологического исследования) // Советское государство и право, №3, 1970, С. 40-48 и другие работы. См. подробнее в пар. 1.1 главы 2.

См.: Игнатенко Г.В. Универсальность и эффективность международного права как взаимодействующие категории // Вопросы универсальности и эффективности международного права. Межвузовский сборник научных трудов. Свердловск, Изд-во Урал. ун-та, 1981. С. 3-16; Марочкин С.Ю. Проблема эффективности норм международного права. Иркутск, 1988; Мингазов Л.Х. Эффективность норм международного права.

Казань, 1999; Brownly J. The Rule of Law in International Affairs. The Hague, 1998 и другие работы. См. подробнее в пар. 1.1 главы 2.

См. об этом подробнее в пар. 1.1 главы 2.

См. об этом подробнее в пар. 1.2 главы 2.

В настоящей диссертационной работе для достижения вышеназванной цели поставлены следующие задачи:

1. Определение понятия и отраслевой принадлежности МТП;

2. Определение понятия и видов норм МТП;

3. Выявление критериев и факторов эффективности норм МТП;

4. Анализ эффективности применения норм МТП в России;

5. Формулировка теоретических выводов относительно эффективности норм МТП;

6. Предложение практических мер по повышению эффективности норм МТП;

7. Выработка предложений по модификации системы норм МТП с целью повышения их эффективности;

8. Выработка предложений по совершенствованию российского законодательства с целью повышения эффективности применения норм МТП в России;

9. Анализ перспектив гармонизации трудового законодательства в рамках евразийского региона с учетом применения МТС.

Методологическая и теоретическая основы исследования. Методология настоящего диссертационного исследования состоит в использовании сравнительно-правового, сравнительного междисциплинарного, исторического, диалектического, системно-структурного, статистического, аналитического, синтетического, формально-юридического и других методов познания.

Теоретическую основу исследования составляют труды отечественных и зарубежных ученых по общей теории права, международному праву, трудовому праву, экономике и социологии труда. В работе использовались исследования таких видных специалистов в области теории права как С.С. Алексеев, Ж.Л. Бержель, Н.В. Витрук, М.Н. Марченко, А.Б. Венгеров, Г. Кельзен, О.Э. Лейст, В.С. Нерсесянц, А.С. Пиголкин, Ю.А. Тихомиров, А.Ф. Черданцев, Г.Ф. Шершеневич, Х.Л.Э. Харт, Л.С. Явич и другие.

В области трудового права исследование основывалось на трудах отечественных ученых, среди которых можно отметить А.А. Абрамову, Н.Г. Александрова, В.С. Андреева, Э.М. Аметистова, Д.К. Бекяшева, Л.Ю. Бугрова, В.Л. Гейхмана, В.В. Глазырина, С.Ю. Головину, К.Н. Гусова, И.К. Дмитриеву, А.С. Довгерта, М.А. Жильцова, О.Б. Зайцеву, С.А. Иванова, И.Я. Киселева, К.Д. Крылова, В.М. Лебедева, Р.З. Лившица, А.М. Лушникова, М.В. Лушникову, А.М. Куренного, С.П. Маврина, Е.Е. Мачульскую, М.В. Молодцова, П.Е. Морозова, В.И. Никитинского, А.Ф. Нуртдинову, Ю.П. Орловского, А.С. Пашкова, Г.С. Скачкову, И.О. Снигиреву, В.Н. Толкунову, Л.С. Таля, Э.Г. Тучкову, Е.Б. Хохлова, О.С. Хохрякову, В.Д. Шахова, И.В. Шестерякову и других.

Наибольшее влияние на формирование теоретической и практической базы исследования оказали работы следующих ведущих зарубежных специалистов в области трудового права: К. Барнард, Х. Бартоломей де ла Крус, Дж. Беллаче, Р. Бен-Исраэл, Б. Беркьюссона, Р. Бланпена, А. Бронстайна, Г. Бэмбера, Н. Валтикоса, Б. Вааса, М. Вайса, Ж.-М. Вердье, М. Вранкена, Г. Гидо, Г. Давидова, С. Дикина, В. Дойблера, Ж.-Кл. Жавилье, А. Жаммо, Б. Жернигона, О. Кан-Фройнда, Б. Кауфманна, Л. Компа, Т. Кочана, Б. Лэнджила, М. Микколы, Л. Митруса, Ф. Мопэна, Дж. Моррис, В. Мрочкова, А. Одеро, Ж. Пелисье, Г. Политакиса, М.Роода, А. Святковского, Ж. Рожо, Л. Свепстона, Ж.-М. Сервэ, А. Супио, Х.Н. Уилера, Г. фон Потобски, К.Л. Томашевского, Э. Требилкок, Б. Хеппла, Ф. Шелдона, К. Эвинга, Ф. Элстона и других.

Международно-правовую основу исследования определили работы ученых в области международного и международного частного права как Л.А. Алексидзе, Л.П. Ануфриева, Д. Анцилотти, К.А. Бекяшев, А. Бианки, М.М. Богуславский, Дж. Браунли, Г.М. Даниленко, Ф. Джессоп, Г.К. Дмитриева, В.П. Звеков, Д.Б. Левин, И.И. Лукашук, С.Ю. Марочкин, Ф.Ф. Мартенс, Л.Х. Мингазов, Р.А. Мюллерсон, Г. Оппенгейм, В.Л. Толстых, Б.О. Тузмухамедов, Г.И. Тункин, Е.Т. Усенко, А. Фердросс, С.В. Черниченко, М. Шоу и другие.

На содержание работы повлияли и работы авторитетных специалистов в области других отраслей права: М.В. Баглая, В.В. Витрянского, О.Е. Кутафина, В.Д. Зорькина, Е.И. Козловой, Т.Г. Морщаковой, С.Ю. Кашкина, А.М. Эрделевского и других.

Эмпирическая база исследования. Эмпирическую базу исследования составили конвенции, рекомендации и другие акты, принятые МОТ, акты СЕ и ЕС, региональные и двухсторонние соглашения в сфере труда, судебные решения международных судов и акты толкования норм МТП, принятые международными контрольными органами в рамках МОТ, СЕ, ЕС и др. В качестве базы для сопоставительного анализа с нормами МТП использовалось российское трудовое законодательство, разъясняющие акты высших судебных органов и судебная практика, а также отдельные нормативно-правовые и правоприменительные акты других государств и зарубежная судебная практика.

Для оценки эффективности принятия государствами обязательств в отношении норм МТП анализировались статистические показатели в отношении ратификации конвенций, уровне профсоюзного членства в отдельных странах, экономические данные об уровне ВВП на душу населения, индексов расслоения доходов, социологические данные о сложившихся моделях социального партнерства в отдельных государствах, Индекс человеческого развития ООН, данные об уровне безработицы, о социальных протестах и иные показатели.

Научная новизна исследования. Научная новизна работы заключается в том, что она представляет собой первое в науке комплексное монографическое исследование вопросов эффективности норм МТП. В российской науке проблема эффективности норм МТП ранее не исследовалась вообще, а в исследованиях зарубежных юристов, социологов и экономистов анализу подвергались лишь отдельные критерии и факторы эффективности норм международного трудового права, но не эффективность МТП как комплексного социального и правового явления.

Положения диссертационного исследования, выносимые на защиту. 1. Сформулированы концептуальные подходы к понятию и отраслевой принадлежности международного трудового права. Понятие «международное трудовое право» для целей диссертационного исследования предлагается понимать как систему правового регулирования в сфере труда, выходящую за рамки одного государства.

2. Определен статус рекомендательных международных актов в сфере труда. Сами по себе рекомендательные акты в сфере труда нельзя признать источником права, но они могут свидетельствовать о существовании международного обычая по соответствующему вопросу, в свою очередь, относящегося к источникам права.

3. Исследован статус императивных норм общего международного права (jus cogens) как основополагающих источников МТП. Предлагается говорить о нормах jus cogens, уже состоявшихся в качестве таковых, признаком чего являются авторитетные прямые указания на это международных судебных органов. К ним в настоящее время можно отнести лишь запрет дискриминации в области труда и занятий и запрет рабства, как радикальной формы принудительного труда. Остальные правовые нормы и принципы в сфере труда, обсуждаемые в доктрине трудового права и даже закрепленные в Декларации МОТ 1998 г. об основополагающих принципах и правах в сфере труда (далее – Декларация МОТ 1998 г.), следует считать нормами и принципам, обладающими потенциалом стать нормами jus cogens в МТП в перспективе.

4. Проведен доктринальный анализ подходов к пределам толкования международных договоров в сфере труда. Доказано, что акты аутентичного толкования международных договоров в сфере труда следует признавать источником МТП в тех случаях, когда государства в течение многолетней повторяющейся практики демонстрируют opinio juris, т.е. отношение к этим актам как обязательным для себя международным обычаям.

5. Разработана системная методология определения эффективности норм МТП. Эффективность норм МТП определяется как показатель того, в какой степени выполняются поставленные перед ними цели и задачи. При этом эффективность МТП в целом следует понимать шире, поскольку она касается и того, насколько эффективно субъекты международного нормотворчества в сфере труда справляются со своей задачей по выработке правовых норм.

6. Сформулирована и обоснована система критериев и факторов эффективности норм МТП. Под критериями понимаются признаки, по которым оценивается эффективность норм МТП. Под факторами понимаются обстоятельства, оказывающие то или иное позитивное или негативное влияние на эффективность норм МТП.

7. Выявлены внешние и внутренние критерии эффективности норм МТП. Внешние критерии эффективности связаны с международно-правовым аспектом функционирования МТП, в то время как внутренние критерии связаны с взаимодействием между МТП и системами внутреннего права отдельных стран. Под внешними критериями при этом понимается, во-первых, выработка норм МТП (эффективность выработки норм МТП), и, во-вторых, готовность субъектов МТП принимать на себя обязательства в отношении норм (эффективность принятия обязательств). Внутренняя эффективность рассматривается как степень реализации норм МТП во внутреннем трудовом законодательстве (эффективность соблюдения норм МТП).

8. Факторы эффективности норм МТП предложено использовать для оценки эффективности применения норм МТП в силу того, что задача по полной оценке качества применения норм МТП во всех странах мира фактически невыполнима. Среди факторов, влияющих на эффективность норм

МТП, следует выделять следующие:

А) гибкость норм МТП, понимаемую как гибкость содержания, гибкость формы и гибкость применения норм МТП;

Б) координационный характер международного права;

В) перегруженность контрольных органов МОТ;

Г) сложность и нечеткость международных контрольных процедур;

Д) Политическая мотивация субъектов МТП;

Е) Влияние общемировых процессов глобализации и регионализации, а также связь МТП и международной торговли;

Ж) Развитие негосударственных способов регулирования труда, выходящих за рамки одного государства.

9. Эффективность выработки норм МТП оценена в диссертации как достаточно высокая, но при этом опровергнуты выводы ряда специалистов о том, что в настоящее время имеет место «кризис перепроизводства»5 МТС. В качестве перспективного направления для дальнейшей разработки формализованных норм МТП признано целесообразным ориентироваться на многочисленные акты расширительного аутентичного толкования международных договоров о труде, закрепившиеся в качестве международного обычая.

10. В работе предложено использование коэффициента ратификации, как отношения между общим количеством конвенций, умноженным на число государств-участников МОТ в конкретный год, т.е. теоретически возможным количеством ратификаций, и общим количеством ратификаций за данный год. Цель данного коэффициента заключается в определении эффективности принятия обязательств государств по конвенциям МОТ. Анализ коэффициента ратификации показывает практически неизменяющуюся величину, начиная с 1970 до 2012 г. При этом общий темп ратификации конвенций МОТ за последнее десятилетие снизился.

11. В результате начатой МОТ после 1995 г. кампании по ратификации фундаментальных конвенций усилился дисбаланс в ратификации конвенций МОТ в пользу фундаментальных. При этом достижение цели кампании, заявленной как всеобщая ратификация всеми государствами-членами МОТ всех восьми конвенций, представляется крайне маловероятным.

12. Определены факторы, повышающие вероятность ратификации конвенции МОТ отдельным государством. Среди таких факторов выделены: высокий уровень ВВП на душу населения, низкий уровень расслоения доходов, высота Индекса человеческого развития ООН, эффективность модели социального партнерства, сложившейся в конкретном государстве.

13. Выявлена тенденция усиления разрыва в количестве ратификаций конвенций МОТ между бедными странами и странами со средним и высоким См. об этом в пар. 2 главы 2.

уровнем ВВП на душу населения. Это обстоятельство весьма негативно сказывается на эффективности норм МТП.

14. Гибкость норм МТП, с одной стороны, увеличивает вероятность принятия соответствующей нормы, а затем – ее ратификации. С другой стороны, увеличение гибкости неизбежно приводит к выхолащиванию содержащегося в ней МТС. Поэтому данный фактор эффективности норм МТП следует оценивать как положительный с точки зрения эффективности принятия обязательств и исполнения, но как отрицательный – с содержательной точки зрения. При анализе различных форм содержательной гибкости норм МТП предлагается отдавать предпочтение оговоркам о прогрессирующем применении соответствующей нормы с обязательным указанием временных рамок и/или условий применения нормы в полном объеме.

Оптимальный баланс в отношении содержательной гибкости нормы МТП определяется по критерию увеличения или снижения принимаемых на себя государством обязательств. Только в том случае, если благодаря принятому механизму гибкости, количество принятых на себя государствами МТС увеличивается (с учетом увеличения количества ратификаций), механизм гибкости был оправданным. Поскольку государства достаточно редко прибегают к заложенным в нормах МТП механизмам гибкости, закладывать их в нормы МТП следует лишь в порядке исключения. Современная практика международного правотворчества характеризуется злоупотреблением механизмами гибкости, наносящим существенный ущерб содержанию МТС.

15. Выделены факторы, снижающие эффективность применения норм МТП. К ним относятся: координационный характер международного права, перегруженность контрольных органов МОТ, сложность и нечеткость международных контрольных процедур и политическая мотивация субъектов МТП. В связи с этим сделаны предложения по упрощению контрольных процедур в рамках МОТ, а также в отношении перспектив кодификации МТС, принятых в рамках МОТ.

16. Уровень имплементации норм МТП во внутреннем законодательстве отдельных государств предложено определять через количество несоответствий внутреннего законодательства МТС. Признано целесообразным выявлять несоответствия в отношении международных договоров о труде, по которым государство несет обязательства, актов аутентичного толкования этих договоров, рекомендательных МТС, а также международных договоров, по которым государство не несет юридических обязательств.

17. Эффективность соблюдения норм МТП в России оценена как недостаточная. В качестве примеров неэффективности соблюдения норм МТП приведены многочисленные факты несоответствия внутреннего законодательства России перечисленным выше видам МТС по важнейшим правам человека в сфере труда.

18. Фактором, повышающим эффективность применения МТС в России, предлагается считать возможность и реально существующую практику ссылок участников трудовых споров на МТС (в том числе, и рекомендательные) в ходе судебных разбирательств. Для повышения эффективности применения норм МТП в России предлагается вести систематический мониторинг применения норм МТП в судебных актах. Ведение этого мониторинга представляется целесообразным поручить Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (РТК), для чего следует внести изменения в Федеральный закон от 1 мая 1999 г. №92-ФЗ6, определяющий ее статус.

19. В работе сформулированы предложения по приведению российского трудового законодательства в соответствие с МТС в области свободы объединения и права на ведение коллективных переговоров, запрета дискриминации в области труда и занятий, запрета принудительного и детского труда, права на оплату труда, ограничения рабочего времени и других трудовых прав.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теоретическая значимость диссертационной работы состоит в разработке следующих положений:

Федеральный закон от 01.05.1999 г. №92-ФЗ «О Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально - трудовых отношений» // СЗ РФ от 03.05.1999 г., №18, ст. 2218.

• разработка доктринальных подходов к отраслевой принадлежности и понятийному аппарату, относящемуся к проблематике эффективности норм МТП;

• формулирование комплексной системы анализа эффективности норм МТП, включающей совокупность критериев и факторов эффективности указанных норм;

• выделение и оценка факторов, влияющих на эффективность норм МТП;

• формирование концептуальных подходов к пределам толкования международных договоров в сфере труда;

• определение положения императивных норм международного права и многосторонних международных договоров как ключевых норм МТП;

• выявление значения актов аутентичного толкования норм МТП как международного обычая в сфере труда, а также характеристика актов «мягкого права» как влияющих на эффективность норм МТП.

Практическая значимость диссертационного исследования выражается в формулировке предложений по:

• оптимизации нормотворческой деятельности МОТ и предложению нормативной базы для создания новых МТС;

• повышению эффективности контрольных процедур международных организаций, ответственных за выработку МТС;

• выявлению перспектив кодификации МТС в рамках МОТ;

• формулировке многочисленных предложений по модификации российского законодательства с учетом МТС.

Апробация результатов исследования. Диссертация была выполнена и обсуждена на кафедре трудового права и права социального обеспечения Московского государственного юридического университета (МГЮА) имени О.Е. Кутафина. Теоретические положения и выводы, содержащиеся в настоящем исследовании, были опубликованы в монографиях, учебниках, учебных пособиях, научно-практическом пособии, статьях и тезисах докладов на научных конференциях, вышедших в России и зарубежных странах; всего опубликовано 113 научных работ по теме исследования. В научных изданиях были опубликованы рецензии в отношении монографических публикаций7.

Результаты исследования апробированы в ходе выступлений на парламентских слушаниях в Государственной Думе Федерального Собрания РФ, на международных научных конференциях по трудовому праву и праву социального обеспечения, проводившихся в МГЮА имени О.Е. Кутафина, МГУ имени М.В. Ломоносова, СПбГУ – в разные годы, на четвертой и шестой сессиях Европейско-азиатского правового конгресса, проводившихся в Екатеринбурге в 2010 и 2012 гг., на европейских региональных конгрессах Международного общества трудового права и права социального обеспечения (International Society for Labour and Social Security Law – ISLSSL), проходивших в сентябре 2008 г. во Фрайбурге (Германия) и в сентябре 2011 г. в Севилье (Испания), на всемирном конгрессе Международной ассоциации социально-трудовых и трудовых отношений (International Labour and Employment Relations Association – ILERA), проходившей в июле 2012 г. в Филадельфии (США), на четвертом и пятом ежегодном юридическом семинаре Европейской сети трудового права (European Labour Law Network – ELLN), проходивших в ноябре 2011 г. во Франкфурте-на-Майне (Германия) и в октябре 2012 г. в Гааге (Нидерланды), учредительной международной конференции Исследовательской сети трудового права (Labour Law Research Network LLRN), проходившей в июне 2013 г. в Барселоне (Испания), а также в ходе иных научных мероприятий, проходивших в России и за рубежом.

В бюро МОТ в Москве 15 октября 2012 г. был проведен круглый столпрезентация научно-практического пособия «Российское трудовое законодательство и международные трудовые стандарты: соответствие и перспективы См.: Барышникова Т.Ю. Рецензия на книгу: «Лютов Н.Л. Коллективные трудовые споры: сравнительноправовой анализ». – М.: Велби; Проспект, 2007. – 256 с. // Вестник трудового права и права социального обеспечения. Выпуск 2. Право на труд и право на социальное обеспечение в системе прав человека. Ярославль, 2007. С.142-146; Богатыренко З.С. (ред.) Новое издание. Гусов К.Н., Лютов Н.Л. Международное трудовое право: учебник. М., Проспект, 2012. – 592 с. // Бюллетень трудового и социального законодательства Российское Федерации, №5, 2012. С. 214; Лушников А.М. Рец. на кн.: Лютов Н.Л. Коллективное трудовое право Великобритании: монография. М.: Волтерс Клувер, 2009. 232 с. // Вестник трудового права и права социального обеспечения. Выпуск 4. Ярославль, 2009. С. 195-198 и др.

совершенствования»8, на котором обсуждались итоги исследования проблемы соотношения МТС и российского трудового законодательства, опубликованные в данном научно-практическом пособии и обобщенные в настоящем диссертационном исследовании.

Кроме того, результаты исследования использовались при ведении лекций и семинарских занятий по дисциплинам: «Трудовое право», «Международное трудовое право», «Международное и сравнительное трудовое право», «Международно-правовое регулирование труда», прочитанным в МГЮА имени О.Е. Кутафина, Вильнюсском университете (Литва), Ассоциации международных и сравнительных правовых исследований в области трудового права и промышленных отношений (Associazione per gli Studi Internazionali e Comparati sul Diritto del Lavoro e le Relazioni Industriali – ADAPT) в г. Бергамо (Италия).

См.: Лютов Н.Л. Научно-практическое пособие «Российское трудовое законодательство и международные трудовые стандарты: соответствие и перспективы совершенствования». М.: АНО «Центр социальнотрудовых прав», 2012. http://trudprava.ru/files/pub/rostrudzak.pdf ; О круглом столе см.: ILO. Does Russia’s labour legislation meet international standards?

http://www.ilo.org/public/english/region/eurpro/moscow/news/2012/1015_2.htm; Сайт «Профсоюзы сегодня».

Соответствует ли российское трудовое законодательство международным стандартам?

http://www.unionstoday.ru/news/ktr/2012/10/16/17320.

Глава 1. Общие концептуальные подходы к современному международному трудовому праву §1.

Понятие и отраслевая принадлежность международного трудового права В сознании большинства отечественных юристов употребление прилагательного в сочетании со словом «право» чаще всего вызывает ассоциации с отраслью права: например, «уголовное право», «гражданское право», «трудовое право» и т.д. При этом российская правовая традиция в отличие, например, от англо-саксонской, достаточно строго подходит к отграничению отраслей права друг от друга. Для трудового права этот вопрос стоит особенно остро и принципиально в связи с многолетней дискуссией между «трудовиками» и радикально настроенной частью цивилистов относительно самого права на существование трудового права независимо от права гражданского9.

Речь идет о том, что в случае поглощения гражданским правом трудового неизбежно будет сведена на нет и важнейшая функция трудового права – защита экономически более слабой стороны трудовых отношений, т.е. работника. В условиях юридического равенства сторон гражданских правоотношений и свободы договора как важнейших принципов гражданского права10, защитная функция трудового права неосуществима. Само словосочетание «трудовое право» появилось вместе с научным постулированием независимости этой отрасли права от других отраслей.

Поэтому использование в юридическом научном обороте словосочетания «международное трудовое право» ставит вопрос об отраслевой принадлежности этого правового явления. Использование термина «МТП» не подразумевает одновременного определения отраслевой принадлежности этого явления. При этом сам по себе этот термин широко используется в отечеПодробно об этих дискуссиях см., например: Лушников А.М. Трудовое право и гражданское право: конфронтирующее партнерство // Вестник трудового права и права социального обеспечения. Выпуск 5: оптимизация межотраслевых связей трудового права и права социального обеспечения. Ярославль, 2010. С. 18и др.

См. ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации («Основные начала гражданского законодательства) // СЗ РФ, 05.12.1994 г., №32, ст. 3301.

ственной и зарубежной правовой литературе – безотносительно к позициям авторов об отраслевой принадлежности МТП11.

В настоящее время среди специалистов по трудовому и международному праву наиболее распространено отнесение МТП к одной из отраслей международного права12. В российской правовой традиции эта позиция впервые была сформулирована С.А. Ивановым13, с точки зрения которого МТП – это «новая отрасль международного права, получившая развитие после 2-й мировой войны и призванная регулировать отношения между государствами в деле улучшения условий труда»14. В некоторых исследованиях эта позиция иногда сужается. Так, А.О. Харитонова предлагает считать МТП не просто отраслью международного права, а частью международного права прав челоСм.: Бекяшев Д.К. Международное трудовое право. Учебное пособие. М.: Проспект, 2008; он же: Международное трудовое право: публично-правовые аспекты. Учебник. М.: Проспект, 2012; Бугров Л.Ю. «О содержании термина “международное трудовое право”» // Международное, российское и зарубежное законодательство о труде и социальном обеспечении: современное состояние (сравнительный анализ). Под. Ред.

К.Н. Гусова. М.: Проспект, 2011. С. 20-25, а также целый ряд монографий, учебников и пособий: Гусов К.Н., Курилин М.Н. Международно-правовое регулирование труда (в конвенциях и рекомендациях МОТ).

М., 1992. С. 17; Горохов Б.А., Маврин С.П. Российское трудовое законодательство и международное трудовое право // Правоведение. № 6, 2004. С. 4-17; Киселев И.Я. Сравнительное и международное трудовое право. Учебник для вузов. М., 1999; Козик А.Л., Томашевский К.Л., Волк Е.А. Международное и национальное трудовое право (проблемы взаимодействия). Монография. Минск: Амалфея, 2012; Корнев В.Н. Международное трудовое право, реализуемое в России // Российское правосудие, №7, 2012. С. 72-76; Крылов К.Д.

Тенденции развития правовых стандартов политики в сфере труда. Автореф. дис.... д-ра юрид. наук. М., 2002 г. – 89 с.; Лушникова М.В., Лушников А.М. Международное и сравнительное трудовое право и право социального обеспечения: введение в курс. Учебное пособие. М.: Юрлитинформ, 2011; Мръчков В. Международно трудово право. София: Сиби, 2000. – 360 с.; Присекина Н.Г. Проблемы дискриминации в международном трудовом праве. Диссертация … к.ю.н. Владивосток, 2002; Черняева Д.В. Международные стандарты труда (международное публичное трудовое право). Учебное пособие. М., 2010; Valticos N., von Potobsky G. International Labour Law. 2nd Ed. Kluwer Law International, 1995; Servais J.-M. International Labour Law. 2nd ed. Wolters-Kluwer, 2009; Atleson J., Compa L. et al. International labor law: cases and materials on workers’ rights in the global economy. Thomson-West, 2008; Bossompiere C., Gury G. Droit europen et international du travail, Gualino, 2002; Bronstein A. International and Comparative Labour Law: Current Challenges. Palgrave Macmillan – ILO, 2009 и мн. др.

Иванов С.А. Международное трудовое право // Трудовое право: энциклопедический словарь. 4-е изд. Под ред. В.С. Андреева, К.П. Горшенина, М.Л. Захарова и др. М.: Советская энциклопедия, 1979. С. 217; Киселев И.Я. Сравнительное и международное трудовое право. Учебник для вузов. М., 1999. С. 447-449; Лушникова

М.В., Лушников А.М. Международное и сравнительное трудовое право и право социального обеспечения:

введение в курс. С.60; Мръчков В. Международно трудово право. С. 43; Поткина М.А. К вопросу о структуре института международного спортивного трудового права // Второй пермский конгресс ученых-юристов.

Материалы международной научно-практической конференции (г. Пермь, Пермский государственный национальный исследовательский университет, 28-29 октября 2011 г.). Пермь, 2011. С. 269; Шуралева С.В.

Правовое регулирование индивидуальных и коллективных трудовых отношений в транснациональных корпорациях в России. Монография. Под ред. Л.Ю. Бугрова. Пермь: Перм. Гос. нац. исслед. ун-т, 2012. С. 68;

Thomas C., Oelz M., Beaudonnet X. The use of international labour law in domestic courts: Theory, recent jurisprudence, and practical implications // Les normes internationales du travail: un patrimoine pour l’avenir Mlanges en l’honneur de Nicolas Valticos. J.-C. Javillier, B. Gernigon (eds.). Geneva: ILO 2004. P. 253 и др. работы.

Иванов С.А. Проблемы международного регулирования труда. М.: Наука, 1964. С. 102.

Иванов С.А. Международное трудовое право // Трудовое право: энциклопедический словарь. С. 217.

века15, вероятно основываясь на ранее высказывавшейся позиции специалистов в области международного права16. Близка к этому формулировка, относящая МТП к международному гуманитарному праву17. В более ранний период МТП называлось подотраслью международного права, входящей в отрасль под названием «право международного сотрудничества по специальным вопросам»18.

Д.К. Бекяшев под МТП понимает не только отрасль международного (публичного) права, но и правовое регулирование трудовых отношений, осложненных иностранным элементом, которое специалисты по международному частному праву относят к одному из институтов своей отрасли19.

Существуют и иные точки зрения. Так, Н. Валтикос в своей фундаментальной монографии «Международное трудовое право» определял это понятие как «ту часть трудового права, которая имеет международные источники»20, указывая, что трудовые отношения, осложненные иностранным элементом, входят в предмет международного частного права. Ж.-М. Сервэ приводит определение МТП как «отрасли права, имеющей международное и, более конкретно, универсальное происхождение»21. При этом не совсем ясно, имеется ли в виду самостоятельная отрасль права, либо речь идет об отрасли международного права. При этом из понятия МТП предлагается исключить региональное правовое регулирование труда и вопросы коллизионного применения национального трудового законодательства. В некоторых работах коллизионное применение трудового законодательства, наоборот, отождествляется с МТП22. Л. Свепстон пишет23, что МТП «распространяется на материальную часть правовых норм, создаваемых на международном уровне, Харитонова А.О. Работники с семейными обязанностями: дифференциация правового регулирования как средство обеспечения международным трудовым и российским трудовым правом равных возможностей.

Дисс. … канд. юр. наук. Пермь, 2003. С. 5-6, 9-13.

Саидов А.Х. Международное право прав человека. М.: ИГП РАН, 2002.

Международное гуманитарное право. Учебник. Под ред. А.Я. Капустина. М.: Высшее образование Юрайтиздат, 2009. С. 72-87.

Левин Д.Б. Актуальные проблемы теории международного права. М.: Наука, 1974. С. 99.

Бекяшев Д.К. Международное трудовое право. Учебное пособие. С. 8.

Valticos N. International Labour Law, Deventer, 1977. P. 17.

Servais J.-M. International Labour Law. P. 19.

Ерпылева Н.Ю. Физические лица как субъекты международного трудового права и международного образовательного права // Право и политика, №5, 2009. С. 1048-1068.

Swepston L. International Labour Law //Comparative Labor Law and Industrial Relations in Industrialized Market Economies. R. Blanpain (ed.) Wolters Kluwer, X ed., 2010. P. 141.

а также на процедурные нормы, относящиеся к их принятию и применению».

Группа авторитетных юристов в области трудового права из США в объемном учебнике по МТП определяет24 это понятие следующим образом: «МТП

– это новая область изучения, отдельная от сравнительного трудового права.

Она включает “законодательство”, пересекающее рамки национальных границ – законодательство в кавычках, поскольку это не полностью определенный корпус обязательных для применения юридических норм наднационального уровня». При этом в самом учебнике рассматриваются не только публичные источники, в первую очередь, акты МОТ, но и деятельность международных неправительственных организаций, односторонние акты государств, корпоративные кодексы поведения и национальные судебные решения. Д.В. Черняева рассматривает международное публичное трудовое право как «комплексную подотрасль трудового и международного публичного права»25, а И.В. Шестерякова высказывала точку зрения26, что МТП следует выделить «не в подотрасль международного, а в самостоятельную отрасль права». Существует также характеристика МТП как «сложной многоотраслевой правовой структуры»27.

Такой существенный разброс мнений довольно наглядно демонстрирует сложность вопроса об отраслевой принадлежности МТП. Для того чтобы лучше уяснить данную проблему, необходимо понять суть теоретической дискуссии о соотношении национальной и международной правовых систем в науке международного права.

Международное право – это не отрасль права, регулирующая правовые отношения, выходящие за рамки территории одного государства. Это вообще не отрасль права. Предмет международного права неразрывно связан с его субъектами. Отсчет истории международного права в современном смысле слова, как правовой системы, регулирующей отношения между суверенными Atleson J., Compa L. et al. Op. Cit. P. 1.

Черняева Д.В. Указ. соч. С. 21.

Шестерякова И.В. Международно-правовое регулирование труда. Под ред. Н.П. Антипова. Саратов, 2004.

С. 15; она же: К вопросу о методике преподавания международного трудового права // Проблемы международного и сравнительного трудового права и права социального обеспечения. Сборник мат-лов Междунар.

науч.-практ. конф. Омск: ОмГУ, 2006. С. 32.

Семешко А.И. Международные договоры в сфере труда и их включение в систему трудового права России.

Автореферат дисс. … к.ю.н. Пермь, 2009. С. 7-8.

государствами, принято вести с XVII в. – времени установления так называемого Вестфальского правопорядка28. С этого момента в правовой оборот была введена концепция государственного суверенитета29, а международное право в классическом смысле слова стало правовой системой, предмет которой – отношения между суверенными государствами и другими субъектами международного права30. В современной теории право принято разделять понятия «система права» и «правовая система»31, хотя для общей теории права разграничение данных понятий не до конца устоялось и не стало общепринятым32, в отличие от международно-правовой доктрины33. С точки зрения И.Н.

Сенякина, правовая система – «…это предельно широкая, собирательная категория, отражающая всю правовую организацию данного общества». Система же права – это «…его сугубо внутреннее строение, выступающее в качестве составного элемента правовой системы»34. Исходя из этой логики, международное право – это правовая система35, «парной» по отношению к которой выступает национальная правовая система в целом, а не отдельные отрасли национального права, такие как гражданское, трудовое, уголовное и т.д.36 Вестфальский миропорядок – название, принятое для обозначения отношений между государствами после заключения в 1648 г. Вестфальского мирного договора, завершившего Тридцатилетнюю войну. Основным правовым и политическим результатом договора стало выстраивание системы международных отношений между суверенными государствами – в противовес предшествующей системе отношений, главными субъектами которых были сами монархи. См. об этом: Gross L. The Peace of Westphalia, 1648-1948 // American Journal of International Law, Vol. 42, No. 1, 1948. P. 20–41.

См. об этом: Фельдман Д.М. Вестфальский мир: Выступление на «Круглом столе» «Вестфальский мир:

межкафедральный “круглый стол” в МГИМО(У) МИД России 27 февраля 2008 года» // Вестник МГИМОУниверситета, №1, 2008. С. 87-89. О современных подходах к государственному суверенитету см., например: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России. Учебник. 4-е изд. М.: Проспект, 2009. С.

145-151; Кутафин О.Е. Избранные труды. В 7 томах. Т. 7. Российский конституционализм. М.: Проспект, 2011 и др.

См., например: Толстых В.Л. Курс международного права. Учебник. М., 2009. С. 3; Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. Учебник. 3-е изд. М., 2008. С. 11 и мн. др.

См.: Черданцев А.Ф. Теория государства и права: учебник для вузов. М.: Юрайт, 2001. С. 399; Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права. 3-е изд. М.: Дело, 2009. С. 174-175 и др.

См. Нерсесянц В.С. Общая теория права и государства: учебник для вузов. М.: Норма, 2001. С. 450.

См. об этом: Марочкин С.Ю. Действие и реализация норм международного права в правовой системе Российской Федерации: монография. М.: Норма, 2011. С. 19-36.

Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. Под ред. М.Н. Марченко. М.: Зерцало-М,

2001. С. 332. См. об этом также: Бобылев А.И. Современное толкование системы права и системы законодательства // Государство и право. 1998, №2, С. 22.

В немецкой правовой доктрине используется термин «правопорядок» (нем. – Rechtsordnung), но смысл тот же самый: это парное явление по отношению к национальному правопорядку. См.: Граф Витцтум В., Дольцер Р., Куниг Ф. и др. Международное право. М.-Берлин, 2011. С. 4-6.

О соотношении систем международного и национального трудового права см. в пар. 1 гл. 3.

Соответственно, если рассматривать международное трудовое право как отрасль классического международного права, необходимо понимать, что предметом этой отрасли будут не трудовые и связанные с ними отношения, выходящие за рамки одного государства – непосредственно, а отношения между государствами и/или международными организациями по поводу регулирования отношений в сфере труда внутри государств. То есть та или иная конвенция МОТ, ратифицированная каким-либо государством, по умолчанию, не регулирует тот или иной вид отношений, связанных с трудом, в данном государстве, а устанавливает обязанности государства урегулировать эти отношения определенным образом в своем национальном законодательстве. Для выявления соотношения международного и национального права Г. Кельзен приводил пример трудовых отношений37, указывая, что раз государство заключило с другим государством договор по поводу трудовых отношений, эти трудовые отношения становятся международными. Его подход, как представляется, совершенно корректно уточнил Р.А. Мюллерсон, говоря о том, что не сами трудовые отношения становятся в данном случае международными, а лишь отношения между государствами по поводу трудовых отношений38. Именно по этой модели построено классическое определение МТП, предложенное С.А. Ивановым, процитированное выше.

Вместе с тем, на фоне классической системы международных отношений в мировой экономике и политике в последние десятилетия произошли очень существенные изменения. После окончания Второй мировой войны, США и контролируемые ими международные финансовые организации так называемой Бреттон-Вудской системы (Международный валютный фонд, Всемирный банк и Всемирная торговая организация) стали проводить политику свободного движения капиталов, приведшую в итоге к финансовой глобализации. Помимо перетекания инвестиций и рабочих мест из развитых в развивающиеся государства, это явление вызвало и чрезвычайно опасные соЦит. по Мюллерсон Р.А. Соотношение международного и национального права. М.: Международные отношения. М.: Международные отношения, 1982. С. 24.

Там же.

циальные последствия. Речь идет о так называемой «гонке на дно»39, когда развивающиеся страны конкурируют между собой за привлечение иностранных инвестиций путем снижения социальных стандартов и демонтажа трудового законодательства. Оказавшись в зависимости от инвестиций со стороны многонациональных корпораций (далее – МНК)40, развивающиеся государства оказываются обреченными оставаться в международной экономической нише экспортеров за счет дешевого труда, т.е. заниматься «социальным демпингом».

Концентрация капитала среди крупнейших МНК41 привела к тому, что с экономической и политической точки зрения некоторые из них стали более мощными и влиятельными, чем отдельные, даже не самые малозначительные государства42. По сути, сложилась ситуация, когда МНК, находясь в юрисдикции одного государства, действуют на территории всего земного шара, подчиняясь национальным правовым режимам каждой из стран, где они осуществляют свою деятельность.

В связи с этим с юридической точки зрения особенно остро встал вопрос о соотношении международного публичного и международного частного права. Термин «международное частное право» достаточно условен, поскольку он используется и в отношении международных (межгосударственных) правовых актов, и применительно к национальному законодательству, Подробнее см.: Гусов К.Н., Лютов Н.Л. Международное трудовое право. Учебник. М., Проспект, 2012. С.

45-46; Kelly J. E. Industrial Relations: critical perspectives on business and management. London and New York:

Routledge, 2002. P. 192-193.

Многонациональная (или транснациональная) корпорация, согласно стандартному определению, используемому Конференцией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) – это предприятие, включающее подразделения более чем в одной стране, которые действуют в рамках единой системы управления, позволяющей осуществлять согласованную политику и общую стратегию. См.: United Nations Conference on Trade and Development (UNCTAD). Transnational Corporations Statistics: http://unctad.org/en/Pages/DIAE/TransnationalCorporations-Statistics.aspx.

По данным ЮНКТАД, 100 крупнейших МНК в 2011 г. обладали денежными средствами в объеме 4-5 триллионов долларов США: UNCTAD. World Investment Report 2012: Towards a New Generation of Investment Policies. New York, Geneva: United Nations, 2012. P. 26.

В литературе нередко сравнивают объем ВВП государств с совокупным объемом производства крупнейших МНК. Это некорректно с экономической точки зрения, поскольку в первом случае речь идет об объеме произведенной добавленной стоимости, а во втором – о валовой выручке. См. об этом: De Grauwe P., Camerman F. How Big Are Multinational Companies? // Tijdschrift voor Economie en Management. 2002. Vol. 47.

No. 3. P. 311–326: https://lirias.kuleuven.be/bitstream/123456789/266744/1/2002-3_311-326p.pdf. Тем не менее, даже если сравнивать добавленную стоимость, производимую крупнейшими МНК, она в настоящее время сопоставима со средними государствами и имеет явную тенденцию к увеличению своей доли. См.

об этом:

Афонцев С. Будущее ТНК: тенденции и сценарии для мировой политики // Сайт Российского совета по международным делам (РСМД), 2012. http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=702.

регулирующему коллизии норм национальных правовых систем. Слово «международное» в данном случае понимается не так же, как в международном (публичном) праве, где речь идет преимущественно о межгосударственных отношениях, а в том смысле, что частноправовые отношения осложнены иностранным элементом43. В англо-саксонской правовой традиции, например, во избежание терминологической неточности в отношении этого явления чаще используется понятие «конфликт законодательства» (англ. – conflict of laws)44.

При этом в правовой науке достаточно устоялся подход, в соответствии с которым одной из важнейших отличительных черт трудового права как отрасли является сочетание в нем частно- и публично-правовых элементов. Несмотря на присутствие в трудовом праве очень важного для него договорного начала, принципиальным признаком трудового права с момента его возникновения считается существенный уровень государственного вмешательства в договорные отношения работника и работодателя для защиты экономически более слабой стороны. Авторитетный теоретик права проф. Ю.А. Тихомиров пишет, что элементы публичного и частного в трудовом праве переплетаются «весьма причудливо»45. Применительно к трудовому праву проблема соотношения частных и публичных начал была подробно рассмотрена М.В. Лушниковой, А.М. Лушниковым и Н.Н. Тарусиной46. Позиция о сочетании частСм.: Лунц Л.А. Международное частное право. Общая часть. М., 1973. С. 42; Богуславский М.М. Международное частное право. Учебник. М., 1998. С. 14; Международное частное право. Учебник. Под ред. Г.К.

Дмитриевой. С. 10; Международное частное право. Учебник для вузов. Под ред. Н.И. Марышевой. М., 2000.

С. 2 и др.

См. например: Dicey and Morris on the Conflict of Laws (13th ed.). A.V. Dicey, C.G.J. Morse, A. et al. (eds.).

London, Sweet & Maxwell 2000.

Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. Под ред. М.Н. Марченко. С. 400. Более подробно о балансе частного и публичного права см.: Коршунов Н.М. Конвергенция частного и публичного права: проблемы теории и практики. М.: Норма, 2011. – 240 с.; Соотношение частных и публичных интересов в условиях реформирования законодательства Российской Федерации: монография. Под ред. О.Ю. Бакаевой. М., 2010. С. 20-27.

См. об этом подробнее: Лушникова М.В., Лушников А.М., Тарусина Н.Н. Единство частных и публичных начал в правовом регулировании трудовых, социально-обеспечительных и семейных отношений. Ярославль, 2001; Лушников А.М. Единство частных и публичных начал в правовом регулировании нетипичных трудовых отношений // Сочетание государственного и договорного регулирования с сфере наемного труда и социального обеспечения. Мат-лы VIII междунар. науч.-практ. конф. Под ред. К.Н. Гусова. М., 2012. С. 269Лушникова М.В. О единстве публичных и договорных (частных начал) в трудовом праве и праве социального обеспечения // Там же. С. 274-279 и др. См. также: Соболев С.А. «Соотношение публичного и частного права в трудовом праве России» // Международное, российское и зарубежное законодательство о труде и социальном обеспечении: современное состояние (сравнительный анализ). Мат-лы VII междунар. науч.практ. конф. Под ред. К.Н. Гусова. М., 2011. С. 557-563.

но-правовых и публично-правовых элементов в трудовом праве разделяется и другими специалистами47. Один из классиков гражданского и международного частного права – Л.А. Лунц – также отмечал48, что нельзя сказать, чтобы было ясно, какие вопросы в трудовом праве относятся к публично-правовым, а какие к частноправовым элементам. Споры по поводу соотношения МТП и международного частного права продолжаются и в настоящее время49.

Тем не менее, практически все современные отечественные учебники по международному частному праву содержат главы о «трудовых отношениях в международном частном праве»50. Эта позиция отстаивается и в работах специалистов по международному частному праву51. Включение разделов о трудовых отношениях, осложненных иностранным элементом, в структуру международного частного права представляется неоправданным. Коллизионное национальное законодательство, касающееся отношений в сфере труда, применяется к отношениям, регулируемым нормами национального трудового права. Следовательно, нет никаких оснований для невключения трудовых отношений, осложненных иностранным элементом, в состав отрасли внутреннего трудового права. В трудовом праве уже высказывалась справедливая позиция о том, что коллизионное регулирование труда относится к трудовому праву – применительно как к зарубежному52, так и к отечественСм., например: Трудовое право России. Учебник. Под ред. Ю.П. Орловского и А.Ф. Нуртдиновой.

М.:

Юрид. Фирма «Контракт», Инфра-М, 2011. С. 10-11 и др.

Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть. М., 1975. С. 477.

См. об этом, например: Надирова А. К. К вопросу о соотношении международного трудового права и международного частного права // Евразийский юридический журнал, №1(56), 2013. С. 47–50.

Ануфриева Л.П. Международное частное право. В 3-х т. Т. 2. Особенная часть. Учебник. М., 2002; Богуславский М.М. Международное частное право. 5-е изд. М., 2005; Международное частное право. Под ред.

Г.К. Дмитриевой. 2-е изд. М., 2004; Иншакова О.А. Международное частное право. Учебно-методическое пособие. Волгоград, 2002 и др.

Андрианова М.А. Аспект трудовых отношений в международном частном праве. О некоторых вопросах коллизионного метода регулирования трудовых отношений с участием иностранцев // Актуальные проблемы международного частного и гражданского права. К 80-летию В.А. Кабатова: Сборник статей. - М.: Статут, 2006. С. 7-24; она же: Трудовые отношения с участием иностранцев в системе международного частного и трудового права России. Дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 22; Довгерт А.С. Правовое регулирование международных трудовых отношений: Учебное пособие. Киев: НМК ВО, 1992. С. 13; Звеков В.П. Коллизии законов в международном частном праве [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс»; Кодиркулов Х.Р. Проблемы правового регулирования трудовых отношений в международном частном праве // Дис. … канд. юрид. наук. Душанбе, 2004. – 193 с. и др.

Киселев И.Я. Сравнительное и международное трудовое право. Учебник для вузов. М.: Дело, 1999. С. 314ному53 трудовому праву. Особое мнение высказывала И.В. Шестерякова, считающая, что коллизионное право (так же, как и МТП, см. выше) следует выделить в особую отрасль права54, однако позже она отнесла коллизионное регулирование труда к международному частному праву55.

Словосочетание «международное частное трудовое право» представляется некорректным с правовой точки зрения. Характеристика «международное» в классическом международном праве, как отмечалось выше, применяется обычно применительно к отношениям между государствами. Характеристика «частное» неуместно в отношении трудового права как частнопубличной отрасли. Следовательно, распространенный сейчас термин «международное частное трудовое право»56, как представляется, следует выводить из научного и учебного оборота. Более целесообразным выглядит использование термина «коллизионное правовое регулирование труда». М.В. Лушникова предлагает рассматривать данное правовое явление как комплексное законодательство (включающее нормы международного и национального права), а также в качестве самостоятельной отрасли правоведения57. Если со вторым утверждением следует согласиться, то признание «международного частного трудового права» «комплексным законодательством» вряд ли корректно не только потому что международные договоры – это не законодаКиселев И.Я. Международный труд. Практическое пособие. М.: Юристъ, 1997. С. 13; Лушникова М.В.

Коллизионное трудовое право в структуре общей части российского трудового права // Современные тенденции в развитии трудового права и права социального обеспечения. Материалы межд. науч.-практ.конф.

Под ред. К.Н. Гусова. М.: Проспект, 2007. С. 56-63; она же: Коллизионный метод регулирования трудовых отношений с иностранцами // Законодательство и экономика, №7, 2008. (http://www.lawmix.ru/bux/45285/);

Петрова Е.И. Некоторые особенности применения иностранного права при регулировании трудовых и социально-обеспечительных отношений // Теоретические проблемы современного трудового права и права социального обеспечения: международные и национальные аспекты. Материалы межд. науч. конф. Вильнюс:

Justitia, 2009. С. 57; Шуралева С.В. Транснациональные корпорации и коллизионное трудовое право России // Вестник Пермского университета, № 1(7), 2010. С. 219-220.

Шестерякова И.В. Коллизионные нормы и международные трудовые отношения. Под ред. Н.И. Матузова.

Саратов: Издательство СГАП, 2007. С. 23.

Шестерякова И.В. Международные трудовые нормы и трудовое право России: их соотношение и коллизии. Саратов: Издательство Саратовского университета, 2011. С. 223.

Этот термин чаще используется в западной правовой литературе. И.Я. Киселев предпочитал использовать термин «Международный труд». См.: «Киселев И.Я. Международный труд. Практическое пособие». Тем не менее, оно присутствует и в работах российских и белорусских авторов. См, например: Козик А.Л., Томашевский К.Л., Волк Е.А. Указ. соч. С. 47-50 и др. Ранее термин «международное частное трудовое право»

использовался и автором настоящего исследования (см.: Лютов Н.Л., Морозов П.Е. Международное трудовое право. Учебное пособие. М.: Проспект, 2009. С. 7-8) однако взвешенный анализ данный проблемы привел к мысли о необходимости отказа от такого подхода (см.: Гусов К.Н., Лютов Н.Л. Указ. соч. С. 14-16).

Лушникова М.В. Международное частное трудовое право: концептуальные подходы // Российский ежегодник трудового права. №7, 2011. СПб., 2012. С.614-615.

тельные, а договорные акты, но и потому что в данном случае происходит неоправданное совмещение двух совершенно различных правовых систем.

Д.К. Бекяшев считает, что МТП следует рассматривать с позиций международного публичного и международного частного права58. Но при таком подходе из данного понятия полностью выпадает трудоправовая составляющая, что вряд ли можно признать оправданным.

В отечественной59 и зарубежной правовой науке предпринимались попытки совместить международное публичное и международное частное право в связи с распространением внешнеторговой деятельности. Наиболее известна в этом отношении концепция американского ученого – Ф. Джессопа, выдвинувшего тезис о существовании «транснационального права». Считая, что классическое международное право не отвечает потребностям современных экономических отношений, он предложил концепцию комплексной отрасли права, «которая бы регулировала все события и действия, выходящие за рамки национальных границ. Сюда включается как международное публичное и частное право, а также другие правила, которые не полностью подходят под эти стандартные категории»60. Под «другими правилами» понимается, прежде всего, так называемое «мягкое право» (см. далее) и lex mercatoria (лат. – «торговое право»), т.е. свод вырабатываемых и самостоятельно применяемых участниками международного экономического оборота частных правил и принципов, которые формируются без участия государств61.

Смысл концепции транснационального права, как указывает В.М. Шумилов62, состоит в том, что участники международных отношений сами вырабатывают нормы поведения, которые находятся за рамками внутреннего Бекяшев Д.К. Международное трудовое право. Учебное пособие. С. 8-9; он же: Международное трудовое право: публично-правовые аспекты. Учебник. С.10-11.

Корецкий В.М. Избранные труды. Кн.1. Киев, 1989.

Jessup P.P. Transnational Law. Yale University Press, New Haven, 1956. P. 2.

http://www.questia.com/PM.qst?a=o&d=3678322. См. также: Zumbansen P. Transnational Law // Elgar Encyclopedia of Comparative Law. J. Smits (ed.). Edward Elgar Publishing. 2006.

См.: Stein U. Lex Mercatoria – Realitt und Theorie. Frankfurt am Mein, 1995; Mertens H.-J. Lex Mercatoria: A Self Applying System Beyond National Law? // G. Teubner (ed.) Global Law Without a State. Aldershot, Singapore et al. 1997. P. 31-43; Cordes A. The Search for a Medieval Lex mercatoria // V. Piergiovanni (ed.) From lex mercatoria to Commercial law. Berlin, 2005. P. 53-67.

Шумилов В.М. Международное экономическое право в эпоху глобализации.- М. 2003. С.98-99. См. об этом также: Иншакова А.О. Тенденции развития транснационального права в условиях глобализации экономики // Проблемы современной экономики, №3(15), 2005. http://www.m-economy.ru/art.php3?artid=20904.

права и не охватываются ни внутренним, ни международным правом. Транснациональное право предстает как синтетическая правовая сфера, в которой взаимодействуют как субъекты международного права, так и субъекты внутреннего права.

Представители классического международного права довольно резко отреагировали на попытку объединения международного и национального права в рамках одной правовой отрасли. Поскольку идея транснационального права по своей сути отражает монистический подход к соотношению международной и национальной правовых систем, то и возражения ученыхмеждународников63, придерживающихся, в основном, дуалистической концепции, схожи с возражениями против монизма64. Р.А. Мюллерсон, например, указывает, что нормы частного международного права и соответствующие нормы публичного права образуют полисистемный юридический комплекс в силу особенно тесного взаимодействия. Но при этом они остаются частями соответствующих правовых систем»65.

Если понимать транснациональное право как систему, в которой равноправны государства и МНК, такой подход будет и некорректен и вреден. Некорректен он будет по той причине, что очевидно, что на территории конкретного государства МНК все равно будет вынуждена подчиняться национальному законодательству, т.е. этому государству. Как справедливо отмечает Е.Т. Усенко, «индивиды и иные субъекты внутригосударственного права (предприятия, в том числе многонациональные, международные неправительственные организации, другие общественные организации) субъектами власти не являются и потому не могут обладать признаками международной личности»66.

Кроме того, как уже было сказано выше, у классического МТП как отрасли международного права предмет регулирования не совпадает с национальным трудовым правом: регулируются не отношения в сфере труда непосредственно, а отношения между субъектами международного права по поСм., например, Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. Учебник. 3-е изд. М., 2008. С. 16-17.

См. об этом в пар. 1 главы 3.

Mllerson R. Ordering Anarchy. The Hague, 2000. P. 210.

Усенко Е.Т. Очерки теории международного права. М.: Норма, 2008. С. 167-168.

воду того, как регулируются отношения в сфере труда на национальном уровне.

Вреден же такой подход по той причине, что такое «повышение статуса»

МНК чревато еще бльшим произволом с их стороны и усилением проблемы «гонки на дно». Тем не менее, очевидно, что «закрывать глаза» на существование как мощных МНК, так и пока достаточно слабых попыток контроля за их деятельностью, просто нецелесообразно.

Проблемы сочетания национального и международного правового регулирования в экономических отношениях особенно актуальны для правового регулирования труда. Несмотря на то, что большинство исследователей справедливо говорит о том, что «классическое» МТП основывается на источниках международного публичного права, некоторые важные вопросы МТП не вполне стыкуются с господствующей доктриной международного публичного права.

Первый вопрос, в котором современное МТП, о котором принято говорить в учебной и научной литературе, выходит за рамки классического международного права – это включение в его состав так называемых корпоративных кодексов поведения многонациональных корпораций и международных неправительственных организаций. В настоящее время значение этих корпоративных кодексов существенно увеличилось. Фактическое применение такого рода актов пока связано с целым рядом серьезных проблем: относительной слабостью разрозненных контролирующих компаний, их большим количеством и конкуренцией между ними и др.67 Тем не менее, нельзя не видеть прямой аналогии между создаваемыми таким образом правовыми актами в трудовом праве и феноменом lex mercatoria – в гражданском68. Очевидно, что в рамки классического международного (межгосударственного) трудового права данное явление совершенно не укладывается. Однако и связь Подробнее об этом см.: Lyutov N. New Sources and New Actors of International Labour Law // Issues of Business and Law, Vol. 2, 2010. P. 99-101: http://www.ibl.ttvam.lt/index.php/ibl/article/download/18/18, а также в пар.

4.6 главы 2.

См. об этом: Steinhardt R.G. Corporate Responsibility and The International Law of Human Rights: The New Lex Mercatoria // Non-State Actors and Human Rights. P. Alston (ed.) New York: Oxford University Press, 2005.

P. 177-226.

этих новых источников права с вненациональным правовым регулированием труда слишком сильна, чтобы ее можно было игнорировать.

Второй «выход» МТП за рамки системы международного права связан с еще одной важной тенденцией современных отношений в сфере труда – увеличением роли международных профсоюзных организаций, международных объединений работодателей и заключением коллективных соглашений на международном уровне – так называемых международных рамочных соглашений69. Речь, разумеется, идет не о международных отношениях как отношениях межгосударственных. Тем не менее, очевидно, что и в рамки классических национальных коллизионных правовых норм это явление не вписывается. Если социальные партнеры напрямую не указывают на какую-либо систему применимого права, то аналогия с lex mercatoria в данном случае также выглядит уместной. Хотя с формальной точки зрения корпоративные кодексы поведения МНК и международные рамочные соглашения относятся к «мягкому праву» в отношении заключивших их сторон (см.

далее), их реализация в определенных случаях, во-первых, сопряжена с давлением на МНК со стороны международных профсоюзов и правозащитных организаций и, во-вторых, приводит к юридическим последствиям в отношении третьих лиц:

контрагентов МНК. Поэтому игнорировать правовой характер этих актов невозможно70.

Третье несовпадение МТП с системой международного права связано с так называемыми генеральными системами торговых преференций. Речь идет об устанавливаемых в США и ЕС системах преференций в торговле для тех государств, которые выполняют основополагающие права и принципы в сфере труда согласно одноименной Декларации МОТ 1998 г. (в случае ЕС) либо сформулированные в одностороннем порядке самими США «международно признанными правами работников»71. В данном случае внутреннее заПодробнее об этом см. в пар. 4.7 главы 2.

См. Об этом: Garca-Muoz Alhambra A., ter Haar B., Kun A. Soft on the inside, Hard on the Outside: An Analysis of the Legal Nature of New Forms of International Labour Law // The International Journal of Comparative Labour Law and Industrial Relations, Vol. 27, No. 4, 2011. P. 337-363.

См. об этом подробно: Alston P. “Core Labour Standards” and the Transformation of the International Labour Regime // European Journal of International Law. Vol. 15. 2004. P. 495-497; Alston P. Labor Rights Provisions in US Trade Law: “Aggressive Unilateralism?” // Human Rights Quarterly, Vol. 15, 1, 1993; Compa L., Vogt J.S. Laконодательство США либо наднациональные акты ЕС порождают правовые последствия для других государств, причем последствия эти связаны с соблюдением прав и принципов, которые принявшие их США либо Евросоюз относят к международным, хотя это не является бесспорным. В случае США

– по той причине, что одно государство не может формулировать международных принципов, а в случае ЕС – потому что формулировка четырех основополагающих принципов и прав в сфере труда в Декларации МОТ 1998 г. – это еще один вопрос, который плохо укладывается в классическое международное право (см. об этом далее).

Четвертая особенность МТП связана с особым порядком реализации его норм и повышенным значением так называемого «мягкого права». В науке международного права нет однозначного отношения к феномену «мягкого права». И.И. Лукашук пишет, что этот термин используется для описания двух явлений: «в первом случае речь идет об особом виде международно-правовых норм, в другом – о неправовых международных нормах»72.

Имеется в виду, что в первом случае говорится о расплывчатых и неопределенных формулировках международных договоров73, а во втором – о рекомендательных актах74. В этом, втором, смысле термин «мягкое право» употребляется наиболее часто. Совершенно устоявшегося определения этого явления в правовой науке пока не существует, но чаще всего принято говорить о том, что к «мягкому» праву относится «любой международный акт, не явbor rights in generalized system of preferences: A 20 year review // Comparative Labor Law and Policy Journal.

Vol. 22. 2001. P. 236; Reynolds K.M. The Erosion of Tariff Preferences: the Impact of U.S. Tariff Reductions on Developing Countries. P. 15-16. http://129.3.20.41/eps/it/papers/0507/0507001.pdf ; Лютов Н.Л. Торговые преференции и международные трудовые стандарты: опыт Европейского Союза и США // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. №2, 2008. С. 148-152.

Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. Учебник. 3-е изд. М., 2008. С. 138. Представляется, что термин «неправовая международная норма» не слишком удачен. В теории права устоялось понятие правовой нормы, подразумевающее ее обязательность Подробнее об этом см. в следующем параграфе. Если речь идет о неправовых документах, то более уместным выглядит употребление термина «акт».

В этом же смысле о «мягком праве» говорит и В.Л. Толстых. См.: Толстых В.Л. Указ. соч. С. 191.

См.: Граф Витцтум В., Дольцер Р., Куниг Ф. и др. Указ. соч. С. 14; Dupuy R.J. Declaratory Law and Programmatory Law: from Revolutionary Custom to “Soft Law” // Declarations on Principles: a Quest for World Peace (Liber Rling). R.J. Akkerman, P.J. van Krieken, Ch.O Pannenborg (eds.). Leiden: Sijthof, 1977. P. 247-257; del Toro Huerta M.I. El Fenmeno Del Soft Law y las Nuevas Perspectivas del Derecho Internacional // Anuario Mexicano de Derecho Internacional. Vol. VI, 2006. P. 513-549.

http://biblio.juridicas.unam.mx/revista/pdf/DerechoInternacional/6/art/art12.pdf и др.

ляющийся международным договором, содержащий принципы, нормы, стандарты или иные проявления ожидаемого поведения»75.

Применительно к МТП, к «мягкому праву» относят всю совокупность рекомендательных актов – рекомендации и декларации МОТ (кроме Филадельфийской Декларации, являющейся приложением к Уставу МОТ), резолюции МКТ и кодексы практики.

Если анализировать проблему «мягкого права» исключительно с позитивистской точки зрения, то можно прийти к выводу о бессмысленности самого этого понятия: право в традиционном понимании – это система общеобязательных социальных норм, охраняемых силой государства76. Насколько формально корректно назвать тот или иной международный акт правовым в том случае, если в случае его нарушения заведомо не предполагается какой бы то ни было юридической ответственности? Видный теоретик права С.С.

Алексеев отмечает77, что международное публичное право отличается многими чертами, которые не в полной мере укладываются в общепринятые теоретические конструкции. Он говорит о том, что важная особенность международного права заключается и во включении в него норм морали, корпоративных норм и норм-обычаев. Задаваясь вопросом, можно ли вообще назвать международное публичное право правом, он дает на него положительный ответ, уточняя при этом, что это нечто иное, модификация, по сравнению с внутригосударственным правом. При этом он воздерживается от конкретизации этого сложного понятия.

Совершенно невозможно представить себе современное МТП в отрыве от «мягкого права». Существует мнение78, что будущее международноправового регулирования труда предполагает доминирование именно «мягкого» права. Для МТП значение «мягкого права» особенно велико с учетом Shelton D. Normative Hierarchy in International Law // American Journal of International Law, Vol. 100, 2006, No. 2, P. 292.

Туманов В.А. Право // Юридический энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1987. С.

348. Нередко это определение расширяется добавлением возможности для государства «санкционировать»

соответствующие нормы, но общеобязательность норм права – неотъемлемый элемент позитивистских определений права.

Алексеев С.С. Общая теория права. Учебник. М.: Проспект, 2009. С. 58.

Blanpain R. The End of Labour Law? // The Global Labour Marker: From Globalization to Flexicurity // Bulletin of Comparative Labour Relations, No. 65, Kluwer Law International, 2007. P. 11.

наличия не только 202 рекомендаций МОТ, но и большого количества кодексов практики, резолюций МКТ, региональных рекомендательных актов и актов многонациональных корпораций. Наконец, особое значение имеют декларации МОТ79, лишь одна из которых – Филадельфийская декларация 1944 г. – имеет силу международного договора в силу ее инкорпорации в Устав МОТ. К «мягкому праву» относится и Декларация МОТ 1998 г. – акт, который можно назвать центральным и системообразующим в деятельности МОТ на протяжении последних пятнадцати лет.

Особенностью международного трудового права является не только весьма мягкий характер ответственности за нарушение его субъектами международных трудовых норм80, но и несколько иные цели использования контрольных механизмов, нежели в классической национальной правовой системе. Реализация международных актов в сфере труда достигается не только и не столько за счет юридической ответственности или даже экономического давления, сколько политическими и информационными средствами. Основной способ воздействия на государство, нарушающее нормы МТП – привлечение международного внимания к фактам нарушения, а также воздействие на общественное мнение как внутри этого государства, так и за его пределами. То же самое можно сказать и об альтернативных механизмах воздействия на новых важных участников отношений в сфере труда – МНК81.

Поэтому даже в тех случаях, когда речь идет о традиционном «жестком»

МТП – реализация соответствующих норм достигается в меньшей степени юридическими, а в большей степени политическими и информационными средствами. Поэтому разделение «жесткого» и «мягкого» международного трудового права становится достаточно нечетким. Кроме того, «жесткое»

право для достижения большей универсальности начинает использовать так Всего было принято пять деклараций МОТ: Декларация 1944 г. относительно целей и задач Международной организации труда (Филадельфийская декларация); Декларация относительно политики апартеида в Южноафриканской Республике 1964 г.; Трехсторонняя декларация принципов относительно многонациональных предприятий и социальной политики 1977 г.; Декларация об основополагающих принципах и правах в сфере труда 1998 г.; Декларация о социальной справедливости в целях справедливой глобализации 2008 г. Но после отмены режима апартеида в ЮАР, Декларация, посвященная ЮАР, была отмена.

См. об этом в пар. 4.1.3 главы 2.

См. об этом пар. 4.1.6 главы 2.

называемые «механизмы гибкости»82, благодаря которым правовые нормы становятся более мягкими в отношении их субъектов.

Наконец, в-пятых, достаточно сложен вопрос о международной правосубъектности МОТ – важнейшего субъекта МТП. Международное право имеет дело с двумя типами международных организаций: международные межправительственные организации и международные неправительственные организации. При этом в качестве основного субъекта международного права признаются лишь государства. В соответствии с определением И.И. Лукашука – «международное право – это система юридических принципов и норм, регулирующих межгосударственные отношения в целях обеспечения мира и сотрудничества»83. Схожий подход можно встретить и у Е.Т Усенко, указывающего84, что международное право – это правовая система, регулирующая отношения между государствами, причем государства понимаются в международном праве в единстве трех элементов: политической власти, территории и населения. Аналогичный подход можно встретить в авторитетном немецком курсе международного права: «Глобально признанной наднациональной суверенной власти, как и прежде, не существует. Международный правопорядок имеет, следовательно, координационно-правовую, а не субординационно-правовую структуру, то есть «горизонтальную», а не «вертикальную»

структуру. Международное право изначально является правопорядком межгосударственных отношений»85.

Часто международная правосубъектность определяется исходя из признаков, присущих государствам. Если, согласно общей теории права86, для возникновения общей правосубъектности достаточно возможности обладания правами и обязанностями, а также возможности их осуществления, то в международном праве ряд авторитетных отечественных ученых выделяет еще один элемент международной правосубъектности. Речь идет о возможСм. об этом в пар. 4.1.1 главы 2.

Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. Учебник. 3-е изд. М., 2008. С. 11.

Усенко Е.Т. Очерки теории международного права. М., 2008. С. 8-14.

Граф Витцтум В., Дольцер Р., Куниг Ф. и др. Указ. соч. С. 6.

См., например: Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. Под ред. М.Н. Марченко.

М., 2001. С. 335; Алексеев С.С. Общая теория права. Учебник. С. 385; Проблемы общей теории права и государства. Учебник для юридических вузов. Под ред. В.С. Нерсесянца. М.: Норма, 1999. С. 373.

ности международного нормотворчества. Как пишет И.З. Фархутдинов, «международная правосубъектность предполагает прямое подчинение международному праву его субъектов, т.е. регулирование их поведения международным правом непосредственно. … Подобными признаками обладают в полной мере только государства и международные межгосударственные организации, которые одновременно являются и правосоздающими, и правоприменяющими субъектами международного права»87. Мнение о том, что для возникновения международной правосубъектности в качестве условия необходима возможность участвовать в международном правотворчестве, разделяется также такими учеными как К.А. Бекяшев88, И.И. Лукашук89, С.В.

Черниченко90. В.Л. Толстых возражает91 против такого подхода, указывая, что, во-первых, международное соглашение может учреждать нового субъекта права, который не является его стороной, но является адресатом. Такой новый субъект может не обладать нормотворческой способностью. Вовторых, с точки зрения В.Л. Толстых, в некоторых случаях международное соглашение может создавать права и обязанности для субъектов, не являющихся его сторонами. Соответственно, он делает вывод о том, что в международном правопорядке могут присутствовать субъекты, не способные создавать нормы права, но при этом способные участвовать в их реализации.

Р.А. Мюллерсон в семитомном «Курсе международного права» предлагает92 разделять субъектов международного права на тех, которые непосредственно участвуют в международных отношениях и непосредственно же участвуют в создании международных правовых норм (государства, народы, нации, реализующие свое право на самоопределение, и международные межправительственные организации), и тех, которые обладают ограниченным кругом прав и обязанностей, не участвуя в процессе создания норм международного праФархутдинов И.З. Международная правосубъектность в XXI веке: проблемы и тенденции // Международные отношения и право: взгляд в XXI век. Материалы конференции в честь профессора Л.Н. Галенской. Под ред. С.В. Бахина. СПб., 2009. С. 209-210.

Международное публичное право. Учебник. Под ред. К.А. Бекяшева. М., 2007. С. 120.

Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. Учебник. С. 23.

Черниченко С.В. Международное право: современные теоретические проблемы. М., 1993. С. 29.

Толстых В.Л. Указ. соч. С. 283-284.

Баскин Ю.А., Крылов Н.Б., Левин Д.Б. и др. Курс международного права. В. 7 т. Т. 1. Понятие, предмет и система международного права. М., 1989. С. 181. Автор параграфа 6 гл. 5 – Р.А. Мюллерсон.

ва (индивиды, международные неправительственные организации, международные хозяйственные организации93, международные органы).

Похожее разделение субъектов международного права, однако с существенно более узким кругом субъектов, предложено С.В. Черниченко94. Он предлагает разделять субъектов международного права на первичных и производных. Первичные субъекты никем не создаются в качестве таковых, их появление – объективная реальность. К ним относятся «…государства и, в некоторых случаях, народы и нации». Производные же субъекты создаются первичными, и объем их правоспособности зависит от желания и намерения их создателей. Но в отличие от Р.А. Мюллерсона, С.В. Черниченко к таким субъектам относит только межправительственные организации либо государственно-подобные образования типа вольных городов. О том, что позиция Р.А. Мюллерсона в данном случае не представляет собой единодушного мнения специалистов по международному праву, свидетельствует уже то, что в той же самой главе этого же Курса Н.А. Ушаков прямо утверждает, что «индивиды и юридические лица не могут являться субъектами международного права»95. Свою позицию Н.А. Ушаков обосновывает тем, что субъекты международного права должны обладать способностью самостоятельно участвовать в урегулированных международным правом международных отношениях, «…иными словами, должны обладать взаимной независимостью, неподчиненностью друг другу в международном общении»96. Британский представитель науки международного права А. Казсоровска близка к позиции С.В. Черниченко, но расширяет круг субъектов и предлагает97 говорить о полной и частичной международной правосубъектности, считая, что полной правосубъектностью обладают только государства и государственноподобные образования, а иные субъекты (межправительственные организации и индивиды) обладают лишь частичной правосубъектностью, т.е. их возможность обладать международными правами и обязанностями и подавать Т.е. те субъекты, которые принято сейчас называть многонациональными предприятиями или транснациональными корпорациями.

Международное право. Учебник. Под ред. Ю.М. Колосова, В.И. Кузнецова. М., 1996. С. 57-58.

Баскин Ю.А., Крылов Н.Б., Левин Д.Б. и др. Указ. соч. С. 163.

Там же. С. 165.

Kaczorowska A. Public International Law. 4th ed. London and New York, 2010. P. 176.

иски зависит от воли государств. Международные неправительственные организации и многонациональные корпорации она называет «противоречивыми кандидатами на статус субъектов международного права». Очень похожий подход можно найти и в немецкой доктрине международного права98.

Таким образом, после принятия в Венской конвенции 1986 г.99 международные межправительственные организации все-таки были «приняты» большинством юристов в области международного права в круг субъектов международного права. Тем не менее, своим правовым статусом международные организации «обязаны» учредившим их государствам, поэтому, справедливо указывает К.А. Бекяшев, «Любая международная межправительственная организация (даже ООН) – всего лишь вторичный субъект международного права и не может ни в коей мере конкурировать с государствами, а тем более управлять или командовать ими»100.

Признание в качестве пусть вторичного, но субъекта международного права не распространяется на неправительственные организации. В правовой доктрине США распространен (хотя и не универсален) упрощенный социологический подход, в соответствии с которым субъекты международного права отождествляются со всеми лицами, так или иначе влияющими на международные отношения. Так, например, Ш.Д. Мерфи пишет101 об участниках (англ. – actors) международного права, под каковыми понимает лиц, имеющих возможность обладания международными правами и обязанностями, а также предпринимать иные действия в международной сфере. К таковым он относит государства, межправительственные организации, неправительственные организации, индивидов и группы индивидов, а также корпорации.

То, что такой подход в современном международном праве нельзя считать маргинальным, подтверждается радикальной позицией такого авторитетного Граф Витцтум В., Дольцер Р., Куниг Ф. и др. Указ. соч. С.212-226.

Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г. (Россия не ратифицировала данную Конвенцию) // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1.- М.: Бек, 1996. С. 87 – 113.

Бекяшев К.А. К вопросу о «наднациональности» межправительственных организаций // Lex Russica.

Научные труды Московской государственной юридической академии. №6, 2006. С. 1032. О проблеме передачи части государственного суверенитета международным организациям см.: Sarooshi D. International Organizations and their Exercise of Sovereign Powers. New York, Oxford University Press, 2007.

Murphy S.D. Principles of International Law, Thomson-West, 2006. P. 31.

специалиста, как бывший председатель Международного суда ООН Р. Хиггинс. Она считает102, что для международного права использование «дихотомии субъект-объект» более не является продуктивным, и что более целесообразно в настоящее время говорить о разнообразных участниках (англ. – participants), «обращающихся с исками, пересекающими линии государств, с целью реализации различных ценностей»103. Другой американский специалист по международному праву – О. Лисицын – вообще считает сомнительным наличие каких-либо объективных критериев международной правосубъектности104. Такие подходы убедительно критикует В.Л. Толстых105, предлагая не путать реальность с точки зрения социологии с правовой реальностью.

При смешении права и иных социальных норм, как справедливо указывает В.Л. Толстых, возникает угроза вытеснения норм международного права из процесса социально-нормативного регулирования.

В отечественной правовой литературе также можно встретить попытки106 обоснования международной правосубъектности неправительственных организаций (НПО). Аргументация в данном случае фактически сводится к тому, что в некоторых международных правовых актах неправительственным организациям присваивается консультативный статус. Эти доводы неубедительны: тот факт, что субъекты международного права могут осуществлять консультации с любыми субъектами внутреннего права вовсе не означает возможности последних непосредственно вступать в международные правовые отношения. Поэтому в подавляющем большинстве исследований не только отечественных, но и зарубежных специалистов по международному праву негосударственные участники или упоминаются в качестве «особых Higgins R. Problems and Process: International Law and how we use it. Oxford, Clarendon Press, 1994. P. 50.

О степени радикализма ее позиции еще больше свидетельствует то, что она говорит о том, что международное право – «вообще не “настоящее право”» в связи с тем, что в нем эффективность контроля за соблюдением норм несопоставима с национальным правом. Op. cit. P. 2.

Lissitzyn O.J. Efforts to codify or restate the law of treaties // Columbia Law Review, vol. 62, No. 7, November 1962, P. 1184.

Толстых В.Л. Указ. соч., С. 286-289.

Подшибякин С.А. Правовой статус международных неправительственных организаций. М., 2006. С. 32случаев», «кандидатов в субъекты»107 «избранных аномалий»108 или (чаще) четко противопоставляются системе международного права109.

Старейшая действующая международная организация, одновременно являющаяся важнейшим субъектом МТП, – МОТ представляет собой уникальное смешение элементов межправительственной и неправительственной организации. Важнейший принцип, на котором основана деятельность МОТ

– трипартизм, т.е. трехстороннее участие правительств государств-членов МОТ и наиболее представительных организаций работников и работодателей (т.е. НПО). Согласно ст. 2 Венских конвенций 1969 и 1986 г. под международными организациями понимаются межправительственные организации110. На самом деле под межправительственными имеются в виду межгосударственные организации, членами которой выступают государства, а не правительства111. Очевидно, что МОТ по структуре своего представительства шире, нежели просто межгосударственная организация. Более развернутое определение международной организации, данное Ассоциацией международного права, способно вместить в себя и такой сложный субъект как МОТ.

Согласно этому определению, речь идет об организации, созданной на основе международного права международным соглашением, обладающей уставом и органами, отличными от органов государств-членов.112 Понятно, что конвенции МОТ приобретают статус международных договоров только после того как вступают в силу, набрав достаточное количество ратификаций субъектов международного права – государств. Но, как уже отмечалось выше, современное МТП отнюдь не исчерпывается нормами «жесткого» права. Нормы же «мягкого» права в рамках МОТ принимаются на трехсторонней Международной конференции труда при участии трехстоShaw M.N. International Law. 6th Ed. Cambridge: Cambridge University Press, 2008. P. 249-250; Kaczorowska A. Op. cit. P. 216-219.

Wallace R.M.M. International law. London: Sweet & Maxwell ltd., 2006. P. 148-150;

Non-State Actors and Human Rights. P. Alston (ed.) New York, Oxford University Press, 2005; Bianchi A. NonState Actors and International Law. Hans, Aldershot, 2009; Non-State Actors and Authority in the Legal System.

R.A. Higgot, G.R.D. Underhill, A. Bieler (eds.), London, Routledge, 2000.

Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. // Сборник международных договоров СССР, выпуск XLII, 1988; Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г.

См. об этом: Лукашук И.И. Современное право международных договоров. Т. I. Заключение международных договоров. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 153.

International Law Association. Report of the sixty-ninth Conference, London, 2000. P. 587.

роннего Административного совета. Кроме того, наибольшая фактическая нагрузка по контролю за соблюдением конвенций и рекомендаций МОТ113 возлагается на Комитет экспертов по применению конвенций и рекомендаций и Комитет по свободе объединения. Комитет экспертов трехсторонним Административным советом, а Комитет по свободе объединения сам построен по трехстороннему признаку. Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 12 Устава МОТ, в работе главного ее органа – Международной конференции труда (МКТ) могут принимать участие с консультативным статусом признанные неправительственные международные организации, включая организации работодателей, работников, сельскохозяйственных работников и кооператоров. Помимо этого, в соответствии с п. 2 (j) ст. 2 Регламента МКТ114 в деятельности МКТ принимают участие и независимые НПО. Речь идет о семи крупнейших международных объединениях работников, кооперативов и работодателей115. Еще 18 международных неправительственных организаций обладают региональным консультативным статусом116.

Как уже отмечалось выше, теория международного права исходит из того, что государства выступают в международных отношениях в единстве политической власти, территории и населения. Обеспечивает ли трипартизм более демократическое представительство населения соответствующего государства в МОТ или, наоборот, ограничивает это представительство – вопрос спорный.

С одной стороны, можно говорить, что население каждой страны получает возможность быть непосредственно представленным в международной организации, минуя бюрократический аппарат своего государства, который может быть заинтересован в том, чтобы скрыть имеющиеся проблемы.

С другой стороны, любая общественная организация представляет не все население в целом, а определенную его группу. Работников и работодателей О проблемах контроля за соблюдением актов МОТ см. пар. 4.3 и 4.4 главы 2.

ILO. Standing Orders of the International Labour Conference:

http://www.ilo.org/public/english/standards/relm/ilc/ilc-so.htm#Article%202.

Международный кооперативный альянс; Международная федерация сельскохозяйственных производителей; МОР; МКПС; Организация африканского профсоюзного единства; Панафриканская конфедерация работодателей; Всемирная федерация профсоюзов.

См. их перечень на сайте МОТ: Non-Governmental International Organizations having regional consultative status with the ILO: http://www.ilo.org/public/english/bureau/pardev/civil/regional.htm.

в МОТ представляют «наиболее представительные организации» тех и других. Первая проблема, которая возникает в этом отношении связана с тем, что профсоюзы – традиционные представители работников – в течение последних десятилетий переживают далеко не лучшие времена. Уровень членства в профсоюзах в подавляющем большинстве государств значительно снизился117. Крупнейшее в мире международное профсоюзное объединение – конфедерация профессиональных союзов»

«Международная (МКПС, англ. — International Trade Union Confederation, сокращенно — ITUC) представляет 186 млн. работников из 155 стран118. Эта цифра очень внушительна.

Однако если сравнить ее с общим количеством работающих в мире, а это, по данным МОТ на 2008 г., - около 4 млрд. человек119, то выяснится, что доля «представляемых» этой организацией работников не так уж и высока. Если же добавить к этому, что в этой организации работники участвуют не непосредственно, а через крупнейшие профсоюзные объединения своих стран, которые, в свою очередь, состоят из территориальных и отраслевых профсоюзных объединений, в которые уже входят первичные профсоюзные организации, получится, что «голоса» работников до МОТ доходят очень опосредованно – особенно с учетом проблем взаимоотношений между крупными и малыми профсоюзами120.

При этом наименее защищенные и наиболее нуждающиеся в правовой защите работники: те, которые работают в неформальной экономике121, раНапример, в странах, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития, средний уровень профсоюзного членства с 1980 по 2011 г. снизился с 32,8% до 17,5%, т.е. почти в два раза. См.: Organisation for Economic Co-Operation and Development. OECD.StatExtracts. Trade Union Density.

http://stats.oecd.org/Index.aspx?DatasetCode=UN_DEN#. В отношении развивающихся стран статистика по уровню членства в профсоюзах весьма скудна. Во многом это объясняется значительным удельным весом неформальной экономики и трудовых отношений. См. об этом: Frege C. International trends in unionization

relations // Global industrial relations. M.J. Morley, P. Gunningle, D.G. Collings (eds.). London and New York:

Routledge, 2006. P. 221-238.

Hayter S., Stoevska V. Social Dialogue Indicators. International Statistical Inquiry 2008-09. Technical Brief. Geneva: ILO, 2011. http://laborsta.ilo.org/applv8/data/TUM/TUD%20and%20CBC%20Technical%20Brief.pdf.

См. официальный сайт МКПС: http://www.ituc-csi.org/.

См. базу данных МОТ Key Indicators of Labour Market (Ключевые индикаторы рынка труда).

О данной проблеме применительно к России см. пар. 2.1 главы 3.

Точную цифру занятых в неформальном секторе установить невозможно. Даже определение того, что следует относить к неформальному сектору, сильно различается в разных странах. См. об этом: Hussmanns R. Measuring the informal economy: From employment in the informal sector to informal employment. Working Paper No. 53. ILO, Geneva, 2004. P. 4-7, ILO. Decent work and the informal economy. Report to the International Labour Conference 90th Session 2002. ILO, Geneva, 2002.

http://www.ilo.org/public/english/standards/relm/ilc/ilc90/pdf/rep-vi.pdf. Данные о количестве занятых в нефорботники-мигранты122, заемные работники, домашние работники123, самозанятые лица практически не имеют своих представителей в МОТ, поскольку не участвуют в профсоюзах. Крупнейшие профсоюзные объединения не заинтересованы в расширении представительства работников в рамках МОТ, чтобы не создавать себе конкурентов. В некоторых случаях даже вступают в тактические альянсы со своими контрагентами – объединениями работодателей, чтобы заблокировать участие в Административном совете МОТ иных представителей работников124.

Те же самые вопросы правомерно поставить и в отношении представительства работодателей. Очевидно, что лучше всего представлены в МОТ представители крупного бизнеса: они являются основными участниками и финансовыми спонсорами объединений работодателей. Малый и средний бизнес в объединениях работодателей представлен значительно хуже.

Существуют и более частные проблемы, связанные с техническими сложностями реализации трехстороннего представительства в рамках различных комитетов и органов МОТ125.

мальном секторе очень приблизительны, но, по данным МОТ, в большинстве стран Африки и Латинской Америки, доля занятых в неформальном секторе составляет от 50 до более, чем 80% от общего количества работающих. См. базу данных МОТ Key Indicators of Labour Market (Ключевые индикаторы рынка труда). О ситуации в России см.: Синявская О.В. Неформальная занятость в современной России: измерение, масштабы, динамика. М., 2005.

Только в России по различным экспертным оценкам количество нелегальных иностранных работников составляет от 5 до 15 млн. человек. См.: Материалы парламентских слушаний в Государственной Думе Федерального Собрания РФ на тему: «Проблемы законодательного регулирования трудовой миграции и деятельности негосударственных агентств занятости в Российской Федерации», состоявшихся 21 апреля 2004 г.

По данным МОТ, труд домашних работников поглощает значительную часть рабочей силы: в развивающихся странах на них приходится от 4 до 10% от общего числа занятых, в то время как в промышленно развитых странах доля домашних работников составляет от 1 до 2,5%. См.: Доклад МБТ: «Достойный труд домашних работников». Женева, 2009. http://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/---ed_norm/--relconf/documents/meetingdocument/wcms_104706.pdf. С. 6.

Например, Г. Стендинг, много времени проработавший в МОТ на высоких должностях, приводит пример, когда Международная конфедерация свободных профсоюзов не допустила Индийскую ассоциацию самозанятых женщин в качестве представителя работников. См.: Standing G. The ILO: An Agency for Globalization? // Development and Change Vol. 39, Issue 3, 2008, P. 380; Standing, G., Global Monitor. The International Labour Organisation // New Political Economy, Vol. 15, No. 2, 2010. P. 316-318.

ILO Governing Body. 304th Session Geneva, March 2009. Reports of the Committee on Legal Issues and International Labour Standards. First report: Legal issues. ILO Doc. No. GB.304/9/1. Geneva: ILO, 2009. P 6-10; ILO Governing Body. 306th Session Geneva, November 2009. Reports of the Committee on Legal Issues and International Labour Standards. First report: Legal issues. ILO Doc. No. GB.306/10/1(Rev.). Geneva: ILO, 2009. P 2-4;

ILO Governing Body. 307th Session Geneva, March 2010. Reports of the Committee on Legal Issues and International Labour Standards. First report: Legal issues. ILO Doc. No. GB.307/10/1(Rev.). Geneva: ILO, 2010. P 1-4;

ILO Governing Body. 309th Session Geneva, November 2010. Reports of the Committee on Legal Issues and International Labour Standards. First report: Legal issues. ILO Doc. No. GB.309/12/1(Rev.). Geneva: ILO, 2010. P 1-3.

Сказанное вовсе не означает неудачности или бесперспективности самой схемы трехстороннего представительства социальных партнеров в МОТ.

Очевидно и то, что МОТ – это старейший и важнейший субъект МТП. Однако понятно и то, что если рассматривать классическое международное публичное право как право межгосударственных отношений, МОТ не укладывается в прокрустово ложе классификации его стандартных субъектов – государств и международных межправительственных организаций.

Изложенное приводит к выводу о том, что если «по формальному признаку» определять МТП лишь как отрасль правовой системы международного права, то из поля зрения выпадут очень важные составные элементы этого правового явления. Но при этом, если говорить о правовой системе, то попытка объединения международного публичного и национального права будет юридически и логически некорректна. Для целей настоящего исследования наиболее корректным представляется говорить о МТП как о системе правового регулирования труда, выходящей за рамки одного государства.

В узком смысле МТП может быть определено как одна из отраслей международного права, касающаяся регулирования отношений между государствами по поводу трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений. Понимаемое в узком смысле МТП не будет включать в себя ни «мягкого» права, ни актов, принимаемых негосударственными субъектами, ни отношений между ними, т.е. важнейших составных частей МТП как науки и учебной дисциплины. Тем не менее, для определения эффективности норм МТП даже в узком смысле с научной точки зрения необходимо исследовать все явление в его целостности: формально определенные нормы МТП обречены оставаться лишь «правом в книгах», если для их реализации не пользоваться всеми вспомогательными механизмами МТП в широком смысле слова.

Серьезное несовпадение МТП в узком и широком смысле не должно смущать. В конце концов, система отрасли внутригосударственного трудового права также заметно отличается от системы науки и учебной дисциплины126. Например, из отрасли права естественным образом выпадают такие важные элементы науки и учебной дисциплины как историческое развитие и современные тенденции развития. Однако в МТП эти различия принципиально больше, ибо «в зазор» между отраслью и учебной/научной дисциплиной попадают целые виды источников и субъектов права, которые, не обладая международной правосубъектностью, безусловно, обладают правосубъектностью национальной. То же самое можно сказать и о сравнительном трудовом праве, которого как отрасли права, разумеется, не существует, но которое, безусловно, представляет предмет серьезных и важных правовых исследований127. Неудивительно поэтому и то, что МТП, понимаемое в узком смысле слова, как отрасль международного права, тем не менее относится по номенклатуре научных специальностей к трудовому праву. Это связано с тем, что юристы-международники фокусируют свои исследования на механизмах международного права, в то время как трудовики сосредоточены на материальной части МТП, конкретном содержании отдельных его институтов. А оно, как было показано выше, далеко выходит за рамки международного права как правовой системы.

В белорусской правовой доктрине недавно также было предложено понимать МТП в узком и широком смысле128. Однако подход, предлагаемый А.Л. Козиком, К.Л. Томашевским и Е.А. Волк несколько отличается от нашего. Они предлагают под МТП в широком смысле понимать собирательное понятие, включающее МТП как отрасль международного права, а также коллизионное правовое регулирование труда, называемое ими международным частным трудовым правом. В узком же смысле они предлагают говорить об МТП как отрасли международного права. Если наши подходы к определению МТП в узком смысле совпадают, то широкое определение нам видится поСм. об этом: Гусов К.Н., Толкунова В.Н. Трудовое право России. Учебник. М.: Проспект, 2003. С. 31-34;

Трудовое право. Учебник. 3-е изд. М.: Проспект, 2008. С. 20; Трудовое право России: учебник. Под ред.

С.Ю. Головиной и М.В. Молодцова. М.: Издательство «Норма», 2008. С. 42-44; Трудовое право России. Под ред. Е.Б. Хохлова и В.А. Сафонова. М.: Юрайт, 2008. С. 30-31; Трудовое право России. Под ред. А.М. Куренного. 2-е изд. М., 2008. С. 30-31; Гейхман В.Л., Дмитриева И.К. Трудовое право: учебник для вузов.

М.:

Юрайт, 2010. С. 35-37 и др.

См. об этом фундаментальную работу О. Кан-Фройнда, посвященную трудностям сравнительного правоведения, прежде всего, применительно к трудовому праву: Kahn-Freund O. On uses and misuses of comparative law // The Modern Law Review. 1974. P. 1–27.

Козик А.Л., Томашевский К.Л., Волк Е.А. Указ. соч. С. 47-51.

разному. Представляется, что структурно отнесение коллизионного регулирования труда к международному, либо национальному праву не представляет теоретической и практической проблемы: те его источники, которые относятся к национальным, соответственно, находятся в отрасли национального трудового права. Международные договоры и иные источники международного права по соответствующему вопросу относятся к международному (публичному) праву. Когда речь идет об МТП в широком смысле, важнее оговорить роль тех источников, которые попадают «в зазор» между национальным и международным трудовым правом, либо относятся к национальному праву, но касаются правового регулирования труда, выходящего за рамки одного государства (включая коллизионное регулирование труда, но ограничиваясь им). Этому требованию отвечает предлагаемое нами разграничение широкого и узкого смысла для понятия МТП.

Еще одно смысловое разделение понятия МТП предложили К.Д. Крылов и В.А. Савин129. Под МТП в широком смысле они понимают все правовые нормы в сфере труда, включая и международные, и национальные. «В собственном смысле» под МТП понимается «правовое отражение деятельности международных организаций в регулировании сферы труда». В узком смысле под МТП понимаются те международные нормы в сфере труда, которые включены в правовую систему конкретного государства. При том, что этот подход к понятию МТП имеет самостоятельную научную ценность, для целей настоящего исследования он вряд ли может быть использован. Первое, самое широкое, определение включает в себя и национальное трудовое право. Исследование эффективности норм МТП в настолько широком смысле не позволит выделить именно международный аспект проблемы. Третье, самое узкое, определение МТП касается только национального права в связи с тем, что нормы МТС, признающиеся составной частью правовой системы отдельного государства, тем самым трансформируются из международных источников в национальные130. А исследование эффективности норм национальноМГЮА. Программа курса «Международное трудовое право». Сост. Крылов К.Д. при уч. Савина В.А.

М.:

МГЮА, 2004. С. 3.

См. об этом пар. 1 главы 3.

го трудового права самого по себе не входит в задачу настоящего исследования. Понятие же МТП «в собственном смысле», предлагаемое К.Д. Крыловом и В.А. Савиным, касается лишь международных организаций и, таким образом, исключает не только государства из числа субъектов МТП, но и негосударственные структуры. Как представляется, исследование эффективности норм МТП в столь узком смысле не сможет отразить всей многогранности современного МТП (см. об этом выше).

§2. Нормы и источники международного трудового права:

понятие и юридическая природа §2.1. Соотношение понятий «норма МТП», «источник МТП» и «международные трудовые стандарты»

Исследование эффективности норм МТП подразумевает четкое определение предмета и границ исследования. Очевидно, что для этого необходимо сформулировать подходы к определению понятия самой нормы МТП, а также неразрывно связанных с ним понятий «источники МТП» и «международные трудовые стандарты».

В академическом курсе теории государства и права, изданном МГУ, правовая норма определяется как «общеобязательное правило социального поведения, установленное или санкционированное государством, выраженное публично в формально-определенных предписаниях, обычно в письменной форме и охраняемое органом государства путем контроля за его соблюдением и применения предусмотренных законом мер предупреждения за правонарушения»131. Как подчеркивает С.С. Алексеев, главная особенность юридической нормы – ее государственно-властный характер132. При абсолютизации государственно-властной природы правовых норм, право формулируется в рамках позитивистского или легистского понимания, при котором, по определению, предложенному еще Т. Гоббсом, правовая норма определяется как приказ суверена133. Правовой позитивизм, поддержанный в ХХ веке Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. Под ред. М.Н. Марченко. С. 318.

Алексеев С.С. Общая теория права. Учебник. С. 286.

Гоббс Т. Левиафан. Сочинения в 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1991. С. 204-207.

Г. Кельзеном134, Г. Хартом135, Г.Ф. Шершеневичем136 и многими другими авторитетными правоведами, стал объектом критики в связи со своим авторитаристским подходом к праву, по сути, оправдывающим государственный произвол. В противовес этому подходу была предложена137 концепция естественного права, подразумевающая, что если закон, принятый государством, противоречит идее права, он носит неправовой характер. Этот подход в различных трактовках предполагает увязывание права и морали и предполагает объективную заданность определенных правовых норм вне зависимости от воли государственного законодателя.

Как писал еще в начале ХХ в. известный русский философ и правовед Е.Н. Трубецкой, «в зависимости от того, чем обусловливается обязательность правовых норм, они подразделяются на две основные группы, причисляемые к двум основным формам права. Все те правовые нормы, коих обязательность обусловливается санкцией того или другого внешнего авторитета (например, государства, церкви), суть нормы права позитивного, или положительного. Напротив того, все те правовые нормы, коих обязательность не обусловливается каким-либо внешним авторитетом, а требованиями разума, суть нормы права естественного»138. Преимущества естественноправового подхода очевидны: главное из них заключается в том, что при условии наличия качественной судебной системы, право может применяться не только на основе «буквы» закона, но и на основе его «духа». Правовые нормы, принятые государством, могут противоречить идее права. Чаще всего для иллюстрации этого тезиса приводится пример права нацистской Германии, многие законы которой были настолько бесчеловечными, что их принято считать «неправовыми». Слабость же естественного права неразрывно связана с его сильной стороной: кто именно уполномочен решать, что следует включать в состав «норм» естественного права?

Чистое учение о праве Ганса Кельзена. Вып. l. M.: ИНИОН АН СССР, 1987. С. 82-98; Вып. 2. М.: ИНИОН АН СССР, 1988. С. 97-102.

Hart H.L.A. The Concept of Law 2nd Ed.. Oxford: Oxford University Press, 1987. – 315p.

Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. М.: Изд. Бр. Башмаковых, 1911. С. 26-38, 300-314.

Еще Аристотель делил право на естественное и волеустановленное. См.: Гроций Г. О праве войны и мира. М.: Ладомир, 1994. С. 69. О развитии естественноправовых идей начиная с античного времени см.:

Нерсесянц В.С. Философия права Гегеля.М.: Юристъ, 1998. С. 96-121.

Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права (изд. по запискам студентов. Киев, 1906). СПб., 1998. С. 62.

В XX в. учеными делались неоднократные попытки примирить естественноправовой, либо позитивистский подходы к праву, но в итоге они становились более умеренным выражением позитивистской139, либо естественноправовой доктрины140. Иногда при этом выделяется третий подход – социологический, подразумевающий, что право – это отражение фактически сложившегося правопорядка141. Иногда такой подход рассматривается как мягкий вариант позитивизма142. Трудно не согласиться с Р.З. Лившицем, полагавшим, что каждая теория, каждая школа имела свои основания считаться истинной в одних исторических условиях и ложной в других143.

В советское время отечественное право целиком основывалось на позитивистских позициях, исходя из ленинского постулата о том, что «право есть ничто без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм права»144. В постсоветском праве, также как и в праве дореволюционной России, существуют сторонники как естественноправовой, так и позитивистской145 правовой концепций. Но преобладает в современных российских условиях скорее естественноправовой подход. С.С. Алексеев, принимавший участие в создании российской Конституции, указывает, что «именно естественное право изначально стало выражением и носителем ”самой” философии права в реальном жизненном бытии – того значительного смысла, который выражает достаточную обоснованность статуса людей, людского поведения, поступков»146. М.В. Баглай пишет: «В плоть и кровь народной жизни должна войти истина: если закон противоречит естественному праву, он ничтожен»147.

Действующая Конституция РФ построена на естественно-правовой основе. В Hart H. L. A. Positivism and the Separation of Law and Morals // Harvard Law Review, Vol. 71, No. 4, 1958. P.

593-629; McLeod I. Legal Theory. 6th ed. London: Palgrave-Macmillan Ltd., 2012. P. 18-28 и др.

Такова, например, позиция В.С. Нерсесянца, предлагавшего собственную «либертарную концепцию правопонимания». См.: Нерсесянц В.С. Философия права. Учебник для вузов. М.: Норма, 2009. С. 28-48; Проблемы общей теории права и государства. Учебник для юридических вузов. Под ред. В.С. Нерсесянца.. С.

162-187.

См. об этом: Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права (под редакцией В.А. Томсинова). М.: Зерцало, 2008 г. С. 196-204.

См.: Марченко М.Н. Источники права. М.: Проспект, 2008. С. 69.

Лившиц Р.З. Теория права. Учебник. М.: Издательство Бек. 1994. С. 14.

Ленин В.И. Соч., изд. 3-е. ХХI, C. 438.

Например, В.К. Бабаев придерживается скорее позитивистского подхода, указывая, что «праву присуща специфическая форма выражения – законодательство». См. Общая теория права. Курс лекций под общей ред. В.К. Бабаева, Нижний Новгород, 1993. С. 120.

Алексеев С.С. Восхождение к праву. Поиски и решения. М.: Норма, 2001. С. 416.

Баглай М.В. Указ. соч. С. 34.

ст. 18 Конституции указывается, что «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием»148. Кроме того, в ч. 1 ст. 17 Конституции говорится о том, что «в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией». Общепризнанные принципы и нормы – суть проявления естественного права149. Таким образом, российская правовая система сделала существенный шаг в сторону романогерманской правовой семьи, поставившей идеи естественного права в качестве базы для своего законодательства несколько ранее150.

Как писал В.С. Нерсесянц, утверждение о том, что нормы официально действующего (позитивного) права установлены государством и обеспечены государственным принуждением, «верно, но недостаточно»151. В теории права в настоящее время более или менее устоялся подход, в соответствии с которым принято говорить о двух синонимичных понятиях: источниках или формах выражения права152. Для анализа эффективности норм МТП следует оценивать более широкое явление – все источники или формы выражения МТП, поскольку все формы МТП, которые нельзя отнести к нормам права в строгом позитивистском смысле, так или иначе связаны с обеспечением реализации положений, закрепленных в самих нормах МТП.

В международном праве наиболее распространен подход153, в соответствии с которым виды источников международного права определяются исСЗ РФ, 26.01.2009, №4, ст. 445.

См. об этом: Морщакова Т.Г. Применение международно-правовых норм о правах человека в конституционном правосудии // Конституционное правосудие на рубеже веков: материалы межд. конф. М.: Норма,

2002. С. 186.

Подробнее о становлении общепризнанных принципов естественного права в качестве источников права в странах романо-германской правовой семьи см. подробнее, например, в кн. Ж.-Л. Бержеля «Общая теория права». М.: Nota Bene, 2000. С. 157 и далее.

Нерсесянц В.С. Философия права. С. 22-23.

См. об этом, например: Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. Под ред. М.Н.

Марченко. С. 229-231 и др.

Толстых В.Л. Указ. соч., С. 153; Баскин Ю.А., Крылов Н.Б., Левин Д.Б. и др. Указ. соч. С. 183. Автор гл. 6

– Г.И. Тункин.

ходя, прежде всего, из ст. 38 Статута Международного Суда ООН154. Международный Суд в своих решениях опирается на:

a) международные конвенции, как общие, так и специальные, устанавливающие правила, определенно признанные спорящими государствами;

b) международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы;

c) общие принципы права, признанные цивилизованными нациями;

d) с оговоркой, указанной в статье 59, судебные решения и доктрины наиболее квалифицированных специалистов по публичному праву различных наций в качестве вспомогательного средства для определения правовых норм.

Ведется дискуссия по поводу признания рекомендательных актов в качестве источников МТП А.М. Лушников вскользь упоминает о рекомендациях МОТ как о международных нормах155. Но, как пишет И.К. Дмитриева, они «не являются международным соглашением и не подлежат ратификации, но, тем не менее, поддаются применению»; их следует считать, с ее точки зрения, «вспомогательным источником права»156. М.В. Лушникова без оговорок относит рекомендательные акты к числу источников МТП157.

В рамках самой МОТ подходы к терминам «МТС» и «нормы МТП» не отличаются единообразием. Общепринято применение термина «международные трудовые стандарты» к совокупности всех обязательных и рекомендательных актов МОТ158. Однако, например, Департамент по применению Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XII.- М., 1956. С. 47 - 63.

Лушников А.М. Международное трудовое право и право социального обеспечения: генезис и развитие (XIX — начало XXI вв.) // Вестник трудового права и права социального обеспечения. 2009. Вып. 4. С. 26.

Дмитриева И.К. Принципы российского трудового права: монография. М., 2004, С.117-118.

Лушникова М.В. О единстве (унификации, гармонизации) и дифференциации источников международного трудового права и права социального обеспечения // Вестник трудового права и права социального обеспечения. 2009. Вып. 4. С. 42.

См.: Swepston L. International Labour Law // Comparative Labour Law and Industrial Relations in Industrialized Market Economies, IX-th Ed. Kluwer Law International, 2007. P. 139; Javillier J.-Cl. Droit du Travail. Paris,

1999. P. 108. При этом авторитетный российский ученый в области международного трудового права – И.Я.

Киселев – с течением времени несколько изменил свое отношение к данному понятию. Если в более ранней его книге (Сравнительное и международное трудовое право, С. 447) говорится о международных трудовых стандартах как о системе именно международных договоров, то в более поздней работе (Киселев И.Я., Лушников А.М. Трудовое право России и зарубежных стран. Учебник. Под ред. М.В. Лушниковой, 3-е изд.

М. 2008, С. 480) прямо не указывается, что такие стандарты обязательно должны проявляться в виде юриМТС МОТ сокращенно называется «Normes»159, т.е. понятие «норм» в рамках МОТ иногда используется и в отношении рекомендательных актов. Причем на французский язык английский термин «International Labour Standards»

принято переводить как «Les normes internationales du travail»160.

Г.И. Тункин считал, что международные рекомендации «или представляют важный момент в процессе формирования международного соглашения, или помогают установить факт наличия той или иной нормы международного права»161. И.И. Лукашук воздерживается от оценки места рекомендательных актов в системе международного права, лишь справедливо указывая, что значение таких актов достаточно велико162. Более определенно на этот счет высказывался Г.И. Тункин, говоря, что «…важно не смешивать фактическую действенность рекомендаций международных организаций с их юридической обязательностью»163. Далее он писал, что даже если государство добровольно осуществляет нормы рекомендации, оно в силу этого не становится связанным международными обязательствами164. При этом Г.И.

Тункин также подчеркивал, что установление юридической природы рекомендаций имеет как теоретическое, так и практическое значение165.

Как пишут специалисты МОТ, сама возможность отнесения актов, иных чем конвенции (рекомендаций, деклараций, резолюций и кодексов практики) к источникам права путем автоматической инкорпорации исключена. Они могут использоваться лишь в качестве ориентира для целей толкования166.

Представляется, что говорить о том, что международные рекомендательные акты следует относить к числу самостоятельных источников МТП, входящих в ее систему, вряд ли правильно. Тем не менее, такие акты могут (но не дически обязательных международных договоров, хотя они и называются «нормативной [курсив мой – Н.Л.] субстанцией международного трудового права».

См. сайт МОТ: ILO. Departments and offices: http://www.ilo.org/global/about-the-ilo/how-the-iloworks/departments-and-offices/lang--en/index.htm.

См. сайт МОТ: OIT. Normes du travail: http://www.ilo.org/global/standards/lang--fr/index.htm.

Тункин Г.И. Теория международного права. М., 2009 (переиздание 1970 г.). С. 203.

Лукашук И.И. Указ. соч. С. 138-141.

Тункин Г.И. Теория международного права. С. 158.

Там же.

Там же. С. 159.

Thomas C., Oelz M., Beaudonnet X. Op. cit. P. 266.

обязательно) свидетельствовать о существовании международного обычая, касающегося рассматриваемого в них вопроса.

Исходя из изложенного, можно прийти к выводу, что источник МТП следует определять как форму выражения нормы МТП. В свою очередь норма МТП – это общеобязательное правило поведения, порождающее определенные правовые последствия в сфере МТП. Ключевым в данном определении следует считать именно правовой характер последствий.

Особый подход к пониманию нормы МТП предлагает И.В. Шестерякова. Она предлагает говорить о международных трудовых нормах исключительно как о международных договорах167. Для целей нашего исследования такое определение было бы слишком узким, поскольку в этом случае из рассмотрения выпадают такие важные нормы МТП как императивные нормы общего международного права (jus cogens) и международные обычаи.

Однако в современном МТП чрезвычайно распространены отдельные виды иных правовых инструментов обеспечения эффективности норм МТП:

рекомендательные акты, международные коллективные договоры, договоры о создании ЕПС, социальная маркировка, корпоративные кодексы поведения, генеральные системы торговых преференций и др. В настоящем исследовании они рассматриваются постольку, поскольку они влияют на применение и толкование норм МТП. Таким образом, для целей настоящей работы понятие международных трудовых стандартов будет использоваться как широкое понятие, включающее в себя, помимо норм МТП, любые правила поведения, порождающие те или иные (правовые, социальные, экономические, политические, информационные и т.д.) последствия в сфере МТП.

Влияние МТС, не относящихся к нормам МТП, на эффективность этих норм, очень велико. Кроме того, далеко не всегда в современных условиях можно однозначно отнести тот или иной МТС к акту классического «мягкого» или «жесткого» права. В некоторых современных междисциплинарных исследованиях подчеркивается снижение значения четкого противопоставления «мягкого» и «жесткого» права. Вместо этого предлагается концентрироШестерякова И.В. Международные трудовые нормы и трудовое право России: их соотношение и коллизии. С. 46.

вать внимание на том, идет ли в правовом акте речь об иерархическом подчинении субъектов права или он носит скорее координационный характер.

Для оперирования этими понятиями предлагается особая теория гибридных структур168.

Очевидно, что под МТС могут пониматься не только правила поведения.

Так, К.Д. Крылов говорит о «правовых стандартах политики в сфере труда» и относит их не только к правовым актам, но и к политике в сфере труда169.

Кроме того, под МТС зачастую понимают некие обобщенные идеалы, к которым следует стремиться всем государствам и социальным партнерам применительно к регулированию отношений в сфере труда. Помимо этого, в Конвенции МОТ 2006 г. о труде в морском судоходстве (MLC) одна из частей Конвенции (Кодекс) разделена на «обязательные стандарты» (англ. – mandatory standards) и «факультативные руководящие принципы»170.

В настоящей работе такие понятия стандартов, связанных с МТП, «выносятся за скобки» и не используются. Под МТС понимаются именно правила поведения, выраженные тем или иным образом, которые могут оказать какое-либо влияние на эффективность норм МТП.

В следующих подпараграфах настоящего параграфа рассматриваются отдельные виды норм МТП: международные договоры, международные обычаи и нормы (jus cogens). Это делается для уяснения того, об эффективности каких именно норм МТП будет идти речь далее в работе.

§2.2. Нормы jus cogens и МТП В ст. 38 Статута Международного суда ООН говорится об «общих принципах права, признанных цивилизованными нациями». Это понятие нетождественно понятию так называемых императивных норм общего межCottrell P.M., Trubek D.M. Law as Problem Solving: Standards, Networks, Experimentation, and Deliberation in Global Space // Transnational Law & Contemporary Problems, Vol. 21, 2012. P. 359-393; De Brca G., Scott J.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
Похожие работы:

«Московский институт государственного управления и права ПРИНЦИПЫ ПРАВА Круглый стол № 3 Под редакцией доктора юридических наук, профессора Д.А. Пашенцева и доктора юридических наук, профессора А.Г. Чернявского Москва УДК 340.114 ББК 67.0 П76 Рецензенты: Н.Е. Борисова, д-р юрид. наук, проф. Т.Н. Радько, д-р юрид. наук, проф. П76 Прин...»

«Александр Мелентьевич Волков Чудесный шар Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=181881 Чудесный шар: Детская литература; Москва; 1972 Аннотация Действие романа развивается в 50...»

«Фитосанитарные требования, предъявляемые к подкарантинной продукции, ввозимой на территорию Республики Беларусь ГЛАВА 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1. Настоящие Фитосанитарные требования, предъявляемые к подкар...»

«УДК 347.962 ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ СУДЕБНЫХ АКТОВ КАК ПУБЛИЧНО-ПРАВОВАЯ ФУНКЦИЯ ГОСУДАРСТВА © 2010 Е. Н. Воронов канд. ист. наук, доцент каф. конституционного и административного права E-mail: envoronov...»

«ВЕСТНИК НОВЫХ МЕДИЦИНСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ – 2015 – N 2 Электронный журнал УДК: 612.88.32 DOI: 10.12737/11569 ИССЛЕДОВАНИЕ СЛОЖНОГО СТЕРЕОГНОСТИЧЕСКОГО ЧУВСТВА В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ И.В. МИХАЙЛОВ Медицинский институт, Орловский государственный университет...»

«ОТКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "АЭРОПОРТ АСТРАХАНЬ" Документация запроса предложений Запрос предложений по выбору арендатора на право аренды для размещения на арендуемой площади магазина беспо...»

«Совершение преступлений против несовершеннолетних представляет собой повышенную опасность для общества. Это связано не только с тем, что расширяется круг правонарушений, но и с тем, что нарушаются основы конституционно-право...»

«ОФИС НАРОДНОГО АДВОКАТА (ОМБУДСМЕНА) ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НА ЗЕМЛЮ Кишинэу • 2014 2 ПРА ВО СОБС Т ВЕННОС Т И НА З ЕМ Л Ю Настоящая брошюра имеет своей целью донести до граждан информацию об основном объеме их прав на землю в наглядной форме вопросов и ответов. В предлагаемой бро...»

«Г. А. КИЗИМА Цветник для тех, кому за. Москва Издательство АС здательство АСТ УДК 635.9 ББК 42.374 К38 Все права защищены. Ни одна часть данного издания не может быть воспроизведена или использована в какой-либо форме, включая электро...»

«Ю. В. Волков О предмете и методе телекоммуникационного права Предмет и место телекоммуникационного права в системе российского права является относительно новой проблемой для российской юриспруденции. Учитывая реа...»

«Гриценко Денис Викторович Правовой статус прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях Специальность 12.00.14 – Административное право; административный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный рук...»

«КАДЫРКУЛОВ Ильяс Раимжанович ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ И ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ПО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЮ И ПРЕСЕЧЕНИЮ ВНУТРЕННИХ ВОЛНЕНИЙ И БЕСПОРЯДКОВ Специальность: 12.00.11 – судебная деятельность, прокурорская деятельность, правозащитная и правоохранительная деятельнос...»

«ЧАСТО ЗАДАВАЕМЫЕ ВОПРОСЫ Как получить визу, ПМЖ или гражданство в Германии? Ответ: Виза. В Германии существуют два вида виз: шенгенская виза и национальная германская виза. Они различаются срок...»

«Кристофер Дж. Мур Азиатский рецепт Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8271198 Мур, Кристофер Дж. Азиатский рецепт: Эксмо; Москва; 2014 ISBN 978-5-699-74320-9 Аннотация Добро пожаловать в Паттайю! У ее берегов во...»

«КОНВЕНЦИЯ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ПРОТИВ КОРРУПЦИИ Преамбула Государства — участники настоящей Конвенции, будучи обеспокоены серьезностью порождаемых коррупцией проблем и угроз для стабильности и безопасности общества, что подрывает дем...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 16.05.2013, 8/27440 ПОСТАНОВЛЕНИЕ МИНИСТЕРСТВА ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 29 мая 2012 г. № 53 Об утверждении Правил проведе...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Глазовский государственный педагогический институт имени В.Г. Короленко" УТВЕРЖДАЮ Д...»

«АНУФРИЕВА Александра Александровна МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ В ЕС НА ПРИМЕРЕ КАПИТАЛОВЛОЖЕНИЙ В ТОПЛИВНОЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ЕС Специальность 12.00.10 Международное право. Европейское право АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени...»

«Супоницкая Полина Александровна (1919-1993) Главный библиограф Справочнобиблиографическо го отдела ЗНБ СГУ "О милых спутниках, которые наш свет Своим сопутствием для нас животворили, Не говори с тоской их нет, Но с благодарностию были!" В. Жуковский Полина Александ...»

«Джеффри Айзенберг Брайан Айзенберг Добавьте в корзину. Ключевые принципы повышения конверсии веб-сайтов Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=614435 Добавьте в корзину. Ключевые принципы повышения конверсии веб-сайта / Брайан и Джеффри Айзенберг ; пер....»

«Пол Сассман Последняя тайна Храма Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=152930 Сассман, Пол Последняя тайна Храма: [роман; пер. с англ.]: АСТ; Москва; 2014 ISBN 978-5-17-081234-9 Оригинал: PaulSussman, “THE LAST SECRET OF THE TEMPLE” Перевод: Владимир Игоревич Баканов...»

«А.А. МАРКОВ СВЯЗИ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ В ЗАЩИТЕ ИМИДЖА ОТ НЕГАТИВНОЙ ИНФОРМАЦИИ СМИ. В АСПЕКТЕ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЛИЧНОСТИ И ОРГАНИЗАЦИИ монография Санкт-Петербург Издано: Российский госу...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.