WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«© 1992 г. в.в. ильин ПОСТКЛАССИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ: КАКИМ ЕМУ БЫТЬ? ИЛЬИН Виктор Васильевич — доктор философских наук, профессор философского ...»

© 1992 г.

в.в. ильин

ПОСТКЛАССИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ:

КАКИМ ЕМУ БЫТЬ?

ИЛЬИН Виктор Васильевич — доктор философских наук, профессор философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. В нашем журнале публикуется впервые.

Дух преобразований нашего времени, обеспеченный столь капитальными явлениями, как

крушение тоталитарной системы, упрочение демократии, деидеологизация, высвобождение

научного поиска из тисков цензуры, к несчастью, не захватил обществознания. Несмотря на предпринимаемые решительные обновленческие шаги, инновационные акции, его внутрии метатеоретический потенциал так и остается нереформированным. Причина тому — не атония мысли, а отсутствие стратегического понимания того, что не устраивает, в каких направлениях и как порывать с традицией.

Не буду перегружать изложение подтверждающими мысль примерами внутренней ущербности циркулирующих у нас обществоведческих конструкций. Важнее, что усиливается ощущение общей неадекватности некогда введенных в научный обиход построений.

Поскольку ощущение по своей сути не поставляет твердых оснований справедливости убеждений, требуется иной способ их формирования, исходя из рационально-доказательных установок. Последнее очерчивает канву дальнейших рассуждений, выполненных в жанре метаисследований: анализ сосредоточивается на тех методологических допущениях, которые играют роль исходных идиом обществоведческих теорий.



Мой отправной тезис заключается в утверждении, что подспудная причина запустения и упадка наличного обществознания состоит в его классичности, под которой, по аналогии с естествознанием, понимается устойчивая ориентация интеллекта, пронизанная мотивами монизма, фундаментализма, элементаризма, редукционизма, линейности, динамичности.

С начала XX в. — вследствие оформления релятивистской и квантовой физики, небулевых алгебр, неевклидовых геометрий, идеала аксиоматической конструкции фундаментальных теорий — в точных науках утвердилась нетрадиционная мыслительная культура, основанная на прямом разрушении данных принципов. Парадигму постклассики питают альтернативные императивы — интегратизм, холизм, полифундаментальность, дополнительность, нестационарность, синергизм. С сожалением констатирую, что до ассимиляции этих в полном смысле путеводных идей в обществознании не дошли.

Сообщающая множество фактов поразительной долговечности догм история науки свидетельствует: преодоление предвзятостей, предрассудков идет в сочетании критики с разработкой новых взглядов. Последуем же по такому пути, совместив рефлексию базовых посылок с оконтуриванием концептуальных перспектив обществознания.

Монизм. У идеала монизма корни гносеологические: при переходе от архаичной многозначной системы мира (мифологическая фаза), упорядочивающей действительность в оппозициях— дихотомиях, кристаллизуется рациональная платформа непротиворечиво-гомогенного толкования мира как единства многого. Уместно констатировать и произошедшую в дальнейшем семантическую трансформацию этого идеала: из теоретико-познавательного суждения о природе знания он превратился в суждение онтологическое, характеризующее существо мироздания — основанием бытия является унитарное начало. В такой редакции идеал монизма укореняется в классической культуре, инспирируя античную программу архэ, средневековое и новоевропейское учение о субстанции, отталкивающийся от едино- и однородной реальности широко понятый традиционный естественнонаучный эволюционизм (биология, космология) и т.д.

Отвергая с порога идею изначального разнообразия, выделяя гомогенные первоэлементы, монизм интерпретирует их в терминах константной производящей причины: мир — ветвящаяся древовидная структура, обусловленная первофундаментом. Задача познания трактуется как реконструкция «естественно» становящихся слоев бытия, все более удаляющихся от униполярного основания. Жестко детерминируемому онтологически базисной ячейкой бытия ряду вещей соответствует не менее строго дедуцируемый из базовых теоретических конструктов (аксиом, постулатов) ряд идей... Весь, однако, вопрос — что брать за первоначала. Применительно к обществознанию вопрос сводится к обозначению отправного пункта теории. Если высшим и финальным объемом обществоведения является человек, его экзистенциальный рост, самодеятельность, то спрашивается: как концептуализировать такого рода реальности? Поскольку человек — существо многомерное, функционирующее под влиянием чувства, сознания, бессознательного и, возможно, астрала, то при последовательно жестком, лобовом проведении монизма имеющий вкус к теории, практикующий обществовед попадает в положение буриданова осла, решая, какой из возможностей отдать предпочтение. Рассматривая варианты и отбирая из них преимущественные, volens-nolens обществовед производит акт выбора. Такой акт влечет фундаментализацию оснований.

Фундаментализм. Обособление каких-то начал из числа равновозможных не безобидный преференциальный шаг. Если точно квалифицировать эту познавательную процедуру, то перед нами — метод привилегированных систем отсчета: некая основа (бытийная, координатная) расценивается как выделенная, относительно чего прослеживаются перипетии наблюдаемого много- и разнообразия.

Неудовлетворительность метода привилегированных систем проявляется в двух отношениях: безосновательности (из всех мысленно допустимых систем координат достаточно произвольно обосабливается единственная) и узости, одномерности изображаемой картины.

Так, фундаментализация чувственного дает антропологизм; сознательного — логизм; бессознательного — пралогизм; астрала — выпадающие из науки конструкции типа буддизма;

социального — социологизм; сексуального — фрейдизм; психического — психологизм и т.д.

Развертывание данных и подобных им теоретических линий, разумеется, допустимо, но в качестве крайне абстрактной и малоэффективной игры ума. Как следует из опыта исследований, метод привилегированных систем отсчета, неоперациональный и спекулятивный сам по себе, усугубляет собственную порочность ничем не оправданным элементаризмом и редукционизмом.

Элементаризм — подход, нацеливающий на моделирование целого из комбинаций и модификаций генетически более основательных (фундаментализм) одно-единственных (монизм) частей, ответственных за последующее упорядочение, систематизацию целого. Если монизм и фундаментализм подводят к понятию единосущных основоположений, которые, пронизывая как бытие, так и мышление, обусловливают, оправдывают, объясняют все явления, то злементаризм реифицирует это понятие, называя фактических исполнителей — гарантов единства мира и мысли. В неравнозначных по ориентации и оснащению системах обществознания за базовые принимаются разные элементы: в географическом направлении — географический фактор; в демографическом — демографический; в волюнтаристском — волевой; в историко-материалистическом — материально-производственный и т.д.

Предпосылкой эпистемологического самообоснования элементаризма выступает редукционизм.

Редукционизм. По смыслу он конгениален монизму и фундаментализму, подводя к онтологической и эпистемологической моноцентричности. Оперативно же, как стандартный прием, редукционизм конгениален элементаризму — интенция на опредмечивание «подобия», «тождества», поиск и нахождение им объективных коррелятов. Суть в том, что оценочное суждение в ставке на некие «элементарные» факторы не может не опираться на известный априорный масштаб, формулу идентификации многого с единым. Их-то и поставляет редукционизм, которого не удалось избежать ни одной классической обществоведческой теории, начиная с исторического материализма (социально-экономический редукционизм) и кончая фрейдизмом (сексуально-психологический редукционизм) и анархизмом (властно-политический редукционизм).

Где есть история, культура, творчество, где есть ведущий не растительный образ жизни самосовершенствующийся, нестандартно поступающий человек, там есть самоорганизующая стихия неравновесных, избирательных, целеориентированных структур, которые нигде и никак не проявляют себя классически. Методология традиционного обществознания исторически формировалась как обобщение определенных социальных и эпистемических реалий.

Ее потенциал определялся тактикой осмысления некогерентных, моноцентричных, задетерминированных явлений. Однако ныне, в условиях осознания нелинейности, нестационарности, организмичности социально-гуманитарных процессов, при понимании поливариантности, ипостасности мира, взаимонаведенности образующих его исходных комплексов и систем, для обществознания старого арсенала недостаточно. Требуется новая эвристика, предполагающая существенно не-классический взгляд на обществоведческую действительность. Детализирую опорные для нее регулятивы, предписания.





Плюрализм. Априорный отказ от изначального разнообразия никак и ничем не оправдан.

Внутренне расслоенные гетерогенные обществоведческие объекты полиморфны и полиструктурны. Чтобы убедиться в этом, довольно возвратиться к проблеме начала в обществоведческой теории. Методология классического обществознания с очерченным выше характерным набором ценностей при решении вопроса внутренних пружин чеювеческой истории разыгрывает карты биологизации общества и социологизации животного царства. Легковесность подобных ходов очевидна. В качестве третьей якобы совершенной возможности предлагается трудовая теория антропогенеза, отправляющаяся от мысли животнообразного труда и венчающаяся представлением полноценно человеческого производительного социума. На этом пути возникает круг: сознание, язык, социальность выводятся из труда, тогда как сам труд конституируется сознанием, языком, социальностью. Ресурс для преодоления круга поставляет плюральность. Сознание, социальность, язык, труд — косубстанциальны, складываются и должны воссоздаваться не постадийно, а вместе как суверенные элементы исходного разнообразия.

Полиэкранность. Субстанциальная полифундаментальность реальности подрывает классический агрессивный монотеоретизм с идеалом одновозможной истины. Реальная плюральность, поливариантность истории, жизни отражает их открытость для возможностей, заведомых дискриминаций относительно которых нет. Социальность многоотсечна. В стихии межиндивидной интеракции, коммуникации, развернутого обмена деятельностью обосабливаются отношения духовного, материального и сексуального производства и воспроизводства. Претендующие на монополию одномерные классические обществоведческие теории обосабливают и гипертрофируют какие-либо из них (психологизм, психоаналитизм, социологизм, исторический материализм, экономизм, фрейдизм). Допустив сведение, классическая теория обрекает себя на вполне бесплодное искусственное выведение одного отношения из другого. Полны натяжек и передержек также историко-материалистическая доктрина первичности базиса и вторичности, производности надстройки (что же такое, скажем, мусульманский фундаментализм?), фрейдистские общецивилизационные, культурологические построения, и психоаналитические схемы природы человека, истоков и стимулов развития личности, власти. Между тем плюральность обществоведческой онтологии предопределяет недопустимость ни расчленения целого на части, ни сведения его к ним. Духовная компонента общения ответственна за аккумуляцию и трансляцию идейно-ценностной формации; материальная — за конденсацию навыков переработки органического тела жизни, сексуальная — за культуру (табуацию) полового общения. И претендующая на глубину обществоведческая теория, фокусируясь в отдельных своих фрагментах на отдельных онтологических эпизодах, должна удерживать и выдерживать общую панораму событий, создаваемую на разных «сценических площадках» методом полиэкрана.

Ипостасность — интегративный и сущностно дифференцированный план мира, теснящий классический менталитет с догмами типа: сложное аддитивно, редуцируется к простому, целое и части невзаимообусловливаемы и др. В противовес этому принимается не отягощенная фундаменталистским дизайном схема многомерной реальности, где целое и часть самодостаточны: целое не агрегат разрозненных, недоношенных частей; часть не миниатюра целого. Целое и часть нераздельны и неслиянны; будучи ипостасями, обладают самостояньем, суверенностью; они единосущны, однопорядковы, не редуцируемы, но'взаимопроникаемы. Таковы, в частности, этнические культуры, которые (в качестве «частей») самоценны, невзирая на их погруженность в более широкие национальные, межнациональные или универсальные общечеловеческие системы культуры (целое).

Холизм — типично постклассический интеллектуальный подход, навевающий толкование действительности в терминах иерархии целостностей. Как мыслительная программа он действен при концептуализации сложных и сверхсложных явлений (феномены культурологии, этнополитологии, политической социологии и т.д.), где отсутствуют вездесущий вседетерминирующий центр и производная от него периферия. В подобных случаях руководствуются соображениями: 1) кооперативной самоизменчивости — когерентная синхронизация изменений (процессы взрывного типа в ситуациях межнациональной розни); 2) гетерогенных вариабельных структур, каждая из которых представляет самонастраиваемый инвариант в вариантах (например, личность как «кооперативное образование» на перекрестке силовых линий «семьи», «школы», «эпохи» осмысливается в кильватере идей системности, взаимосвязанности коллективов, ответственных за итоговую форму).

Когерентность. В обществознании, как и в естествознании, она означает синхронизированность различных и зачастую кажущихся несвязанными событий, которые наклгдываются друг на друга и оттого усиливают или ослабляют размерность собственного тока. Говоря о когерентности, подчеркну специфически коллективный, во многом несиловой и творческий характер детерминации социально-гуманитарных явлений, возникающих как результирующая объемных самоиндуцируемых кооперативных связей, дающих начало новым процессам. Это не классическая схема пересечения необходимостей в объяснении исторических реалий, а модель самоформирования макроскопических масштабов истории из внутренней потенциальности. В разъяснение мысли спрошу: какова причина первой мировой войны?

Адепт объективной социологии будет напирать на особенности раннеимпериалистического развития; сторонник субъективного метода — на Сараевское убийство. Однако классический путь агрессивной монополии факторов, как отмечалось, в подобных случаях не проходит: пренебрежение одними причинами в угоду другим — дискредитировавший себя метод бытийственных абсолютов, привилегированных систем отсчета. Не продвигает и методологически отрешенный лозунг «учитывать все» — вследствие операциональной пустоты оказывающийся бессодержательно-декларативным. Выход обнаруживается в понимании присутствия в истории нелокальных несиловых системных связей, способных на коллективную самоиндукцию, резонансное самодействие. История — не развертывание престабилированных проектов и не игра случая. В истории действует личность — партикулярный человек, неотделимый от контекста самоактивности. История и реализуется как синхронизация более или менее спонтанных автономных возможностей. Post factum. разумеется, беспредметно обсуждать, что было бы, если... Но можно сказать: первую мировую войну вызвало наложение множества факторов, которые, усиливая друг друга, породили значительную, а вовсе не фатальную общецивилизационную драму.

Синергизм. Свойства общественных систем определяются их встроенностью в комплексы, где обеспечивается самосогласование социальных и личностных компонент когерентных кооперативных процессов. Предметная среда обществознания не гомогенный унитарный мир, а гетерогенные плюральные миры монадного типа. Понимание этого накладывает ограничения на использование гуманитарно выхолощенных среднетипических, среднестатистических абстракций, обезличивающих концептов, например, «человек» как элемент производительных сил, «трудовые ресурсы» и т.п. Постклассика порывает с идеологией однородных субъективных и социальных точек. По аналогии с обосабливаемыми в естествознании внутренними точками, которые приближены к центру элементарных частиц и участвуют в формировании их масс и зарядов, в обществознании выделяются точки, определяющие стадии и условия персонального и социального роста. Круг общения, близкие, наследие, традиции, национальные корни, святыни, способы их освоения, передачи, умножения — это фундаментальный этос, конституирующий самостоянье личностей и народов, всю потенциальность их экзистенциального утверждения. Следовательно, нужно строить онтологию особых точек, образующих специфицированные ареалы индивидуализированной субъективности, социальности. Можно сослаться на неклассическую идею объектов с вариабельной топологией (неплоские морфизмы), которая адекватно передает природу обществоведческих явлений, представляющих симбиоз процесса и условий его протекания, самообогащающееся единство слияний внешнего и внутреннего.

Пружина исторического развития — не цель, не мировой разум, не классовая борьба;

она — в приемах гармонического самосогласования активности свободно действующих гуманитарных существ. Внутренний механизм движения истории — в самой истории, в шлифующихся веками правилах ее строения и устройства. Здесь есть ориентированные на безусловное и непреходящее общечеловеческие ценности — социальные и моральные абсолюты.

Множество первых концентрирует образы оптимальной организации жизни — цивильность, демократизм, персональную автономию, независимость, всесилие права; множество вторых образовано этико-гуманистическими идеалами высокой, достойной жизни — альтруизм, человеколюбие, взаимопомощь. Новая философия истории разрушает эсхатологизм (телеологизм, провиденциализм, милениаризм, узкоклассовый коммунизм): выступая универсально цивилизационной внеэтнической, внеклассовой идеологией самостановления гуманитарности, она не имеет исторических рамок, ибо в совершенствовании жизни с позиций приближения и приобщения к социокультурным и морально-этическим абсолютам «нет надежды конца и уяснения» (Л. Толстой).

Дополнительность. Многоярусные, полифундаментальные, вариабельные обществоведческие системы не концептуализируются с каких-то преимущественных позиций. Уместны равноправные, дополнительные описания, легализующие соответствующие типы рассечения предметности со сцепленными с ними автономными корпусами абстракций. Фиксация данного обстоятельства накладывает отпечаток на трактовку взаимоотношения различных исследовательских программ и подходов. Классическая точка зрения заключается в проведении гносеологического изоморфизма: единой и единственной сущности взаимосоответствует единая и единственная истина.

С точки зрения неклассики подобная линия неглубока:

различные истолкования систем «могут оказаться дополнительными, поскольку... связаны с одной и той же реальностью, но не сводятся к одному-единственно'му описанию. Неустранимая множественность точек зрения на одну и ту же реальность означает невозможность существования божественной точки зрения, с которой открывается „вид" на всю реальность» [1].

Релятивизм внедряет и закрепляет в знании идею естественного предела значений абстракций и способов их применения. Как умонастроение релятивизм питается двумя источниками. Первый — онтологический — связан с зависимостью объективных характеристик предметности от фактических условий протекания реальных процессов: в различных контекстах существования свойства вещей варьируются. Данное обстоятельство вновь и вновь оттеняет полифундаментальность, многослойность мира, имеющего вариабельную плюральную структуру. Второй — эпистемологический. Привилегированная система отсчета — спекулятивная химера, возникающая за счет принятия всеобъемлюще неизменных рамок событий в отвлечении от возможных обстоятельств, обратных воздействий, порядка и типа приближения. В противовес этому отстаивается линия зависимости аппарата науки (описания, понятия) от конкретных систем отсчета, связанных с определенными онтологическими интервалами, сообщающими операциональную и семантическую значимость используемым абстракциям. Тезису о релятивности знания в гносеологическом смысле требуется сообщать максимально широкое толкование. Знание не безотносительно, оно интенционально, привязано к приемам мыслительной и экспериментальной обработки действительности, процедурам идентификации объектов, правилам их интерпретации. Онтологическая и ментальная региональность знания в конечном счете и выражает то, что именуется относительностью к реальности и средствам познания (понятийная и опытная интервальность — изоморфная контекстам реальности адекватность, точность и строгость знания).

Релятивизм — не гносеологический анархизм, отрицание познавательных норм, объективных критериев правильности, состоятельности познания; он не исключает признание абсолютов. Перцептуальные и концептуальные абсолюты входят в обществознание через предметные (общечеловеческие принципы обмена деятельностью, конституированные кристаллизованными в истории типами обработки людьми друг друга с опорой на цивилизованность) и познавательные (инструменталистские, верификационистские методики, структурные правила преобразования теоретических объектов) универсалии.

Нелинейность. Чем регулируется естественный ток вещей?

Согласно классике — жесткими динамическими зависимостями. Случайность, неопределенность, неоднозначность, как правило, исключаются из рассмотрения. Описание реальной изменчивости производится по канонической схеме: вводится своеобразный аппарат динамики (редукционистски толкуемая база развития) с фиксацией начальных условий для установленного момента времени. И это все, что используется для воссоздания поведения изменяющихся обществоведческих (социально-политических, исторических и т.д.) систем. Столь ограниченная модель, однако, вряд ли способна претендовать на адекватность. Скажем: упор на экономическое измерение социальной жизни — чрезвычайно скудная платформа. Возникают трудноразрешимые сомнения в справедливости того, что в произвольных точках многомерного исторического пространства и времени лишь социально-экономические факторы преимущественно обусловливают стиль общественного сожития.

Отношения координации и субординации определений исторического бытия подвижны;

их упорядочение осуществляется локально, зачастую в обход канонических предписаний, например, властный фактор в политарных формациях, эмоционально-волевой компонент в ситуациях межнациональной розни. В данных и аналогичных им эпизодах истории во главе угла оказывается сугубо надстроечный и, надо сказать, малорациональный или даже иррациональный элемент, имплицирующий, вопреки базисным детерминациям, и способ обработки людьми друг друга, и производство и воспроизводство социальной жизни в целом.

Серьезный положительный сдвиг связан с постклассической трактовкой объективного формообразования. Векторизованность, качественная изменчивость организации явлений — не плод задетерминированности, предзаданности. В соответствии с идеей конструктивной роли случая становление новых форм происходит в неустойчивых к флуктуациям точках бифуркации, дающих начало очередным эволюционным рядам. Избирательные, чувствительные к собственной истории, адаптационные механизмы порождения этих рядов носят нелинейный характер. Используя мысль Пригожина, можно сказать: в сильно неравновесных точках бифуркации сознательная материя не «слепа», она чутка к нюансам внешнего мира и учитывает их в своем функционировании. Здесь-то возникают и проявляются когерентные, кооперативные, синергетические, принципиально нелинейные эффекты, связанные с авторегуляцией, самодействием на базе «присвоения» фрагментов мира, перевода внешнего во внутреннее с соответствующим его преобразованием. Адекватную канву понимания подобных эффектов поставляет образ топологически неплоских морфизмов.

Топосы. Наличное обществознание в соответствии с концептуальными ориентирами классической науки трактует мир достаточно механически: как совокупность материальных точек (атомарных индивидов), приводимых в связь внешними (силовыми) факторами.

С топологической точки зрения этот подход фундируется идеей плоских морфизмов, соответственно организующих следующие друг за другом динамические состояния материальных объектов. Порядок подобной организации задается двумя допущениями: возможностью строгого выделения в процессе частей и целого и недеформированностью при отображениях их исходного статуса (часть остается частью, целое — целым, внешнее не переходит во внутреннее).

Отсюда вытекает принципиально линейный характер зависимостей, базирующихся на топологически плоских морфизмах. Коль скоро постклассика подвергает анализу явления, не распадающиеся на точечные обозримо-предсказуемые состояния, она принимает отличную от плоской модель движения материальных систем. Такова схема топосов — объектов с вариабельной топологией, где допускается «перемешивание» частей с целым, переход внешнего во внутреннее. Поскольку для описания поведения неклассических явлений апелляции к краевым условиям и аппарату динамики недостаточно — требуется учет типа строения, специфики изменения процесса применительно к случаю (точки бифуркации, ход онтогенеза, роль генома), — производится индивидуализация (не типизация) «отрезков» мировых линий, чему способствует образ локально (кванты событий) и глобально (события и их комплексы) неплоских морфизмов, варьирующих способы взаимоорганизации, взаимокомпоновки события.

С учетом сказанного эпистемологический арсенал работающего обществоведа логично обогатить:

— слоем антропологических описаний, реконструирующих внутреннюю и внешнюю инициацию людей (аппарат герменевтики, исторической поэтики, культурологии). Уместно исходить из того, что люди сами создают себе жизненную среду, безмятежную или взрывоопасную. И делают это под влиянием как базисных, так и надстроечных причин. Ментальноидеологически инспирированные идеи, накладываясь на людские страсти, способны возбуждать энергию народа, провоцировать социальные катаклизмы. Страсти также могут зреть в нас под действием материальных условий жизни, не только личных обстоятельств и перипетий частной судьбы, но и исходя из объективной логики, характерологии производительной деятельности. И одно, и другое возможно. А коли так, нет никаких резонов пренебрегать заведомо состоятельными возможностями. Формированию теоретического мира в случае отправления от «духовности» способствует использование не обезличенных концептов («строй», «уклад», «класс»), а категории гуманитарной тождественности человечества, под которой понимается кристаллизованная в адаптации система рациональной кооперации людей, «завязанная» на общезначимые средства коммуникации и интеракции (язык, типологические принципы экзистенциального самоутверждения в виде морально-правовой, производственной, нормативной регуляции самопроявлений);

— системным видением подпадающей под рефлексию социально-исторической онтологии. Человеческий социум — комплексное, разветвленное образование, схватываемое не частичными, выпячивающими те или иные определения описаниями, а целостной дифференцированной картиной — унитарной, хотя и многоотсечной. С методологической точки зрения, подходящим содержательным основанием философии истории выступает по этой причине не редукционизм, а холизм.

В социологии нет места априорно первичным и вторичным структурам, здесь могут быть лишь целостные рассмотрения однопорядковых равноправных определений с запретом перевода «всего и вся» из мира континуальных гуманитарных величин в мир дискретных величин в духе «Краткого курса».

Идейное наследие классического обществознания принадлежит прошлому. Новые условия жизни, внутренняя логика самопрогресса знания, гражданская ответственность специалистов заставляют идти вперед без умолчаний и всякого рода оглядок. Дабы соответствовать высоте своего времени в преддверии нового тысячелетия, следует опереться на животворный революционный опыт математики и естествознания и тщательно, целенаправленно раздвигать профессиональные пределы, разрабатывая нестандартный обществоведческий аппарат, оправдывающий надежды всех заинтересованных лиц, и в первую очередь практикующих теоретиков.

ЛИТЕРАТУРА

Похожие работы:

«ТО к выходу на пенсию. Предполагается, что подготовка к выходу на пенсию состоит из 3-х частей: Снижение ритма деятельности: желательно начинать освобождаться ЗИ 1) от ряда трудовых о...»

«Линиза Жувановна Жалпанова Соблазнительные коктейли на любой вкус Серия "Вкусно и просто" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=323622 Соблазнительные кокте...»

«Министерство образования и науки РФ федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Алтайский государственный университет" Отделение связей с общественностью ПРОГРАММА вступитель...»

«УТВЕРЖДЕН Решением единственного учредителя № 10 от 10.12.2015 г. УСТАВ Частного учреждения профессиональной образовательной организации "АКАДЕМИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ" (новая редакция) г. Сочи 2015г.1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Частное учреждение профессиональная образовательная организация "АКАДЕМИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ", далее по тексту ("Учреждение", "К...»

«ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР Аналитическая Интернет Система учета газа, электричества, воды и тепла "БАЛАНС" 02/01/2017 GEMORO GmbH 1 "Стратегия 20-20-20" и система БАЛАНС Согласно "Стратегии ЕС 20-20-20", к 2020 году уровень выбросов парниковых газов должен сократиться на 20%, доля энергии из возобновляемых источников выраст...»

«ДАЦКО Г. И. — ПЕШКОВОЙ Е. П. ПОМПОЛИТ — ДАЦКО Г. И. ДАЦКО Г. И. — в ОГПУ, ДАЦКО А. М. — в ОГПУ КОВТУН И. П. — ПЕШКОВОЙ Е. П. ПОМПОЛИТ — КОВТУНУ И. П. ДАЦКО Марк Евменьевич. Получил начальное образование. Проживал в станице Полтавской Славянского района, занимался сельским хозяйством, в 1920-х — крестьянин-единоличник. Женат на Гликерии Илларионовне Дацко...»

«©1997 г. Н.И. ЛАПИН ЦЕННОСТИ, ГРУППЫ ИНТЕРЕСОВ И ТРАНСФОРМАЦИЯ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА ЛАПИН Николай Иванович член-корреспондент РАН, руководитель Центра исследований динамики ценностей Института философии РАН. Трансформация современного российского общества характеризуется в...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.