WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«58 ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ УДК 811.161 З.И. Минеева КОНТАМИНАЦИЯ В ОБРАЗОВАНИИ НОМИНАЦИЙ ЧЕЛОВЕКА1 В статье ...»

58 ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

УДК 811.161

З.И. Минеева

КОНТАМИНАЦИЯ В ОБРАЗОВАНИИ НОМИНАЦИЙ ЧЕЛОВЕКА1

В статье рассматривается контаминация как один из способов окказиональной деривации, активно использующийся при образовании номинаций человека. Выявляются контаминанты в словарях русского литературного языка, медийных текстах, Национальном корпусе русского языка, прослеживается прагматика использования дериватов, использование терминов контаминация, блендинг, телескопия и других. Приводятся основные модели, по которым образуются контаминанты (бленды) от имен существительных, прилагательных и глаголов.

Рассматриваются факторы, способствующие активному использованию контаминации в числе других способов словообразования. На основе анализа привлеченного материала делается вывод о расширении сферы использования блендов от текстов художественной литературы до публицистических текстов, печатных / эфирных СМИ и интернет-комментариев. Отмечается влияние английского языка на процесс деривации номинаций лица в современном русском языке и формирование интернациональной лексики.

Ключевые слова: контаминация, блендинг, телескопия, узуальное и окказиональное словообразование, номинация человека, Национальный корпус русского языка.

Наряду с традиционными узуальными способами образования новых номинаций человека:



морфологическим (неформал, галеристка, стилист-визажист, пофигист), семантическим (медведь

– животное, медведь – человек), неморфемным усечением (зам, пом, препод), субстантивацией (больной, ученый, ВИЧ-инфицированный) – в русском языке конца XX – начала XXI вв. получили распространение модели окказиональной деривации. Окказиональное словообразование является предметом активного изучения в современной русистике в работах Е.А. Земской, Н.А. Николиной, С.В. Ильясовой, Л.В. Рацибурской, В.З. Санникова. Ученые отмечают, что на рубеже XX–XXI вв. окказиональное словообразование получило широкое распространение в СМИ, это время называют «веком окказионализмов» [2. С. 128].

Ярким языковым явлением, которое с позиции периферии словообразования переместилось в центр частотных и продуктивных средств передачи информации и выражения экспрессии, выступает контаминация. Примером контаминации может служить название конкурса на лучшую публикацию, посвященную межэтническим отношениям; в 2014 году проходит VI Всероссийский конкурс «СМИротворец» (Радио России, 18.11.14), от СМИ + миротворец с наложением конечной части аббревиатуры и первого слога существительного со значением лица.

Термин контаминация в российской лингвистике используется в словообразовательном и нормативном аспектах: «Контаминация (contamination). Объединение языковых единиц на основе их близости по структуре, роли, ассоциации, приводящей к изменению значения или форм этих единиц или к образованию новой языковой единицы. К. встречается обычно в разговорной речи и является нарушением литературной нормы. Вместо иметь значение и играть роль говорят играть значение, вместо предложить тост и поднять бокал говорят поднять тост» [6. С. 85]; аналогично в [19. С. 152].

Отличительной особенностью контаминации как специфичного способа деривации выступает объединение двух мотивирующих слов в рамках одной производной единицы, что способствует компрессии и «свертыванию» семантики словосочетания или предикативной единицы в одно слово. Семантика деривата складывается из значений мотивирующих единиц и, как правило, осложняется коннотацией оценки, экспрессии, языковой игры. Оба мотивата, не будучи полностью эксплицитно представленными в производном слове, отчетливо осознаются воспринимающим устный / письменный текст. Семантически контаминант сближается с предикативной единицей.





Окказиональное словообразование на основе двух мотивирующих основ в российском языкознании обозначается терминами контаминация, междусловное наложение, междусловное совмещение, телескопия, амальгамация. Исследователями используются и другие термины: у В.Н. Шапошникова данное явление получило название «народных переогласовок» (с примерами дерьмократы, прихватизация и др.) [24. С. 102]. Н.А. Николина, кроме того, использует термин телескопическая аббревиация [9. С.128]. Дериваты (гибридные единицы) также имеют несколько обозначений: наряду с Работа выполнена при поддержке Программы стратегического развития (ПСР) ПетрГУ 2012-2016 гг.

Контаминация в образовании номинаций человека 59 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2015. Т. 25, вып. 2 контаминант используются также синонимические обозначения: гибрид, слово-«саквояж», словокентавр» [8. С. 98-99]. Использование метафор в терминосфере отражает специфику обозначаемого явления, в частности повышенную семантическую конденсацию деривата. Контаминация, включающая разные структурные разновидности, рассматривается в монографии В.З. Санникова как один из приемов словообразования, свойственный языковой игре, при этом автор считает более удачными термин В. Хлебникова скорнение или термин В. Набокова гибрид [21. С. 164].

Образование гибридов присуще не только русскому, но и другим языкам, в английском данный способ словообразования, обозначаемый термином блендинг, активно используется для деривации таких неологизмов, как motel от motor и hotel, smog от smoke и fog, brunch от breakfast и lunch и другие. Термин блендинг используется как в англоязычных, так и в российских исследованиях, посвященных словообразовательным процессам английского языка. Так, к числу специфических черт данного самостоятельного способа окказионального словопроизводства, отличного от словосложения, аббревиации и аффиксации, О.А. Хрущева относит следующие: «намеренный характер словопроизводства, особая стилистическая окраска производных, окказиональный статус большинства производных единиц»; в качестве примера приводится имя собственное Oxbridge, образованное на основе двух мотиватов: Oxford и Kambrige и др. [25. С. 101].

Граница узуального и окказионального словообразования учеными понимается по-разному.

Так, номинация маникюрша Н.А. Янко-Триницкой относена к числу окказиональных на том основании, что суффикс -ш- присоединяется к предметному имени маникюр, что «не отвечает ни одному словообразовательному образцу»: «маникюрша (суффикс -ш(а) присоединен не к слову муж. рода со значением лица, а к основе слова с предметным значением» [26. С. 406]. При этом отнесение суффиксации в данном случае к окказиональному словообразованиию представляется спорным, так как, с одной стороны, суффиксы со значением фемининности обладают способностью присоединяться не только к основам номинаций лиц мужского рода, с другой стороны, маникюр может использоваться в значении лица, что находит отражение в словарях [1. С. 508] и в современной разговорной речи.

Проблемой в теории окказионального словообразования является квалификация таких явлений, как междусловное наложение и контаминация. Н.А. Николина, разграничивая узуальные и окказиональные способы деривации, относит к числу последних рифмованное сложение (танцы-шманцы), субституцию, или замещение морфем (Твердиземное море), вставку (лю-я-блю) [8. С. 95]. В сферу окказиональной деривации автор включает контаминацию, обладающую структурной, семантической и словообразовательной спецификой. «Контаминация основана на слиянии (вплоть до междусловного наложения) сегментов разных слов, подвергающихся при этом сокращению. В структурном плане контаминированное производное – номинативная единица, образованная на базе объединения двух (реже более) слов, с возможными вставками морфов или интерфиксов (…) В семантическом плане контаминированное образование – это гибридная единица, семантика которой вбирает в себя и значения объединяемых слов, и присущие им аллюзивные смыслы, и семантику соединения, противопоставления или сравнения, развивающуюся уже в самом процессе словопроизводства… Кто она – афреянка? Он – америяп? (Д. Бобышев) [8. С. 99-100].

Производящие основы или их части могут следовать одна за другой, накладываться одна на другую, вставляться одна в другую. Частным случаем контаминации является междусловное наложение: «Контаминация представляет собой стяжение разных лексических единиц с наложением их сегментов или без него. Поэтому частной разновидностью контаминации выступает междусловное наложение» [8. С. 101]. Другой разновидностью контаминации выступает вставка (тмезис) одной мотивирующей основы в другую.

Тмезис (от греч. temnein – ‘рассекать’) – разделение слова путем вставки другого слова, рассматривает Л.В. Рацибурская: «Тмезис (вставка одного слова в другое) представлен в заголовке ШаЙбашники! (шабашники + шайба) Итоги хоккейного сезона – в деньгах, людях и драках (АиФ,18.04.2012)» [18. С. 51]. В приведенном примере тмезиса неологизм, привлекающий внимание читателя, образован вставкой одного слова в другое, акцентированной графически – использованием заглавной буквы в середине слова. Н.А. Николина называет такие случаи образования гибридов «”вставочной” телескопией»: «Возможна и «вставочная» телескопия, но она встречается крайне редко: см., например: люяблю (Н. Гладков)» [8. С. 101].

Концепция, согласно которой контаминация и междусловное наложение имеют статус разных приемов словопроизводства, отражена в трудах Н.А. Янко-Триницкой и Е.А. Земской. Н.А. ЯнкоТриницкая считает междусловное наложение особым, «специфическим средством словообразования», 60 З.И. Минеева

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ которое следует отграничить, с одной стороны, от наложения морфем (лермонтовед), с другой стороны, – от контаминации. По Н.А. Янко-Триницкой, контаминация – это «проникновение компонентов одной единицы языка в другую (иногда взаимное проникновение) с непременным вытеснением какоголибо компонента данной единицы» [26. С. 473-474]. Междусловное наложение означает, что некоторая часть деривата является общей и для первого, и для второго мотиватов: в окказионализме эрудитятко общей частью для мотиватов эрудит и дитятко является –дит-. «Междусловное наложение состоит в том, что на конец основы одного слова накладывается омонимичное начало другого слова. Таким образом возникает сложное слово особого типа, включающее в свое значение семантику обоих объединившихся слов, а в свою основу – основы обоих объединившихся слов» [26. С. 471].

Е.А. Земская к числу способов и приемов образования окказионализмов относит междусловное наложение (каламбурильщики от каламбур и бурильщики), контаминацию (дымократия, профанакторий); слияние (какбычегоневышлисты, никуданепускатель, дофенистка); образование неологизма по конкретному образцу (горемыки – моремыки); высвобождение аффиксов или других частей слова (веды, ологи) и др. При контаминации соединяются два узуальных слова, причем часть одного из них «устраняется», что и служит отличительным свойством этого деривационного приема, использующегося, по мнению Е.А. Земской, для создания каламбура, в то время как междусловное наложение представляет собой прием словопроизводства, при котором «слова накладываются, наезжают друг на друга», «конец одного является началом другого»: каламбурильщики от каламбур и бурильщики (ЛГ, 1964) [3. С. 191]. Ученый последовательно разграничивает междусловное наложение, в котором могут участвовать только целые основы производящих слов (заходерзости от Заходер и дерзости), от контаминации, характеризующейся использованием усеченных основ, однако скрупулезный анализ языкового материала не позволяет автору полностью противопоставить контаминацию и междусловное наложение: так, глагол рерихнуться, как считает Е.А. Земская, может рассматриваться при орфографическом восприятии как контаминация, а при икающем произношении – междусловное наложение.

Подход, заключающийся в придании междусловному наложению статуса особого способа деривации, разделяют А.Г. Лыков и И.С. Улуханов; при этом термин контаминация не используется. В §30 «Наложение как способ окказионального словообразования» А.Г. Лыков обращает внимание на отличие окказионального словообразования от морфонологического явления наложения морфем (интерференции, аппликации), которое имеет место в случае образования существительных таксист, регбист с помощью суффикса –ист от такси, регби – здесь финали основ мотивирующих слов накладываются на начало суффикса, а образование лексем некрасовед и знаменосец сопровождается «словообразовательной гаплологией» (из некрасововед и знаменоносец). При образовании окказионализмов типа стрекозел и мероприятель наблюдается, пишет А.Г. Лыков, явление особого рода, которое «специфически характерно для окказионального словообразования и чуждо каноническому словопроизводству», – «наложение слов, находящихся и не на синтагматической оси (т.е. не в отношениях грамматически и семантически связной последовательности слов), и не на парадигматической оси (не в «вертикальном» столбце семантически связанных или близких слов одной части речи) [5. С. 77]. В своем рассуждении автор опирается на теорию Н.А. Янко-Триницкой и использует примеры, приводимые в ее работе. Данные окказионализмы, обладающие сложной семантикой, неясной морфемной структурой и яркой экспрессией, А.Г. Лыков считает продуктом сознательного авторского творчества.

И.С. Улуханов называет данное явление междусловным совмещением и относит к прямым чистым окказиональным способам словообразования: «Междусловное наложение (термин Н.А. ЯнкоТриницкой), или междусловное совмещение, – такое соединение двух слов в одно, в котором полностью сохраняются оба соединяющихся слова, но определенный фонемный отрезок нового слова принадлежит одновременно обеим мотивирующим частям» [23. С. 52]. Ученый дает описание случаев окказионального словообразования, включающих «неморфемное усечение + междусловное совмещение»

(отсидент от отсидеть + диссидент: Сами «отсиденты» подчас затевают склоки [МК, 25.06.1991];

человолки от человек + волки: Их человолки загрызут [А. Вознесенский]; свободоносчик от свободоносец + доносчик [НРЛ-77]; дурократы от дураки + бюрократы: Не умеешь с этой сволочью, с дурократами разговаривать [И. Катаев]; мапа от мама + папа; мапулечка от мама + папулечка: Совсем недавно в нашем словаре появилось новое слово «мапулечки» – уменьшительн-ласкательное от «МаПа». Так назвали себя сто одиноких отцов, воспитывающих своих детей после развода или смерти матери [Куранты, 16.02.1991]; фридист от Фрида + фрейдист: От имени Фрида от изобрел слова «фридизм, фриКонтаминация в образовании номинаций человека 61 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2015. Т. 25, вып. 2 дист» [Л. Чуковская]; демокрад от демократ + краду: Ругать в очереди всех – «коммуняк», «демокрадов»… это очень, очень дешево [Куранты, 29.05.1991]) [23. С. 74-78].

Важным аспектом способа деривации выступает словообразовательный формант. И.С. Улуханов предлагает считать словообразовательным формантом при междусловном наложении 1) наличие одного основного ударения, которое совпадает с ударением одного из мотивирующих слов; 2) закрепленный порядок следования компонентов; 3) наличие общего для двух мотивирующих фонемного отрезка [23. С. 53], что сближает контаминацию, сложение и сращение.

Р.И. Розина обращается к словообразованию с использованием усеченных частей слов, используя термины телескопия (telescoping) и амальгамация (amalgamation), в связи с рассмотрением путей пополнения сленга: «В числе разных видов сложения усечений телескопия – наложение основ с тождественной фонетической частью друг на друга в сочетании с усечением (телескопия): у одного слова отсекается часть, следующая за общим фонетическим компонентом, и оно образует начало нового слова, а у другого слова – часть, предшествующая общему фонетическому компоненту, и оно образует конец нового слова, например, хрущоба (Хрущев + трущоба), алконавт (алкоголик + космонавт).

Наличие совпадающей части необязательно, и усекаться может лишь начало второго слова, например, трудоголик (труд + алкоголик)» [20. С. 114].

Заслуживает внимания сфера употребления гибридных единиц, которая в настоящее время характеризуется существенным расширением. Сферой использования контаминации исследователи называют прежде всего художественную литературу (Н.А. Николина), современные медийные тексты (Л.В. Рацибурская, С.В. Ильясова): «Не утратив своего значения как сильного выразительного средства в языке художественной литературы (в основном в поэзии), контаминация вышла за рамки одного стиля и стала высокопродуктивным приемом словотворчества в языке СМИ» [4. С. 188].

Одним из первых слов, созданных контаминацией, является стрекозел как коррелят к стрекоза, впервые использованный В.В. Маяковским в стихотворении «Любовь» (1926) в функции сравнения (молодым стрекозлом порхает, летает и мечется). Образованию окказионализма предшествовало переосмысление морфемного состава лексемы женского рода и замена актуализированного слова коза на коррелят мужского рода козёл. Окказиональная номинация человека зафиксирована в толковом словаре современного русского языка: стрекозел (ирон.) – ‘легкомысленный, ведущий себя не соответственно возрасту мужчина (обычно пожилой)’ [10. С. 1278] и используется в современных текстах. Материалы основного корпуса НКРЯ [7] включают 12 документов, 19 словоупотреблений окказионализма: Катерина смотрела на мужа во все глаза и не могла прийти в себя от удивления: с женой танцевать, так у него полторы ноги, а с другой так на трех скачет, стрекозел [Аркадий

Львов. Двор (1981)]. Автором одного из первых текстов, включающих лексему, выступил М. Веллер:

Сюсюканье это… смешно даже. Легкомысленность одна… Не обязательно же – попрыгуньи, стрекозлы; нет… легкомысленность неглубоких натур… Чеховские душечки [Михаил Веллер. Колечко (1983)]. Аллюзия к прецедентному тексту А.П. Чехова проясняет, уточняет семантику новообразования.

Последние по времени создания тексты относятся к 2003-2006 гг.:

…стрекозел в мятых брюках; Во что он влип, черт побери все на свете?! Мало ей собственных стрекозлов, надо было добавить к ним его, милицейского стрекозла Никоненко, у которого взыграли гормоны и мыслительные процессы переместисьиз головы в одно всем хорошо известное место; Стрекозел. Стрекозлище; Завтра она на своей машине поедет в свою собственную жизнь к драгоценному Федору, мамочке с папочкой, подруге Марусе и очередному стрекозлу [Татьяна Устинова. Большое зло и мелкие пакости (2003)]; «Жениться тебе пора, стрекозел, да и старый уже» [Аркадий Пастернак. Сонька-помойка (Воспоминания покойника) // «Октябрь», 2002]. В публицистике лексема используется редко, газетный корпус содержит единственный пример автономинации в сравнительной конструкции: Любимой полжизни сломал, дочка выросла без отца, сам по бабам прыгал, как стрекозел [Труд-7, 2006.08.05].

Контаминация получила широкое распространение в языке современной художественной литературы, особенно – в поэтической речи: «Особенную активность в современной поэтической речи проявляет такая разновидность сложения, как контаминация, или телескопическое словообразование.

Контаминация в последнее десятилетие превратилась из периферийного словообразовательного приема в продуктивный способ словотворчества» [8. С. 98]. Автор связывает контаминированные производные с глубокими корнями народной традиции «балагурства» и прослеживает использование гибридов в литературных текстах XVII – XX вв.: «В 90-е гг. XX в. в русской речи происходит своеЗ.И. Минеева

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ образный «взрыв» контаминированных образований…Контаминация характерна уже не только для художественной речи – гибридные слова проникают в язык прессы, где выступают как «ключевые слова текущего момента» (Т.В. Шмелева), регулярно используются в разговорной речи с присущей ей установкой на языковую игру и жаргонах» [8. С. 98-99]. С.В. Ильясова считает, что контаминация в настоящее время расширила сферу своего использования: «Не утратив своего значения как сильного выразительного средства в языке художественной литературы (в основном в поэзии), контаминация вышла за рамки одного стиля и стала высокопродуктивным приемом в словотворчества в языке СМИ» [4]. Л.В. Рацибурская доказывает расширение сферы использования гибридов, рассматривает их активное употребление в центральных и региональных СМИ и называет «креативной составляющей современной журналистской практики».

Расширение сферы использования гибридных единиц способствует их более последовательной фиксации в словарях. Контаминанты (гибриды, бленды) находят отражение в словарях современного литературного языка. Факт первой лексикографической фиксации контаминанта со значением лица (без использования специального термина) можно датировать 1971 годом, когда в словарь новых слов было включена лексема паралангист – ‘спортсмен – парашютист и аквалангист’. Паралангисты

– так называют спортсменов, которые в течение нескольких минут превращаются из парашютистов в аквалангистов – работают по вызову (Вокруг света, 1965, 6) [15. С. 343]. Модель, по которой образовано слово: усеченная инициальная часть первой основы + усеченная финальная часть второй основы: паралангист парашютист + аквалангист, дает основание отнести новообразование 1960-х гг. к контаминантам, или блендам. Более ранние единичные включения окказионализмов гибридного типа оформлялись по типу конкорданса и не сопровождались указанием способа образования и мотиватов: например, несовершенновзрослые в словаре «Новое в русской лексике-79».

В словарь новых слов и значений 1984 г. включено разговорное слово камазонка – ‘девушка, молодая женщина, работающая на КамАЗе’. Камазонки – это девчата с КамАЗа, так их величают (Сов. экран.1974.11)» [16. С. 252]. В комментариях словаря новообразование представлено как результат суффиксации: КамАЗ + -онк/а/, однако несомненный факт фонетической близости существительных амазонка и камазонка и наличие общей части –амаз- позволил И.С. Улуханову трактовать деривацию в данном случае как междусловное наложение, или междусловное совмещение.

Издания словарей «Новое в русской лексике» разных лет содержат богатый и разнообразный материал, включающий окказиональные номинации человека; в количественном отношении контаминанты составляют относительно небольшой объем по сравнению с аффиксальными дериватами и композитами – примерно по десять единиц в ежегодных выпусках. Так, в словарь, включающий новую лексику 1990 г., включены базарник (от базар + рыночник), водители в словосочетании «руками водители» (от руководить + руководители), восьмидерасты (от восьмидесятники + педерасты); выходимец (от выйти + проходимец); гениалиссимус (от гений + генералиссимус); мастера машинного доения (от мастер машинного доения – ‘тот, кто доит коров с помощью доильных аппаратов’ + доение – ‘извлечение максимальной прибыли для себя’); идеепродавец (от идея + христопродавец); кемерунец (от Кемерово + камерунец); нуворишки (от нувориши + воришки); пропаганец (пропагандист + поганец); трезвятники (от трезвость + стервятники); фотописец (фото + живописец) [11].

В [12] содержатся следующие контаминанты: /гранд-дядя/ (от гранд-дама + дядя:..солидные гран-дамы и гранд-дяди [ТВ-ревю, 20]), мифописец (миф + летописец: Дюма… не летописец, не мифописец [К. пр, 7.4], молододюб (от молодожен + любить), фальшивонапитчик (фальшивомонетчик + напитки). Отнесение выделенных новообразований к контаминантам нередко обусловлен в том числе включением в контекст мотивирующих единиц: гранд-дядя/ и гранд-дама, мифописец и летописец и т.п.

В [13] включено 11 единиц: блейдеробежец – ‘тот, кто катается на блейдерах /роликовых коньках, в которых колесики расположены в один ряд/’ (от блейдеры + конькобежец): Американцы первыми осознали и опасность, которую могут приносить «блейдеробежцы» [Ров,6.22], /браненосец/ (от брань + броненосец); выбороссы – ‘члены партии «Демократический выбор России»’ (от выбор + Россия);

/громкопишущий/ (громкоговорящий + пишущий): Интеллигентами были и остались те, которые не вошли в обойму «громкоговорящих» и «громкопишущих» [СР.11.9]; демокрад (от демократ + казнокрад) – ‘демократ’: …ударить по «демокрадам»; /западохульник/ в составе словосочетания патриотзападохульник (от Запад + богохульник); кремледворец – ‘политик, близкий к кремлевским кругам’ (от Кремль + царедворец); /крокодилер/ (от крокодил + дилер): Крокодилеры /заголовок/ [МН. 50.С.10в];

лапсик – ‘ласковое обращение к кому-л.’ (от Лапонька, лапочка, лапушка + пупсик); /паучеризаторы/ Контаминация в образовании номинаций человека 63 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2015. Т. 25, вып. 2 (от паучий + ваучеризаторы): После разоблачений, в том числе на страницах «Советской России» (см.

статьи «Паучья драка», «Паучеризаторы знали о мошенничестве!»), скандал вокруг приватизационных чеков нарастает [СР.27.7]; /фальшивоманатчик/ (от фальшивомонетчик + манат – национальная азербайджанская валюта): В Азербайджане появились фальшивоманатчики [Изв.23.11].

[14] содержит 8 единиц: вольностранцы (от вольный + иностранцы): А потом предложат таким «вольностранцам» (новый термин, придуманный председателем… парламентской фракции «Латвийский путь») выехать из республики. «Вольностранцы», по определению автора /закона/ это не люди, не имеющие гражданства, а те, кто не желает добровольно получить таковое вне Латвии); гомерзик – ‘гомосексуалист’ (от жарг. гомик + мерзкий /з-з’/); /демозавр/ (от демократ + динозавр); досидент (от досидеть /в тюрьме/ + диссидент): Диссидентов, посаженных в лагеря за просмотр фильмов вроде «Эмануэли», не реабилитировали, почему их и назвали в народе «досидентами»

[Изв.31.1]; /либералиссимус/ (от либеральный демократ + генералиссимус): Измена в штабе либералиссимуса /В.В. Жириновского/ [ОГ, 8, с.7]; москомолец – ‘сотрудник газеты «Московский комсомолец»’ (от московский + комсомолец); /реформанцы/ (от реформаторы + засранцы); /сексомолец/, «Московский сексомолец» – ‘газета «Московский комсомолец» в связи с публикацией фотоматериалов сексуального содержания’ (от секс + комсомолец).

Щирокое распространение получила включенные в словарь Г.Н. Скляревской лексемы прихватизировать, прихватизация и производный агентив прихватизатор (разг. насмешл.) – ‘о человеке, использующем приватизацию как средство личного обогащения’. В Москве есть много лакомых кусочков для «прихватизаторов». Автостоянка – один из них. Куранты, 1993, № 19 [22. С. 628-629].

Наконец, в последний словарь неологизмов 2009 г. включено 17 гибридов, в том числе вошедшие ранее в НРЛ: базарник – ‘сторонник рыночной экономики; рыночник’ (базар + рыночник); бизнесмент (вариант дефисного написания: бизнес-мент) – ‘милиционер, втянутый в криминальный бизнес, берущий взятки’ (бизнесмен + мент, жарг. ‘милиционер’), бич-волейболист – ‘игрок в бичволей’ (бич-волей + волейболист); брателло, неизм и брателла, ы, м. – ‘обращение к лицу мужского пола’ (брат + Марчелло, мацарелла); бровеносец – ‘обладатель темных густых бровей’ (брови + броненосец); восьмидераст – ‘тот, кто вступил в общественную и культурную деятельность в 1980-е гг.;

восьмидесятник’ (восьмидесятник + педераст); гениалиссимус – ‘правитель страны, какого-л. края как гениальный и непогрешимый человек’ (гений + генералиссимус); голеадор (исп. goleador) – ‘нападающий в футболе, хоккее, который забивает много голов’ (гол + тореадор); господарищи – ‘демократы, которые в недавнем прошлом были коммунистамиэ (господа + товарищи); демокрады – ‘продажные, коррупционные представители демократической власти; дерьмократы’ (демократ + казнокрады); депутан – ‘депутат’ (депутат + путана); депутана – ‘женщина, являющаяся депутатом’ (депутат + путана); дерьмократ – ‘псевдодемократ /в языке противников/’ (дерьмо + демократ); домочадцы, -дец – ‘доморос(с)ы; домушники; эндээровцы’ («Наш дом – Россия» + домочадцы /члены семьи, люди, живущие в доме на правах членов семьи; домашние/); домушники, -ник – ‘доморос(с)ы;

домочадцы; эндээровцы’ («Наш дом – Россия» + домушники – ‘квартирные воры’); досидент – ‘диссидент, отсидевший в заключении весь срок без реабилитации’ (досидеть /в тюрьме/ + диссидент);

катастройщик – ‘тот, кто инициировал, осуществлял, поддерживал перестройку в СССР в 1980-х гг.’ (катастрофа + перестройщик) [17].

Лингвистическая литература отражает возросший интерес ученых к окказиональным дериватам. Исследователи продолжают разработку теории гибридов и анализируют новые единицы, принципиальная новизна которых заключается в их воспроизводимости и превращению образцов, по которым созданы контаминанты, в продуктивные словообразовательные модели. Н.А. Николина обращает внимание на то, что по модели трудоголик образованы неологизмы вещеголик и покупкоголик.

В настоящее время на основе данного образца возникла уже целая группа неологизмов, часть которых входит в состав интернациональной лексики. Новации современного литературного языка проходят апробацию в медийных текстах. В современных СМИ активно используется гибридная единица шопоголик (от алкоголик и шопинг): …британские шопоголики готовы стоять в очередях хоть целый день [ТВ Мир-24, 27.12.14]. Национальный корпус русского языка (газетный подкорпус, сформированный на основе материалов газет «Комсомольская правда», «РБК Daily», «Труд-7», «Советский спорт», «Известия») содержит 34 документа, 58 словоупотреблений лексемы шопоголики 2000-2011 гг., в том числе в форме единственного числа: – Страшная тайна, я – шопоголик [Комсомольская правда, 2005.10.29].

64 З.И. Минеева

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ Результаты проведенного анализа реализации словообразовательной модели на *оголик показывает, что в настоящее время, согласно данным основного корпуса, используются неологизмы инфоголик (- Аспирант. Болельщик из отпетых. Довольно типичный «инфоголик».

Характером изобретательный гуманист: упрям, азартен, въедлив и вреден [«Известия», 2001.09.28]); криминалкоголики (Мы – отравленные жаждой авантюрных передряг криминалкоголики. А то, что мы на стороне закона, – воля случая… [Валериан Скворцов. Каникулы вне закона (2001)]); лекарствоголики (Мы лекарствоголики. Почему в Москве дорогие лекарства? Потому что мы их любим [«Столица», 1997.09.02]); наркоголики (И почему нельзя опиум в аптеках продавать?

Наркоголики – больные люди [Михаил Гиголашвили. Чертово колесо (2007)]); пивоголики (У МЕНЯ есть друзья, которых можно назвать «пивоголиками». Я к их числу не отношусь, пиво пью в меру [«АиФ», 2001.02.14]); работоголик (В труде я – работоголик и в достижении цели весьма одержимый человек [«Мир & Дом. City», 2003.10.15]).

Газетный подкорпус содержит гибриды игроголики (…биохимический эффект, который оказывают на мозг человека азартные игры, идентичен последствиям приема кокаина… исполнительный директор калифорнийского отделения американской Национальной ассоциации попроблемам азартных игр Том Такер… обучал первую партию врачей-психологов, которые будут специализироваться на «игроголиках».

[Комсомольская правда, 2002.08.26]); гневоголик (В данном случае мы имеем дело с типичным примером «гневоголии» – синдрома домашнего тирана…Гневоголик с целью самоутверждения планомерно превращает жену в рабское забитое существо [Комсомольская правда, 2002.08.12]); чистоголики (Со вчерашнего дня в Великобританииначало выходить телевизионное шоу «Чистоголики» (Cleanaholics) [Известия, 2006.05.12]).

За пределами корпуса и печатных СМИ на сайтах Интернета нами отмечены неологизмы интернетоголик и сексоголик. В целом данная деривационная модель в настоящее время активно используется без семантических и синтагматических ограничений. Анализ мотивации выявленных единиц приводит к выводу о расширении двойственной мотивации: при появлении лексем типа сексоголизм возможно квалифицировать способ деривации как суффиксальный (Сексоголизм, как игромания, алкоголизм и наркомания – заболевание, прежде всего, психологического плана [Somus! – журнал для умных женщин, 20.03.2006]).

Отмечая функциональное разнообразие окказиональных единиц, следует прежде всего назвать их использование в языковой игре. «Сгущенная семантика и необычность образования таких слов позволяет использовать их в фельетонах, баснях политического и нравственного содержания, сатирических стихах и т.п. для создания остроты высказывания и комического эффекта» [ЯнкоТриницкая 2001: 471]. К языковой игре прибегают пользователи интернета в живых комментариях по поводу городских событий: когда в Старопименовском переулке для установки кондиционера было повреждено барельефное украшение дома, в Интернете появились отклики москвичей, в том числе с шутливо-ироничным контаминантом пейсатель – от пейсы + писатель: «Полностью согласен с предыдущим пейсателем». Создавая гибриды, носитель языка реализует лингвокреативные способности, играет со словом. Языковая игра использована при образовании таких лексем на основе контаминации, как бизнес-мент (вариант бизнесмент), демокрады, клептокапиталист, В Азербайджане появились фальшивоманатчики /фальшивоманатчик/ – [Изв.23.11] (фальшивомонетчик + манат – национальная азербайджанская валюта). Игровая форма часто выступает средством выражения оценки, снижая категоричность, элиминируя остроту пейоративной коннотации.

Номинативная функция в чистом виде почти не свойственна гибридам; редким исключением выступают номинации паралангист, блейдеробежцы и некоторые другие. Как правило, анализируемые единицы выполняют важную функцию выражения экспрессии. Экспрессивная составляющая разговорной лексемы мужского рода депутан обозначена лексикографами как «презрительное или шутливо-ироническое», обращение господарищи выражает ироническое отношение к новым демократам, которые в недавнем прошлом были коммунистами и по отношению к которым использовалось обращение товарищи, экспрессия реализуется при употреблении номинаций ножевик-затейник (в передаче А. Архангельского [ТВК. 17.11.14]), кремледворец и т. п.

Контаминанты позволяют автору эксплицировать интенции пейоративной оценки референта и при этом избежать ответственности за употребление грубого слова. Бленды позволяют не искать эвфемизмов, но использовать конструкцию гибридной единицы как мейозис. Так, словарь фиксирует Контаминация в образовании номинаций человека 65 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2015. Т. 25, вып. 2 номинацию восьмидерасты в качестве оценочной и сопровождает соответствующей пометой: «неодобрительно». Окказиональные новообразования, образованные контаминацией: депутан и депутана, попозицонер и попозиционерка, либераст, оппозаст, толераст, едрот, майдауны – обладают повышенной эспрессивностью и содержат коннотацию негативной оценки, выраженной в шутливой форме: Хватит нести бред, попозиционер вы наш. Коннотацию негативной оценки содержит значительная часть контаминантов. В Фейсбуке 25 июля 2014 г. были размещены фотографии полуопрокинутого автобуса и комментарий: «Я ехал в этом автобусе. Водятел – … Такое ощущение, что он уснул за рулём». Водятел – это гибрид, бленд, образованный соединением первой части профессиональной номинации водитель и негативно-оценочного зоотропа дятел.

Использование моделей окказионального словообразования позволяет привлечь внимание адресата необычной формой, нарушающей автоматизм восприятия текста, успешно акцентировать внимание на наиболее актуальных проблемах современного социума. Так возникла окказиональная номинация секстремистки, мотивированная двумя контаминированными заимствованиями.

С помощью окказионализма журналисту удалось выразить осуждение широко обсуждаемых акций по демонстративному уничтожению символов христианства в Европе представительницами FEMEN:

«Крестоповал продолжается. На днях секстремистки из FEMEN под овации зрителей показательно спилили в Нидерландах три авторских креста, предварительно установленных организаторами артфестиваля Gogbot» [Российская газета. № 211. 2012]. Одним из последних по времени создания следует считать окказионализм гейропеец, имеющий двойственную мотивацию: 1) контаминантом Гейропа (от гей + Европа), 2) существительным со значением лица европеец + гей. «Вы понимаете, что это пишем мы с вами? Не фашисты, не «понаехавшие», не «гейропейцы», не «пиндосы» и не марсиане» [Карельская губернiя, 19-15.11.2014].

В настоящее время гибридные номинации человека получили широкое распространение как в текстах художественной литературы, так и в медийных текстах и в разговорной речи. Накопленный материал позволяет определить модели, по которым созданы контаминанты. Номинации человека образованы по нескольким основным образцам, в которых в качестве мотивирующих представлены полные и усеченные основы имен существительных (N), в отдельных случаях – прилагательных (Adj) и глаголов (V). Контаминация может сопровождаться междусловным наложением и тмезисом. Мотиваты во всех моделях могут быть представлены нарицательными или собственными лексемами.

Модель 1. N-1 (полная основа) + N-2 (с инициальным усеченнем) без общей части: базарник базар + рыночник; блейдеробежец блейдеры + конькобежец; гейропеец гей + европеец; господарищи господа + товарищи; западохульник (в сложении патриот-западохульник) Запад + богохульник; идеепродавец идеjа + христопродавец); кремледворец Кремль + царедворец; трудоголик труд + алкоголик; шопоголики шоп + алкоголик; работоголик работа + алкоголик; ролексоносец «Ролекс» + крестоносец.

Модель 2. N-1 (полная основа) + N-2 (с инициальным усеченнем) с общей частью: браненосец брань + броненосец; пейсатель пейсы + писатель; секстремистки секс + экстремистки.

Модель 2А. V-1 (полная основа) + N-2 (с инициальным усеченнем) с общей частью: выходимец выходить + проходимец; досидент досиде-ть + диссидент; прихватизатор прихвати-ть + приватизатор.

Модель 3. N-1 (с усеченнем финали) + N-2 (полная основа) без общей части: гениалиссимус гений + генералиссимус); несовершенновзрослые несовершеннолетние + взросл-ые; трезвятники трезвость + стервятники); человолки человек + волки.

Модель 4. N-1 (с усеченнем финали) + N-2 (полная основа) с общей частью: водятел водитель + дятел; депутана депутат + путана.

Модель 5. N-1 (с усеченнем финали) + N-2 (с инициальным усеченнем) с общей частью: алконавт алкоголик + космонавт; восьмидерасты восьмидесятники + педерасты; демозавр демократ + динозавр; демокрады демократы + казнокрады; дурократы дураки + бюрократы; кемерунец Кемерово + камерунец; крокодилер крокодил + дилер; лапсик лапушка + пупсик; паралангист парашютист + аквалангист; паучеризаторы паук + ваучеризаторы; пропаганец пропагандист + поганец); реформанцы реформаторы + засранцы.

Модель 5А. Adj-1 (с усеченнем финали) + N-2 (с инициальным усеченнем) с общей частью:

вольностранцы вольный + иностранцы; либералиссимус либеральный /демократ/ + генералиссимус; москомолец «Московский + комсомолец».

66 З.И. Минеева

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ Модель 6. N-1 (полная основа) + N-2 (полная основа) с общей частью: бизнесмент бизнесмен + мент; камазонки Камаз + амазонки; нуворишки нувориши + воришки; стрекозел стрекоза + козел; ханестезиолог хана + анестезиолог.

Модель 6А. N-1 (полная основа) + N-2 (полная основа) с общей частью, выделенной графически: СМИротворец СМИ + миротворец.

Модель 6Б. V-1 (полная основа) + N-2 (полная основа) с общей частью: считатели считать + читатели.

Модель 7. N-1 (полная основа) + N-2 (с усеченнем финали) с общей частью: выбороссы выбор + Россия /с’-с/.

Модель 8. N-1 (полная основа) + N-2 (с усеченнем финали) с общей частью; второй мотиват вставлен внутрь первого: гомерзик гомик + мерзкий /з-з’/.

Модель 9. N-1 – композит (с усечением) + N-2 (полная основа) с общей частью; второй мотиват вставлен внутрь первого: фальшивоманатчик фальшивомонетчик + манат.

Модель 10. N-1 (полная основа) + N-2 (полная основа) с общей частью; второй мотиват вставлен внутрь первого с графическим выделением части: шаЙбашники от шайба + шабашники.

Лингвисты относят контаминацию к числу окказиональных способов и видят в ней нарушение закономерностей словообразовательной системы. Действительно, контаминанты создаются как «слова на случай» и тесно связаны с контекстом и определенной ситуацией. Однако наблюдается тенденция к абстрагированию от первоначального контекста, в рамках которого был произведен контаминант, а также неоднократное использование неологизмов такого рода в узусе. Узуальные и окказиональные единицы не противопоставлены кардинально с точки зрения способов их образования, поскольку создаются по аналогии. Об этом писала Е.А. Земская, которая обращала внимание на то, что и окказионализмы, и слова, порождаемые «ad hoc», создаются под воздействием аналогии; разница состоит лишь в том, что при узуальной деривации действует аналогия абстрактных типов, в то время как при окказиональной деривации – аналогия конкретных слов, выполняющих функцию образцов.

Одно и то же слово может быть расценено и как расширение продуктивности модели узуальной деривации, и как окказионализм.

Окказионализмы возникают при нарушении словообразовательного механизма, типа или модели деривации. Нарушения могут касаться формантов, аффиксов, а также типов мотивирующих основ. Поскольку сфера использования блендов от текстов художественной литературы расширяется до публицистики и спонтанной живой разговорной речи, включающей письменную форму интернет-блогов и комментариев, некоторые словообразовательные неправильности приобретают свойства образца.

Увеличение числа неологизмов, образованных по конкретному образцу (ролексоносец, бровеносец, оскароносец), способствует тому, что усеченная часть мотивата начинает выделяться как самостоятельный формант, аффиксоид. В настоящее время контаминация, обеспечивающая компрессию передаваемой информации, занимает позицию самостоятельного продуктивного способа словообразования, позволяющего создавать лексемы сложной семантики. Положительная количественная динамика номинаций лиц, образованных способом контаминации, находит отражение в толковых словарях, словарях новых слов, на страницах СМИ, в художественных текстах.

Контаминация (блендинг) – относительно новый способ словообразования, с помощью которого номинации лица активно образуются в течение двух последних десятилетий. Наблюдается рост новообразований данного типа на основе русских и заимствованных мотиватов. В русский язык входят неологизмы, образованные на основе английского языка, таковы трудоголик, работоголик, чистоголик, шопоголик (workaholic, cleanaholic, shopaholic). Пополнение словаря за счет заимствований типа вебинар (на основе префиксоида веб… и существительного семинар) также способствует развитию данного способа словообразования и его дрейфу в направлении узуальной деривации.

Контаминация (блендинг) отвечает требованиям передачи объемного содержания экономными языковыми средствами. Гибриды характеризуются особой выразительностью. С помощью контаминантов осуществляется языковая игра, передача имплицитных смыслов, которые по разным причинам не могут быть выражены явно.

Факторами, способствующими активному использованию контаминации в производстве номинаций человека, являются а) ускорение темпа жизни и потребность в ускоренной передаче информации, б) стремление к экономии языковых средств, в) расширение сферы использования языковой игры, г) общие процессы глобализации и влияние английского языка.

Контаминация в образовании номинаций человека 67 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2015. Т. 25, вып. 2

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Большой академический словарь русского языка / ред. К.С. Горбачевич. Т. 9. М.; СПб.: Наука, 2007. 660 с.

2. Земская Е.А. Активные процессы современного словопроизводства // Русский язык конца ХХ столетия (1989-1995). М.: Языки русской культуры, 2000. С. 90-141.

3. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. М.: Издательский дом «Либроком», 2009. 224 с.

4. Ильясова С.В. Языковая игра в коммуникативном пространстве СМИ и рекламы / С.В. Ильясова, Л.П. Амири. М.: Флинта, 2009. 296 с.

5. Лыков А.Г. Современная русская лексикология (русское окказиональное слово). М., 1976. 120 с.

6. Максимов В.И. Учебный словарь-справочник русских грамматических терминов (с английскими эквивалентами) / В.И. Максимов, Р.В. Одеков. СПб.: «Златоуст», 1998. 304 с.

7. Национальный корпус русского языка. URL: http://www.ruscorpora.ru (дата обращения: 01-02.2015)

8. Николина Н.А. Активные процессы в языке современной русской художественной литературы.

М.: ГНОЗИС, 2009. 336 с.

9. Николина Н.А. Словообразование современного русского языка: учеб.пособие. М.: Академия, 2005. 160 с.

10. Новейший большой толковый словарь русского языка / гл. ред. С.А. Кузнецов. СПб.: Норинт;

М.: РИПОЛклассик, 2008. 1536 с.

11. Новое в русской лексике. Словарные материалы-90 / под ред. Т.Н. Буцевой. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004.

674 с.

12. Новое в русской лексике. Словарные материалы-92 / под ред. Е.А. Левашова. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004.

212 с.

13. Новое в русской лексике. Словарные материалы-93 / под ред. Т.Н. Буцевой. СПб.: Дмитрий Буланин, 2008.

447 с.

14. Новое в русской лексике. Словарные материалы-94 / под ред. Ю.Ф. Денисенко. – СПб.: Дмитрий Буланин, 2006.

15. Новые слова и значения. Словарь-справочник по материалам прессы и литературы 60-х годов / под ред.

Н.З. Котеловой и Ю. С. Сорокина. М.: Советская энциклопедия, 1971. 543 с.

16. Новые слова и значения: Словарь-справочник по материалам прессы и литературы 70-х годов / под ред.

Н.З. Котеловой. М.: Рус.яз., 1984. 808 с.

17. Новые слова и значения. Словарь-справочник по материалам прессы и литературы 90-х гг. ХХ в.: в 2 т. / сост. Т.Н. Буцева, Е.А. Левашов, Ю.Ф. Денисенко, Н.Г. Стулова, Н.А. Козулина, С.Л. Гонобоблева; отв. ред.

Т.Н. Буцева. Т. 1. СПб.: Дм. Буланин, 2009. 816 с.

18. Рацибурская Л.В., Самыличева Н.А., Шумилова А.В. Проблемы словотворчества в современных российских СМИ: учеб.-метод. пособие. Нижний Новгород: Нижегородский госуниверситет, 2013. 66 с.

19. Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Словарь-справочник лингвистических терминов М.: Просвещение, 1976.

543 с.

20. Розина Р.И. Сравнительный анализ семантических процессов в литературном языке и в сленге // Современный русский язык: Активные процессы на рубеже XX – XXI веков / ин-т рус. яз. им. В.В. Виноградова РАН.

М.: Языки славянской культуры, 2008. С. 100-166.

21. Санников В.З. Русский язык в зеркале языковой игры. М.: Языки славянской культуры, 2002. 552 с..

22. Толковый словарь русского языка. Языковые изменения конца ХХ века / под ред. Г.Н. Скляревской. М., 2001. 944 с.

23. Улуханов И.С. Единицы словообразовательной системы русского языка и их лексическая реализация. М.:

ИРЯ РАН; Изд-во «Русские словари», 1996. 222 с.

24. Шапошников В.Н. Словообразование 1990-х // Русская речь 1990-х: Современная Россия в языковом отображении. М., 2010. С. 90-102.

25. Хрущева О.А. Блендинг в системе словообразования // Вестник Оренбургского государственного университета. 2009. № 11 (105). С. 95-101.

26. Янко-Триницкая Н.А. Словообразование в современном русском языке. М., Издательство «Индрик», 2001.

504 с.

–  –  –

given. We consider the factors that contribute to the active use of contamination as one of the means of word-formation.

On the grounds of the analysis, a conclusion is made about the expansion of blending in fiction, publicist texts, all types of mass media, and Internet comments. Influence of the English language on derivation processes in nominations of people in the modern Russian language and on the development of international vocabulary is highlighted.

Keywords: contamination, blending, telescoping, usual and occasional word-formation, nominations for people, National Russian Corpus.

–  –  –



Похожие работы:

«УКРАИНСКИЕ НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ в годы ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны том 2 1944-1945 Федеральное архивное агентство Российский государственный архив социально-политической истории Государственный архив Российско...»

«ББК 87.3я7 УДК 1(091)(075) О-66 Орлов С. В. О-66 История философии. — СПб.: Питер, 2009. — 192 с. — (Серия "Краткий курс"). ISBN 978-5-49807-317-0 В учебном пособии, охватывающем основные этапы развития мировой философии, кратко прослеживается развит...»

«За нашу Советскую Родину! ВОЕННО ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ ОРГАН МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР ГОД И З Д А Н И Я Д В А Д Ц А Т Ь Т Р Е Т И И СЕНТЯБРЬ ИЗДАТЕЛЬСТВО "КРАСНАЯ ЗВЕЗДА" МОСКВА — 1981 соъгяжлние А. ДРЕМКОВ — XXVI съезд КПСС и воспитание советских...»

«Библиотека http://www.koob.ru В. К. Вилюнас ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ЭМОЦИЙ Настоящая книга продолжает серию изданий, знакомящих с классическими, а также наиболее ценными реферативными работами общей психологии. Широта и разветвленность...»

«идентичностью, а также ценностным рядом, предлагаемым местному социуму. При этом очевидность конгруэнтности между данными явлениями безусловна. Пермь как исторический феномен тесно связан с Пермью сегодняшней. Название города превращается в сам...»

«УДК 39(47) С. Карм ФИННО-УГОРСКИЕ ЭКСПЕДИЦИИ ЭСТОНСКИХ ГУМАНИТАРИЕВ В СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ* В статье делается обзор научной конференции Эстонского национального музея (Eesti Rahva Muuseum [1], далее ЭНМ), посвященной исследованию финно-угорских культур. В ходе научного форума...»

«РУДЫК Оксана Ивановна ЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУТА БРАКА В СОВЕТСКОМ СЕМЕЙНОМ ПРАВЕ (1917–1996 гг.) Специальность: 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель – доктор юридических наук, кандидат...»

«5 От редколлегии // Русская рок-поэзия: текст и контекст. С.3. 6 Там же. 7 Тынянов Ю.Н. Литературный факт // Тынянов Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977. С.257. 8 Там же. С.265-266. 9 Эрлих В. Русский...»

«ВОЙНА В ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ О.С. ПОРШНЕВА ФЕНОМЕН ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ О ВОЙНЕ Историческая память является сложным феноменом общественного созна­ ния, представляя собой систему устойчивых представлений общества о прошлом, характеризующихс...»

«УДК 72.033 Вестник СПбГУ. Сер. 15. 2016. Вып. 1 Е. И. Кононенко оСМаНСкИй аРхИтектуРНый ИСтоРИзМ И ПоИСкИ НацИоНальНого СтИля Государственный институт искусствознания, Российская Федерация, 125009, Москва, Козицкий пер., 5 В статье анализируются особенности развития исторических стилей в архитектуре последних д...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.