WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

Pages:   || 2 |

«М. Н. Тихомирова, К. Н. Тихомирова Татары Западной Сибири в визуальных образах: научно-популярное издание Омск ББК Т52(251.3) Т ...»

-- [ Страница 1 ] --

Татары Западной Сибири

в визуальных образах

Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского

М. Н. Тихомирова, К. Н. Тихомирова

Татары Западной Сибири в визуальных образах:

научно-популярное издание

Омск

ББК Т52(251.3)

Т

Рецензенты:

кандидаты исторических наук

Тихомирова М. Н., Тихомирова К. Н. Татары Западной Сибири в визуальных образах:

научно-популярное издание. – Омск, 2015.

Цель данного научно-популярного труда состояла в том, чтобы ознакомить широкий и социально разнородный круг читателей с историей и культурой одного из коренных народов Западной Сибири – татар Западной Сибири.

В работе представлены материалы о древней истории и советском периоде, поселениях, усадьбах и жилищах татар, хозяйстве и средствах передвижения, пище и утвари, предметах женского рукоделия, кладбище, обрядах и оберегах.

ББК Т52(251.3) Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ, проект № 15-41-93058 Татары Западной Сибири в визуальных образах : электронный научно-популярный каталог Оглавление Введение §1. Древняя история §2.

Советская повседневность:

история XX в. в рассказах татар Западной Сибири §3. Поселения татар Западной Сибири §4. Усадьб и жилища §5. Культура жизнеобеспечения (виды хозяйственной деятельности, средства коммуникации) §6. Пища татар Западной Сибири §7. Утварь и кухонная посуда §8 Декоративно-прикладное искусство татар Западной Сибири:

этнокультурные особенности декорирования §9. Кладбище татар Западной Сибири §10. Духовная культура татар Западной Сибири Заключение Список основной литературы Приложение Введение Татары один из древнейших и многочисленных этносов на территории Западной Сибири. История их этнокультурного формирования имеет сложный характер. В процессе этногенеза татары вобрали в свою культуру множество элементов культур народов, проживавших на территориях степи, лесостепи, южной тайги. Поэтому в их материальной и духовной культуре можно найти черты многих традиций. В настоящее численность татар Западной Сибири, по данным переписи населения 2002 г., в России составляет 190 тыс. чел., около 20 тыс. чел. живут в Казахстане и некоторых странах Средней Азии. Татары Западной Сибири состоят из трех этнических групп – томских (живут в Томской, Кемеровской и Новосибирской областях), барабинских (живут в Новосибирской области) и тоболо-иртышских татар (живут в Омской и Тюменской областях). Те, в свою очередь, делятся на менее крупные группы.

Так, тоболо-иртышские татары состоят из тюменской, тобольской, ясколбинской (заболотной), курдакско-саргатской и тарской групп. Татары последних двух групп живут в Омской области.

Тарский район Омской области. Тарские татары.

Фотография сделала М. Н. Тихомирова. Хранится в лично фотоархиве автора.

В составе курдакско-саргатских татар (живут в основном в Тевризском и Усть-Ишимском районах Омской области и Вагайском районе Тюменской области) ученые выделяют еще курдакскую и саргатско-утузскую группы, а в составе тарских татар (живут в Большереченском, Знаменском, Муромцевском, Тарской районах) – аялынскую и туралинскую группы.

Ялуторовский район Омской области. Тюменско-туринские татары.

Фотография сделала М. Н. Тихомирова. Хранится в лично фотоархиве автора.

Язык татар Западной Сибири относится к булгаро-кыпчакской группе тюркских языков и состоит из барабинского, тоболо-иртышского и томского диалектов и нескольких говоров.

У татар Западной Сибири преобладают черты уральского антропологического типа, образовавшегося в результате древней метисации между европеоидами и монголоидами. В наиболее общем виде этногенез (происхождение, формирование этносов) татар Западной Сибири представляется как процесс смешения угорских, самодийских, тюркских и отчасти монгольских племен и народностей с преобладанием тюрского массива. Ранние передвижки тюрков с Алтая в южные районы Западно-Сибирской равнины начались в период Тюркского каганата. В IV в.

тюрки начинают осваивать Верхнее Приобье, в VII–VIII вв. проникают далеко на север в Притомье и Причулымье и на северо-запад в Барабинскую степь. В конце I – начале II тысячелетий они появляются на территории нынешних Омской и Тюменской областей. О начале сложения древностей некоторых культурных и этнокультурных компонентов (таёжных) можно говорить с начиная эпохи раннего средневековья, когда на территории южнотаёжной и лесостепной зонах Западной Сибири формируются такие археологические культуры как потчевашская, рёлкинская и др. (VI — IX вв.) В формировании указанных культур принимали формирования древности таёжных и степных групп населения. Именно тогда закладываются основы природопользования, стратегии жизнеобеспечения, образ жизни, основные мировоззерческие представления и в целом формируются основной образ материальной культуры. Указанные процессы продолжились и укрепились в эпоху средневековья в период (X-XIII вв.). В это время особенно в конце периода усиливается влияние на неё южных степных культур, становятся более заметны процессы тюркизации. В это время происходят сдвиги в социальном устройстве общества. Археологическим проявлением этого стало распространение в это время курганов, появление больших городищ с мощными укреплениями, с выделением на них особо укрепленной зоны, широкое распространение богатой утвари и т. д. Следующий этап формирования культуры предков сибирских татар XIV — первая половина XVI веков происходит дальнейшая эволюция населения древности которых принято называть усть-ишимская археологическая культура. Именно в этот период, под воздействием различных исторических процессов происходит формирование и закрепление тех черт культуры местного тюркизированного населения которые застали пришедшие сюда подданные Русского царства в конце XVI — начале XVII вв. В 1394–1395 гг. в результате религиозных войн среднеазиатских шейхов началась исламизация татар Прииртышья и установились более прочные связи их с народами Казахстана и Средней Азии. Еще в XIV в. в устье Ишима на Красном Яру был поставлен городок Кизил-Тура, который в 20-х годах XV в. служил ставкой правителя ХаджиМухаммеда. Этот хан потерпел поражение от предводителя «узбеков»

(первоначальное название тюркских кочевых племен) Абулхаира, шейбанида по происхождению. Местные племена оказались на какое-то время под игом этих кочевников. В 1429 г. в укрепленной ставке на берегу Иртыша в районе современного города Тары на съезде аристократии ханом Узбекской державы и был провозглашен Абулхаир. Известно, что на этом месте он приказал построить столицу своей державы, но спустя год ушел в южные степи бороться за власть с враждебными ему ордами. В XVI в. земли прииртышских татар вошли в Сибирское ханство. Вообще-то наиболее ранним государственным образованием татар было Тюменское ханство, сложившееся в XIV в. с центром в Чимге-Туре (Тюмени). Но оно также в первые десятилетия XVI в. вошло в состав Сибирского ханство, образовавшегося в конце XV в. В 1563 г. власть в нем захватил, убив местных князей Бикбулата и Едигера и физически истребив их родственников, шейбанид Кучум, казах или ногаец по происхождению.

Значительная часть татар Сибирского ханства так же, как и подвассальные ханты и манси, испытывали жестокое иго со стороны феодальной верхушки, рассматривали Кучума как чужеземца и завоевателя. Поэтому буквально с первых месяцев похода Ермака, начавшегося в 1581 г., часть татар примкнула к его отряду. Татары, проживающие на территории Западной Сибири, не только приняли подданство Русского государства, но и многие из них стали на военную службу – образовалась сословная группа служилых татар. В составе Русского государства наблюдались отдельные перемещения татар Среднего Прииртышья. И еще были необычные поселения на этой территории, сыгравшие большую роль в истории коренных сибирских татар, но связанные не с ними. Здесь четырьмя компактными группами среди тюменских, тобольских, тарских и томских татар, а также в городах Западной Сибири, в том числе в г. Таре, расселились сибирские бухарцы – выходцы из Средней Азии (узбеки, таджики, туркмены и др.). В селениях сибирских татар оседали также казанские татары, мишари и другие выходцы из Поволжья и Приуралья. Сирирские татары в советское время развивались попрежнему в рамках нескольких этнических групп. Процессы сближения и частичного смешения их с поволжско-приуральскими татарами способствовали тому, что в наши дни они входят в татарскую этническую общность нашей страны, сохраняя определенное своеобразие в языке и культуре. Сибирские бухарцы окончательно слились с коренными сибирскими татарами. Постепенно углубляются процессы сближения татар с русскими и с людьми других национальностей.

В хозяйстве татар Западной Сибири в прошлом большую роль играло земледелие, определившее их оседлый образ жизни. Держали они также скот, занимались рыболовством, частично охотой. Из ремесел знали кожевенное дело, вязание сетей, прядение и ткачество, изготовление веревок, плетеных коробок, берестяной и деревянной утвари, саней, лодок, лыж, ковров, ювелирных изделий и др. В культуре татар до революции было немало ярких явлений и немало примитивных форм, связанных с тяжелыми условиями жизни в прошлом. Постепенно татары оставили свои землянки, глинобитные, дерновые и бревенчатые постройки – юрты, стали строить дома по образцу русских жилищ. Разнообразна и красочна была одежда татар Западной Сибири (камзол, головные уборы, нагрудник, ичиги, подвески и др.), которая часто украшалась узорами. Своим богатством поражала их национальная кухня, основанная на молочных мясных и мучных продуктах, а также своеобразная посуда и домашняя утварь (на стенде представлены чаша, ступка, туесок, кувшин, шкатулка, циновки). Наиболее развитым видом народного творчества татар Западной Сибири был и остается фольклор.

Золотой фонд духовной культуры татар составляют народные песни – исторические баиты, трудовые, лирические, плясовые песни, частушки, а также легенды, предания, пословицы, загадки. В пословицах особенно четко отражены нормы народной этики: «Нельзя бить землю кнутом, иначе не будет урожая», «Не спрашивай у старика, а спроси бывалого», «Кто не признает свою ошибку, совершает другую», «Знает тот, кто по дороге бежит, а не тот, кто на печке лежит» и др. Среди местных татар было немало талантливых сказителей. Яркую сторону их культуры составляет орнаментальное искусство. Узоры на дерево они наносили резьбой, на металл – линейной резьбы и чеканкой, на ткани – вышивкой, аппликациями, на кожу – сшивной мозаикой. Татары накопили ценные народные знания по метеорологии, ботанике, зоологии, технические знания, по народной медицине и др. С другой стороны, широкое распространение имели домусульманские (идолопоклоннические) и мусульманские верования В наши дни этнокультурное развитие татар Западной Сибири происходит в процессе тесного взаимодействия их с другими народами нашей страны, в первую очередь, поволжско-приуральскими татарами и русскими, в условиях усиливающегося научного и общественного интереса и внимания к национальным явлениям местной сибирско-татарской культуры, к ее прошлому и настоящему.

§1. Древняя история

- Вещи

–  –  –

4. Железная втульчатая четырехзубая острога.

Один зуб обломан. Втулка выполнена из листа железа и приварена к зубцам. К древку крепилась железным кованным гвоздём, через отверстие во втулке. Широко использовалась и до сих пор используется для добычи рыбы. Добыча могла вестись с лодки или взаброд. Основным временем добычи была осень. Время суток - ночь. Известна с древнейших времен на обширных территориях. В материалах периода мезолита — эпохи бронзы преобладала однозубая костяная острога. Данное изделие датируется эпохой позднего средневековья - Нового времени.

5. Кистень. Било с шипами прикреплено через ушко к цепи, которая с другой стороны крепится ко втулке, надетой на деревянную рукоять (кистенище).

К рукояти через отверстие прикреплена петля для надевания на руку из сыромятного ремешка. Оружие подобного рода разного типа имели широкое распространение по всему миру с эпохи раннего железного века и доживают до наших дней. На данные территории проникает в эпоху позднего средневековья.

6. Костяной плоский двухлопастной наконечник стрелы. Размер наконечника свидетельствует о мощном луке. Такие стрелы широко использовались местным населением Западной Сибири, в основном, на охоте. Широкое распространение связано с лёгкостью и дешевизной изготовления. Довольно ярко указывает на древности предков сибирских татар. Находка в раскопе на городище. Древности предков курдакско-саргатских татар. Датировка XVII — XVIII вв. Знаменский район Омской области. Материалы раскопок 2010 года. Фото сделано К.Н. Тихомировым.

7. Втульчатые наконечники орудий. Два наконечника копий и наконечник мотыги. Наконечник копья и мотыги (вверху и внизу) имеют несомкнутую втулку. Наконечник копья (рогатина) имеет ромбовидное сечение, что делает его крепче на излом. В центре представлено изделие, с плоским в сечении остриём. Возможно оно было изготовлено из обломанного копья и использовалось как пешня для колки льда (как правило для устройства прорубей на зимней рыбалки).

8. Нож-косарь. Хозяйственного предназначения. Часто применялся для наколки щепы, и разделывания крупных кусков мяса и других хозяйственных нужд. Имел широкое распространение на территории европейской части России начиная с эпохи позднего средневековья. Клинок и хвостовик выполнены из целого листа стали.

[Утварь] С загнутым кончиком хвостовика. Такое состояние хвостовика свидетельствует об определенном способы крепления ручки ножа.

Узкий хвостовик с загнутым кончиком свидетельствует о том, что он проходил внутри всей рукояти, и при выходе загибался, фиксируя рукоять.

Этот тип рукояти принято называть всадная. Такие рукояти обычно выполнялись из различных пород и частей дерева, рога или кости. Могла быть такая рукоять наборная из бересты.

Обушок ножа с пониженной линии обуха. Брюшко (лезвие) изогнуто от хвостовика. Остриё ножа находится на продольной оси ножа, что позволяет клинку лучше протыкать предметы. Все выше приведенные особенности позволят интерпретировать данное изделие как охотничий нож.

Получает

9. Железный нож.

распространение с Знаменский район Омской области.

эпохи позднего Материалы раскопок 2010 года. Фото сделано средневековья. Находка К.Н. Тихомировым. Древности курдаксков раскопе на городище.

саргатских татар. Датировка XVII — XVIII вв.

10. Инвентарь из раскопок поселения и поселения эпохи позднего средневековья. 1. Железный нож-косарь. 2. Венчик и часть тулова сосуда эпохи средневековья. 3. Венчик и часть тулова сосуда эпохи средневековья. 4.

Металлическая нашивка из белого металла (олово?).

11. Рисунок фрагментов неорнаментированной керамики из раскопок грунтового могильника Бергамак II.

Древности предков аялынской группы тарских татар. Муромцевский район Омской области. Материалы раскопок 1999 года. Рисунок выполнен К.Н.

Тихомировым.

12. Фрагменты керамических неорнаментировнных сосудов. Фрагменты неорнаментированных керамических сосудов, получающих широкое распространение на территории Западной Сибири с приходом сюда в конце XVI века подданных Русского царства. Найдены на городище, принадлежавшем предкам курдакско-саргатских татар.

Ярко иллюстрируют проникновение новых элементов в традиционный быт местного населения. Так как вся остальная коллекция предметов не имеет аналогов среди пришлого населения. Практически отсутствует и обломки керамических изделий местного населения. Новая керамика составляет подавляющее большинство и свидетельствует об изменении традиционного быта. Материалы раскопок на городище. Древности курдакско-саргатских татар. Датировка XVII — XVIII вв. Знаменский район Омской области. Материалы раскопок 2010 года. Фото сделано К.Н.

Тихомировым.

13. Обломок керамического кувшина (кумгана ?). Сохранились часть тулова и носик. Украшен желобками и канелюрами. Цвет черный. Сделан из качественного керамического теста. Хорошо обожжен.

Фотография сделана М. Н. Тихомировой. Хранится в личном фотоархиве автора.

Исетский район Тюменской области. Тюменско-туринские татары.

14. Фрагмент венчика сосуда эпохи позднего средневековья с частью тулова.

Имеет уплощенный неорнаментированный венчик с карнизиком на внешней стороне. Орнаментирован горзизонтальным рядом жемчужин и желобком под ним.

Фотография сделана М. Н. Тихомировой. Хранится в личном фотоархиве автора.

Исетский район Тюменской области. Тюменско-туринские татары.

15. Жетон с изображением Всадника, поражающего копьём Змея. Копия изображений с российских денег начала XVII в. Материалы с разрушающегося грунтового могильника. Сборы местных жителей.

Подобные предметы были довольно широко распространены по территории Западной Сибири, кое где сохранились до наших дней в ритуале (например, манси). Бронза.

16. Счётный пффенинг Вольфа Лауфера. Был широко распространен на территории Сибири в XVII–XVIII вв.

СЧЕТНЫЙ ПФЕННИГ - счетный жетон (нем. Rechenpfennig, Raitpfennig, франц. gectoir, jeton, англ. counter, исп. contador, гол. legpenning), металлическая марка для (принятых в древности и в средние века.) подсчетов с помощью счетной доски (абака), пришедшей на смену камушкам или жетонам из какой-либо кости, в т.ч. слоновой. Счетный пфенниг существовали уже в средние века в Италии (Флоренция, Венеция), Франции, Нидерландах; с начала 14 века в Нюрнберге их стали изготавливать мастераспециалисты (Rechenpfennigmacher, Flinderleinschl?ger), а с конца 15 века также в Халле, Баварии, Австрии, Чехии, Саксонии, Эйслебене и т.д. На Счетных пфеннигах очень часто встречались сведения и изображения, относившиеся к политическим и историческим событиям, так что, имея хождение среди широких кругов населения, они служили носителями информации. Особенно ярко выступает политическая направленность Счетных пфеннигов периода раннебуржуазной Нидерландской революции;

так, на них встречаются изображения казни графов Эгмонта и Горна (1579), гибели испанской Армады (1588), борьбы Нидерландов за свободу вероисповедания и национальную независимость. Часто на Счетных пфеннигах изображался счет на счетной доске, чтобы таким образом способствовать ее распространению; нередки также символы счастья и торговли. В период с 16 по 19 веков нюрнбергские Счетные пфенниги распространились по всей Европе главным образом потому, что чеканились уже только в меди или латуни и часто были подражаниями известных иностранных монет (Франции и Нидерландов). Их чеканкой занималась главным образом основанная в 1700 фирма Лауэр.

Западноевропейские счетные жетоны. Бронзовые счетные жетоны использовались для счета на специальных счетных таблицах. Подобный способ счета широко применялся в Западной Европе. Для русского счета характерны другие приемы. Счетные жетоны получили повсеместное распространение в Европе с XIII в. и производились они во Франции. В Нюрнберге в XVI в. было положено начало их немецким подражаниям.

Нюренбергские счетные жетоны имели хождение в конце XVI - начале XVII века в Европе и попадали на нашу территорию. Этими жетонами пользовались купцы и торговцы для счета денег или товара. Те жетоны, которые несут на себе изображение лилий и короны, по мнению И. Г.

Спасского, являются бесспорным повторением типов ранних французских жетонов. Подобные жетоны в XVII–XVIII вв. во множестве попадали в Россию, где были излюбленными элементами декора женских украшений народов Поволжья, Урала и Сибири. В Подмосковье такие жетоны встречаются редко. Словарь нумизмата: Пер. с нем. /Х.Фенглер, Г.Гироу, В.Унгер/ 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Радио и связь, 1993

17. Бронзовый колокольчик. Материалы раскопок на городище. Древности курдакско-саргатских татар. Датировка XVII — XVIII вв. Знаменский район Омской области. Материалы раскопок 2010 года. Фото сделано К.Н.

Тихомировым.

18. Два перстня из могильников предков аялынской группы тарских татар (XVII — XVIII вв.). 1,2 — фотография и прорисовка бронзового щитковосерединного перстня из Тарского района Омской области на котором изображён кентавр, поражающий змея. 3 — фотография перстня из белого металла (билон?) из Муромцевского района Омской области с изображением наездника. Материалы 2013 и 1999 года соответственно.

Рисунок выполнен К.Н. Тихомировым.

№ 3 - перстень из белого металла. Найден в женской могиле вместе с бронзовой подвеской с синим камнем; двумя бронзовыми браслетами.

Предположительно он выполнен из билона (низкокачественного сплава серебра и меди, где медь преобладает). Состоит из кольца и припаянного щитка овальной формы 11,95 мм х 12,2 мм. На щитке представлено животное похожее на лошадь, на спине которого фиксируется антропоморфная фигура.

№ 1,2 - перстень из бронзы. Конструкция перстня - щитковый с круглым щитком (20,1 мм х 20,45 мм) на котором выгравировано изображение кентавра с коротким копьём остриём вниз, в правой руке и саблей остриём вверх обушком к телу в левой руке. Судя по изображению кентавр поражает змея. Изображение окантовано рядом насечек, расположенное между двумя окружностями. На дужках перстня, в областях прилегающих к щитку, с двух сторон выгравирован растительный орнамент в виде двух рядов листьев, направленных друг к другу, так, что они образуют «ёлочку». Судя по имеющимся аналогам из европейской части России данный перстень можно датировать XVI - XVIII веком и говорить о том, что он был импортирован.

Считается, что перстни с геральдическими изображениями, мифологическими сюжетами (изображения кентавра, Георгия Победоносца) – русские.

Несмотря на определенные различия (материал, техника выполнения орнамента и т.д.), сюжеты на этих перстнях имеют определенные общие черты. Главными из которых является изображение всадников. Такие изображения не составляют большинство на перстнях Сибири. Более того, бронзовом перстне изображён кентавр, ещё более редко встречающийся на западносибирских перстнях русского производства. Данный сюжет, появившись в Азии, приходит в Россию в XIII веке, а получает широкое распространение в XVII веке. При этом, в русской культуре он трансформируется приобретая иное значение. Необходимо обратить внимание на тот факт, что на русских серебряных копейках, довольно часто встречающихся в материалах из могильников XVII – XVIII веков в Западной Сибири изображался также всадник. И.Г. Спасский отмечает, что на ранних монетах XIV – XV вв. великих княжеств Московского, Тверского, Суздальско-Нижнегородского часто встречались изображения Китовраса (кентавра), Сирина, Самсона со львом, всадников и т.д. Можно предположить, что изображения кентавра и всадника подстегнуло внимание к ним и перенесение их на другие предметы. Возможно, использование изображений с указанным сюжетом было, в том числе, маркером социальной престижности, определенной принадлежности к социальной и культурной элите. Чему может быть подтверждением факт, местных реплик перстней с указанным сюжетом, представленных, например в указанном перстне из белого металла.

В тоже время известно, что изображения всадников, коней, коней на змее широко бытовали в финно-угорской повседневности как Сибири, так и Приуралья, начиная с эпохи раннего средневековья. При этом Л.А. Голубева указывает, что данные подвески существовали только в финно-угорской среде от Прикамья до Приладожья, и связывает с местным культом Великой Матери, которая вступает в поединок с злым божеством подземного мира, воплощённом в образе змея. Эти представления, сформировавшиеся ещё на территории Западной Сибири явно перекликаются с изображениями на перстне. Следовательно, в данном случае такие изображения выступают маркером определенных изобразительных традиций и могут быть в числе прочего отмечать распространение групп населения.

Следует отметить, что данные изображения бытовали в определенном историко-культурном контексте. Указное время это сложный период формирования культуры когда население Среднего Прииртышья находится на перепутье. В это время начинается размывание традиционного мировоззрения под воздействием русской культуры и укрепляющим свои позиции исламе. В определённой мере этому способствовал и импорт русских изделий. В особенности с каким-либо орнаментом. Некоторые сюжеты на предметах украшения были более востребованы местным населением Западной Сибири в связи с тем, что оно было наиболее близко по их мироощущениям. Так, например, сюжеты, связанные Георгием Победоносцем и Кентавром, были популярны в связи с мифом о Мир-СуснеХуме (одном из небожителей таёжных жителей).

Не вызывает сомнения тот факт, что сюжеты, связанные с всадниками и кентаврами были популярны среди населения Западной Сибири. Ещё одним подтверждением этого может стать жетон с изображением Георгия Победоносца, поражающего крылатого дракона (змея), лежащего на спине, хранящийся у жителя одной из деревень Тарского района Омской области, найденный, по его словам, на территории могильника XVI — XVIII вв.

- Поселения Поселения времени XVI — XVII века в основном располагались на бровках залесенных террас и останцов террас в основном на некотором расстоянии от реки. Такое расположение позволяло более комфортно пережить зимние невзгоды (защита от ветра, наличие поблизости топлива для отопления и т.д.).

Жилищами здесь выступали прямоугольные в плане наземные постройки на слегка приподнятой площадке, с углублением в центре и здесь же устроенном очагом. В настоящее время остатки таких жилищ фиксируются на поселениях этого времени как прямоугольные не сомкнутые в плане насыпи с впадиной посередине и ямами по углам постройки. По аналогии с современными данными и зафиксированной в источниках XVIII века сведениям о постройках такие жилища можно представить как прямоугольные в плане жилища в виде усечённых пирамид из бревен, обложенных берестой и пластами дёрна. Внутри жилища вдоль его стен располагались земляные нары, а в центре очаг, над которым было оставлено отверстие для выхода дыма. Однако, в это время встречаются ещё и жилища углублённые в землю (землянки и полуземлянки).

В данный период закрепляется деление поселений на зимние и летние.

Летние поселения в отличие от зимних располагались в местах удобных для ведения сезонного хозяйства (лова рыбы, выпаса скота и т. д.). Обычно это была пойма крупной реки. Источники XVIII — XIX веков свидетельствуют от том, что таких сезонных поселений могло быть несколько. По аналогии с современными народами, ведущими схожий образ жизни и по сведениям из имеющихся источников можно предположить, что основными постройками здесь были лёгкие жилища типа шалашей. Как правило, такие поселения не имели капитальных построек и не оставляли заметных следов на поверхности, вследствие чего обнаружить их чрезвычайно трудно.

Городища этого времени часто не отличались сложной системой укреплений или большой площадью. Однако, среди них были и достаточно серьёзные оплоты. Среди них можно назвать такие городища как Искер (у г. Тобольска), Тоянов городок (напротив г. Томска), Вознесенское городище (Тон-Тура) на р.

Омь и др. Указанные городища являлись торговыми и административными центрами или даже городами. Среди городищ представлены как мысовые, так и террасные городища. Крупные городища практически все располагались на мысах речных террас. Более мелкие могли располагаться на озерных террасах, могли быть и террасного типа, когда укрепления упирались в край террасы, образуя в плане полукруг. Как правило остатки укреплений таких городищ мало оплыли и хорошо фиксируются на местности. Довольно часто распространены случаи, когда территории этих городищ или их часть включаются в площадь современных татарских кладбищ.

19. Остатки жилища на поселении Бергамак XX. Датировка XV- XVII вв.

Поселение Бергамак XX (Муромцевский район Омской области).

Насыпь оставшаяся от постройки состояла из перемешанной серо-желтокоричневой супеси. Она имела форму приближающуюся к прямоугольнику.

Её размеры составляли 1100 х 1350 см, высота над уровнем материка в среднем равнялась 20-30 см. Возможно насыпь имела меньшие размеры, а впоследствии при разрушении сильно оплыла. В центре насыпи фиксировалось понижение. По краям насыпи в её углах, а также у южной и северной стороны фиксировались понижения, которые при исследовании оказались материковыми ямами. Разрез насыпи показал, что она была выполнена единовременно и не имела различных строительных горизонтов.

В отношении ям, расположенных по краям насыпи можно предположить, что они оставались открытыми некоторое время существования жилища. Об этом свидетельствует тот факт, что в некоторых случаях насыпь заплыла в указанные ямы, а так же факт сосредоточения большого количества костей и крупных частей нижней челюсти домашних животных, а также фрагментов керамики в этих ямах. В центре насыпи при исследовании пятна № 5 образовался прямоугольный котлован, скорее всего, являвшийся одной камерой постройки. Здесь фиксировались остатки деревянных конструкций, а также спекшаяся глина, скорее всего являвшаяся следами от очага.

Найденные предметы (оселок, керамическое лощило, камень) были внутри жилой камеры. Вся керамика, была обнаружена на 2 и 3 условном горизонте.

Часть из неё образовывала 10 скоплений, которые были обнаружены на насыпи. Большое количество керамики, находившейся не в скоплениях было обнаружено в ямах, там же концентрировались кости. Это может свидетельствовать о том, что разбитые сосуды выбрасывались за восточную стенку постройки, а кости и мелкая битая керамика выбрасывалась в ямы, располагавшиеся за насыпью. Более того, это свидетельствует о том, что жилая камера прибиралась и люди отсюда ушли целенаправленно взяв с собой все ценное.

Материалы исследования памятника представили сложную картину быта людей, проживающих на этом памятнике. Полученная коллекция керамики не является однородной, что является отражением сложных культурно-исторических процессов, происходивших в этом регионе. Здесь представлены несколько традиций.

Традиции домостроительства, представленные на памятнике (устройство слабоуглубленного в материк котлована с последующей подсыпкой и устройством по периметру ям в материке у углов насыпи) более универсальны и могут выступать этнокультурным и хронологическим маркером лишь в совокупности с другими материалами.

- Погребения Погребальный обряд сибирских татар имеет давние корни. Археологическое исследование на территориях современного расселения сибирских татар фиксирует широкое распространение в X — XIII веках погребений, выполненных в довольно крупных курганах по обряду трупоположения, вытянуто на спине. Под насыпью курганов, могилы могли быть углубленными в материк, а могли быть выполнены на его поверхности.

Погребения сопровождались инвентарём, который часто ритуально «умершвляли» (ломали). При устройстве могил широко использовались берестяные полотнища, жерди, доски, плахи. Отмечается широкое применение в погребальном обряде огня, которым обжигали могилу или насыпь кургана.

В последующий период происходит постепенная эволюция погребального предков сибирских татар. К XVI — XVII вв. складывается следующий погребальный обряд. Погребения происходят под небольшими овальными в плане насыпями длинной около двух метров, оконтуренными ровиком с разрывом с одной или двух сторон. Высота насыпи составляла 20 — 40 см.

Под насыпями находились деревянные срубы. Саму могилу перекрывали жердями или плахами, на которые укладывали полотнища бересты. Стенки могилы были отвесными, дно плоское. В могиле совершалось погребение по обряду трупоположение вытянуто на спине. В могилу часто помещали погребальный инвентарь. Мужчинам оружие и орудия. Женщинам орудия и украшения. В ровике часто находились остатки керамики (крупных частей сосудов), возможно следы тризны. Часто площадку, могилу и ровик обжигали небольшим количеством дров.

Во время исследования могильных комплексов на грунтовых могильников XVI - XVIII, в насыпях были зафиксированы фрагменты деревянных сооружений, составлявшие надмогильные конструкции.

Наиболее хорошо сохранившаяся из них фиксировалась под насыпью погребального комплекса 89 на могильнике Бергамак II. Она представляла собой прямоугольную, в плане приближающуюся к квадрату конструкцию, состоящую из нескольких рядов. Ряды составляли положенные по парно, параллельно друг другу бревна, перекрывающихся перпендикулярно расположенной парой параллельно лежащих бревен. Указанные пары составляли семь рядов, образовывая в разрезе форму усеченной призмы.

Подобные, но более бедные, сооружения в виде немногочисленных остатков фиксировались и под другими насыпями. Все эти остатки носили следы огня.

Такие сооружения, имеют аналогии в современном погребальном обряде сибирских татар (киртма). Однако, в настоящее время, такие сооружения не обжигаются.

Интересным представляется тот факт, что при раскопках остатки надмогильных сооружений фиксировались на одном уровне с пятном от могилы и всегда внутри насыпи. Часто они были расчищены на могильном пятне.

Часть комплексов содержала сооружения на уровне материка на пятне могильной ямы. В ряде случаев такое перекрытие просело вместе с грунтом насыпи в материк. Это возможно свидетельствует о перекрытиях могильной ямы на уровне дневной поверхности. Чаще всего, в отмеченных случаях устройства таких сооружений, они предоставляли собой три плахи, лежавшие не вплотную (в момент раскопок) на могильном пятне параллельно длинным краям пятна и друг другу по всей длине. Незначительное проседание или его полное отсутствие достоверно свидетельствует о том, что данная конструкция устраивалась на уже засыпанной могиле. Обращает на себя внимание и тот факт, что аналогичные случаи имеются в могилах на памятниках Западной Сибири: Окунево VII, Черталинском могильнике, УстьТара 70, где также на пятне, образованном заполнением могильной ямы уровне зафиксированы остатки обгоревших деревянных конструкций.

Встречались конструкции и внутри могильной ямы. Они представляли собой деревянные конструкции в некоторых случаях в сочетании с остатками берестяных кусков. Использовалась береста и при помещении умершего в могилу. Зафиксированы случаи, когда, погребенного укладывали на берестяную подстилку.

Таким образом, использование деревянных конструкций при устройстве могильного комплекса сосредотачивалось на трех уровнях.

Уровень 1. Использование бересты отмечено при устройстве тела в могильной яме в качестве подстилки из бересты.

В некоторых случаях мы можем предполагать использование бересты для обертывания ею умершего.

Уровень 2. В некоторых случаях на могильнике зафиксированы в ямах остатки деревянных конструкций, находившихся над погребением.

Эта жердь одним своим концом лежала на материковом плечике, устроенном в торцевой стенке могильной ямы, при этом часть ее обломалась и находилась в вертикальном положении вдоль указанной стенке. Другая ее часть располагалась на ребрах и с левой стороны от черепа. Такое современное состояние этой детали конструкции позволяет предположить, что первоначально она лежала на материковом плечике одним краем, второй же ее край упирался в дно могильной ямы за головой погребенного или впоследствии упал туда. Это произошло из-за того, что могила некоторое время была не заполнена грунтом. Обращает на себя внимание тот факт, что в этой же могильной яме выше этого сооружения фиксировались пять фрагментов деревянной конструкции в виде трех досок, лежавших параллельно длинным стенкам могильной ямы, которые довольно сильно просели.

Сооружения, перекрывающие могильную яму, довольно часто встречаются на могильниках предков сибирских татар. Они представляли собой деревянное сооружение в виде фиксировавшихся на материке на могильном пятне лежащих параллельно длинным сторонам пятна и друг другу деревянных плах. Как правило, следов значительного проседания этого сооружения не фиксировалось. Это свидетельствует о том, что или его укладывали на уже устоявшийся грунт, либо грунт мог свободно проникать под перекрытие. Следовательно, можно предположить, что данные перекрытия не выполняли роли глухой покрышки для полой внутримогильной камеры, предотвращавшей проникновение грунта внутрь.

Современное их расположение свидетельствовало о том, что к моменту обрушения они опустились не на костяк, а на грунт над костяком.

Следовательно, или во время захоронения грунт сыпали на покойного или он просыпался в щели не плотно лежащего перекрытия.

В материалах раскопок на могильнике Бергамак II в 1999 году были зафиксированы случаи использования бересты при устройстве погребальных сооружений. Она применялась в устройстве перекрытия, часто как дополнение к плашкам.

Уровень 3. Следующим заключительным уровнем устройства деревянных сооружений было устройство над могильного сооружения из бревен, обращает на себя внимание тот факт, что остатки деревянных надмогильных конструкций в виде усеченной призмы, имеющих параллели в современном погребальном обряде тюркоязычного населения Среднего Прииртышья, расположены на могильном пятне или немного выше его, и всегда внутри холма.

Предположение о том, что это нижние, наиболее хорошо сохранившиеся в земле венцы, опровергается следующим фактом. Под насыпями двух могил зафиксированы прекрасно сохранившиеся полные или значительные части обгорелых деревянных надмогильных конструкций. В настоящее время современные сооружения «киртмы» расположены всегда над могильным холмом. Хотя отдельные элементы конструкции могли находиться и под насыпью.

Интересные наблюдения в этом отношении были сделаны на мазарате в районе брошенной д. Новомурлинская. Указанный мазарат находится в 7,3 км к юго-востоку от устья р. Тара на краю сильно сглаженной террасы правого берега р. Тара. Здесь растет сухой сосновый лес без подлеска. В недалеком прошлом территория бывшего мазарата попала в зону пожара, в результате чего, его внешний вид изменился. До пожара на нем фиксировались разной степени сохранности деревянные сооружения (киртмы), устроенные над могильными холмиками и несколько железных оградок, на южной окраине могильника. В настоящее время от надмогильных сооружений кое-где остались лишь нижние венцы, лежавшие на земле или даже в насыпи на небольшой глубине. Вследствие их уничтожения обнажились холмики и провалы в насыпях могил. На сегодняшний день они представляют из себя низкие оплывшие холмики, высотой 5- 10 см, ориентированные по условной линии северо-запад - юго-восток. Часть насыпей имеют провалы с северной стороны. Некоторые холмы обвалились настолько, что стали видны внутримогильные конструкции и стенки ямы. Что говорит о том, что внутри могильной камеры находилось много пустого незаполненного грунтом места.

В настоящее время сохранившаяся часть деревянных сооружений (нижние венцы) находятся под насыпью, часть из них провалилась в ямы на насыпи, часть же откатилась в сторону. Эти наблюдения позволяют сделать вывод о том, что разрушение надмогильного сооружения, стоящего над насыпью, при пожаре несколько другое. При сгорании сооружения над грунтом происходит его практически полное уничтожение, сопровождающееся значительным перемещением его частей.

В целом подводя итог анализу деревянных конструкций можно говорить о том, они довольно часто использовались при устройстве погребальных комплексов. Анализируя их современное расположение и состояние можно сделать несколько наблюдений.

1. В погребальном обряде довольно широко используется береста, что подтверждается и материалами исследования прошлых лет. Несмотря на то, что её использование имеет давние традиции в Западной Сибири, тем не менее, если рассматривать синхронные памятники, то мы увидим, что существует мнение о том, что эта одна из характерных черт для ряда могильников XVI — XVIII вв. (Окунево VII, Черталинский могильникАбрамово 10, Малый Чуланкуль — 1, могильники Юганского Приобья, на р. Томь, Нарымского Приобья и Причулымья и др.). Использование бересты в погребальном обряде по мнению ряда исследователей — характерная черта традиционного селькупского и угорского населения эпохи позднего средневековья.

2. В погребальном обряде данной группы населения устойчивая традиция устройства перекрытия могильного пятна деревянными плахами, вдоль длинной оси. Следует особо отметить, что в данной конструкции отсутствуют поперечные детали. Что может свидетельствовать о том, что детали данной конструкции не крепились в единое целое. Применение такого рода сооружений над могильной ямой также имеет довольно широкое распространение и обычно связывается с угорскими традициями.

3. При погребении использовался огонь. Об этом свидетельствуют покрытые сажей площадки на ряде могильников, а так же обгорелые части деревянных надмогильных конструкций, угольки в насыпи и заполнении могильной ямы. Обжигание стенок могильной ямы зафиксировано в могиле на памятнике Усть-Тара 70, также расположенном на р. Тара. Обжигание площадки перед погребением одна из характерных черт тюркского погребального обряда, по мнению ряда исследователей, проявившаяся в погребальных традициях коренного населения. Обжигание же погребальных сооружений возможно имеет генезис в традициях населения Западной Сибири в XVI-XVIII вв.

Таким образом, деревянные сооружения на могильниках, отражают сложный характер формирования погребального обряда сибирских татар в эпоху позднего средневековья, включавшие в себя различные традиции.

Дальнейшие исследования в этом направлении на данном и подобных могильниках позволят уточнить некоторые вопросы этнокультурной истории Западной Сибири.

Вызывает особый интерес керамические коллекции полученные при исследовании могильников этого времени. Их составляли обломки развалов сосудов. При реконструкции они образовали крупные части сосудов.

Большинство из них являлись частями стенки с венчиком и частью дна, стенками с частью дна или венчиками с частью стенки.

Основная часть керамики получена из насыпей могил и ровиков. Большую долю их составляют фрагменты гончарной керамики. Лишь два из них не собираются в стеночку сосуда или венчик. Кроме гончарной керамики были найдены фрагменты раннесредневековой фигурноштампованной керамики.

Анализируя закономерности нахождения керамического материала можно заметить, что вся керамика, получена из межмогильного пространства, насыпей могил и их ровиков. Но нет ни одного случая нахождения керамики в заполнении могилы или на дне. Не встречается она и на площади могильника (кроме одного случая).

Суммируя данные о нахождении керамики, можно заметить, что оно имеет некоторые особенности.

1. Керамика находится на площади могильника;

2. Керамика располагается на насыпи могильного холма (или неглубоко в ней) или в ровике. В случае расположения в ровике керамика, как правило, образует развал части сосуда рядом с перемычкой, традиционно расположенной на северо-западе от условного центра могильного комплекса.

3. В заполнении могил фрагменты керамики практически не встречаются.

4. Найденные фрагменты керамики собираются в части сосудов (стенки с венчиком, в одном случае – стенки с частью дна, стенки с венчиком и дном). При этом склеиваются все фрагменты из развалов.

5. В подавляющем большинстве представленная керамика – части гончарной посуды. Реже встречаются части других периодов. Единичны случаи нахождения мелких фрагментов керамики позднебронзового времени.

6. Полностью отсутствует керамика характерная для памятников южнотаежного населения позднего средневековья.

Таким образом, на могильниках, оставленных позднесредневековым населением мы видим ряд сходных черт, в размещении керамики. Следует указать, что в самом погребальном обряде на этих двух памятниках наблюдаются некоторые расхождения. Так, на могильнике Бергамак II погребения совершались в довольно глубоких ямах 0,5 м – 0,8 м, над которыми возводились насыпи, окруженные ровиками с перемычкой на северо-западе.

Окунево VII содержит позднесредневековые погребения у которых зафиксированы ровики лишь в редких случаях. Среди могил на комплексе памятников у д. Окунево попадались могилы глубиной аналогичной вышеуказанным, но превалировали небольшой глубины 0,10 – 0,35 м, а некоторые захоронения были совершены на уровне материка или даже выше.Сходство в пространственном размещении керамики, возможно, свидетельствует об общих чертах погребения усопших.

Керамика в насыпях и на площади могильника свидетельствует о совершении поминальных действий, к этому же выводу при анализе материалов могильника Бергамак II приходит и М.А. Корусенко.

Расположение керамики на могильнике позволяет произвести наблюдения над отдельными частями погребального обряда.

Обращает на себя внимание тот факт, что керамика сгруппирована по развалам, которые, как правило, полностью собираются в целые части сосудов. Частями посуды являлись стеночка с венчиком или фрагмент тулова с придонной частью. Это может свидетельствовать о том, что на могиле оставляли лишь часть сосуда (или ее приносили с собой). В пользу предположения о том, что на могилы могли приносить уже заранее заготовленные части сосудов, может свидетельствовать факт отсутствия мелких частей от разных частей посуды. В том случае, если бы сосуды разбивали на могильнике неизбежно бы откалывались части. Маловероятно чтобы их уносили за пределы могильника. При этом, судя по составу керамики, ее специально отбирали. Об этом свидетельствует то, что среди обнаруженных фрагментов превалирует гончарная керамика с небольшой долей потчевашской керамики. Такое же сочетание крупных фрагментов сосудов наблюдается и на могильнике Окунево VII. Интересно что, на поселении эпохи позднего средневековья Бергамак III, которое часто связывают с могильником Бергамак II встречается как гончарная посуда, так и керамика которую часто приписывают позднесредневековому тюркоязычному населению низовьев р. Тара. Это показывает что, местную керамику не использовали в погребальной обрядности.

Вызывает интерес и тот факт, что на площади памятника не зафиксировано поселенческого культурного слоя. Ближайшим памятником содержавший потчевашскую керамику было поселение Бергамак III, расположенный в 0,7 км восточнее. Следовательно, ее специально приносили на могилы. Аналогичная ситуация зафиксирована на ряде могильников эпохи позднего средневековья на территории Новосибирской области. Там в насыпях курганов также фиксировали керамику более ранних периодов, чем погребения.

Стоит обратить внимание на тот факт, что особое значение придавалось венчику и придонной части. В четырех случаях в раскопках 1999 года отмечены придонные части без венчика.

Таким образом, среди погребений эпохи позднего средневековья на могильнике прослеживаются особенности погребения в ряде случаев. В частности это выражается в размещении керамики на могильнике и в самом погребальном комплексе. Несмотря на небольшое количество фактов мы можем говорить о том, что прослеживается некоторая закономерность.

Крупные части сосудов располагались исключительно в насыпи или ровике могилы. Это позволяет сделать предположение, что при совершении обрядовых действий с могилой на ее насыпи, в ровике или рядом с ними оставляли часть сосуда. Для этого не использовали керамику своего производства, отдавая предпочтения частям стенки сосуда с венчиком и придонной частью. Схожее расположение керамики зафиксировано на части могильников данного региона в этот период. Это может свидетельствовать, что данный фрагмент варианта погребальных действий имел некое распространение среди позднесредневекового населения районов нижнего и среднего течения р. Тара.

Особенности расположения и устройства могильников В настоящее время на р. Тара известны несколько могильных комплексов XVI — XIX вв. (Усть-Тара LXX, Чеплярово XXVII, Окунево VII, Бегамак II, Черталы I, Льнозавод IV, Кыштовка II и др.), расположенные в Омской и Новосибирской областях. Этническую принадлежность населения, хоронившего на них своих усопших исследователи определяют по-разному.

Могильники, находящиеся на территории Новосибирской области традиционно связывают с южными уграми или южными уграми, подвергшихся культурному влиянию тюркоязычного населения.

Погребальные комплексы в Омской области чаще всего связывают с тюркоязычным населением.

Не вдаваясь в тонкости этих интерпретаций рассмотрим некоторые черты материального отражения погребального обряда, зафиксированного в археологических материалах.

Расположение могильников. Могильники Усть-Тара LXX, Чеплярово 27, Окунево VII, Бергамак II, Черталы I были расположены на краю первых надпойменных террас правого берега р. Тара (исключением является лишь Окунево VII расположенный на левобережной террасе) на хорошо дренируемых супесчаных почвах, в сухом сосновом бору. Правобережное расположение является характерным как для могильников, так и поселенческих комплексов населения XVII-XVIII вв. как на р. Тара, так и на р. Иртыш в Большереченском, Тарском, Знаменском, Тевризском и УстьИшимском районах Омской области. Отметим здесь, что могильник Кыштовка II, находящийся в соседней Новосибирской области на краю правобережной второй надпойменной террасы расположен в молодом березовом лесу. В некоторых случаях они располагались недалеко от второстепенных водных объектов (Усть-Тара XXL — р. Зимовная; Чеплярово XXVII — р. Искелга; Окунево VII – старица р. Тара; Бергамак II — р.

Бергамак). Такое расположение могильников можно признать характерным.

Главными чертами станет правобережная локализация и расположение на краю террас. Второстепенной — расположение в сухих сосновых борах.

Планировка могильников. Планировка могильников хаотичная. Однако, практически отсутствуют случаи перекрытия могильных насыпей друг другом. Это может свидетельствовать о том, что при сооружении могил ориентировались на какие-то знаки (возможно просто на насыпи). На некоторых из них фиксируется система устройства могильного поля. Так, на могильнике Бергамак II могильник с одной стороны ограничивают крупные (по сравнению с остальными) курганные насыпи, с другой крупные прямоугольные насыпи непонятного назначения. Курганы располагаются на краю могильника на стрелке террасы. Аналогичная ситуация отмечается и на других могильниках коренного населения проживашего на берегах р. Тара в это же время — Окунево VII и Кыштовка II. Указанные могильники являются курганно-грунтовыми, на которых располагаются насыпи размерами 2-5 м, высотой 10-40 см овальной или подпрямоугольной в плане формы. Под насыпями, как правило, одиночные погребения. Доминирует, ориентирование вдоль условной линии СЗ-ЮВ, довольно часто вокруг них фиксируется небольшой ровик, шириной 10-20 см, глубиной 5-20 см, который может содержать перемычку, или две. Чаще перемычки на могильнике Бергамак II располагались с ЮВ стороны. В ряде случаев фиксируется обжигание площадки внутри ровиков перед копанием могильной ямы. Вариантом этого может выступать обжигание вырытой ямы, площадки и ровиков, зафиксированное на могиле 1 памятника Усть-Тара LXX.

Устройство могил. Оно свидетельствует о сложном обряде погребения.

Как правило могила представляла собой сложную многоярусную конструкцию, на каждом ярусе которой присутствовала деревянная конструкция. Важной составляющей была насыпь, возводившаяся над погребением. Очень часто в насыпях содержатся остатки деревянных конструкций, зачастую в виде трапеции в поперечном сечении. Встречаются в насыпях и ровиках развалы крупных частей керамических сосудов.

Обращает на себя внимание большое количество станковой керамики «русского» типа. Аналогичная ситуация прослеживается и на соседних территориях. Так, в Кыштовском могильнике В.И. Молодин обнаружил всего четыре сосуда, два из которых «типичные образцы русской гончарной посуды». Под насыпью на уровне материка или чуть ниже (просевшее) также может находится деревянное сооружение.

Часто это положенные параллельно длинным стенкам могилы и друг другу деревянные плахи, которые могут сочетаться с берестяными полотнищами. Под насыпью фиксируется довольно глубокая могильная яма глубиной 50-80 см. Вариантом этого является, устройство могильной ямы на могильнике Окунево VII, где ямы были очень не глубокие. Ямы овальной формы, с крутыми стенками и плоским горизонтальным дном, в редких случаях в ямы встречались какие-то «материковые» полочки, используемые для устройства погребальных конструкций.

Содержание могильных ям. В могилах — трупоположение вытянуто на спине головой на СЗ. Погребенный мог быть положен на берестяное полотнище или даже в берестяной чехол. Лишь в нескольких случаях были зафиксированы погребения в колодах. Часть могил содержала погребальный инвентарь: ножи, топоры, наконечник стрел, украшения, берестяную посуду остатки обуви (подпятники и запятники). Встречающийся в могилах инвентарь имеет широкие аналогии в материалах этого времени в Западной Сибири. В.И. Молодин опираясь на могильник Кыштовка II пишет, что в большей массе инвентарь в могилах является общераспространенным или русским и лишь некоторые вещи могут быть отражением этнических черт (металлические зеркала, перстни, оловянные решеточки и нашивные бляшки). Однако на синхронных могильниках в низовьях р. Тара в Омской области эти вещи отсутствуют (за исключением перстней). Одной из особенностью является то, что не известно ни одного случая, чтобы в заполнении могильной ямы или среди сопровождающего инвентаря были зафиксированы остатки или целые керамические сосуды. Исключением является могильник Окунево VII, где встречаются мелкие находки из культурного слоя расположенного здесь другого памятника (поселения).

Возможно — это особенности погребального обряда, характерного для данного могильника. Так, на могильнике Усть-Тара LXX, несмотря на то, что он был устроен на поселении эпохи ранней бронзы, заполнение могильной ямы было стерильное. Для заполнения ямы в некоторых случаях использовался внешний грунт.

Подводя итоги можно сформировать некоторые особенности.

Могильники располагаются на бровках террас правого берега р. Тара. Они состоят из невысоких небольших овальных насыпей, окруженных ровиком с перемычкой. Под насыпями располагаются, как правило, одна могила. На краю могильников в некоторых случаях фиксируются крупные насыпи, которые по своим параметрам близки к небольшим курганам (Бергамак II52, Окунево VII53. Одной из особенностей является обжигание площадки внутри ровика перед рытьем могилы (Бергамак II) или даже обжигания площадки с уже вырытой могилой (Усть-Тара LXX). Лишь в насыпи или в ровиках обнаружена керамика, в основном станковая неорнаментированная русского типа. Насыпи содержат остатки сложных деревянных конструкций.

Заполнение могильной ямы стерильное. В некоторых случаях зафиксировано заполнение могильной ямы грунтом принесенном из-за пределов могильников. Внутри могилы прослеживалась сложная конструкция из бересты и плах, в том числе используемых и для устройства погребенного.

Довольно часто погребенного укладывали на берестяное полотнище или устраивали над ним настил из бересты и плах. В могилах находился и погребальный инвентарь, характерный для материальной культуры коренного населения Западной Сибири XVII-XVIII вв. Следует отметить, что инвентарь в могиле и керамика на могильнике имеют широкое распространение на территории Западной Сибири и могут служить маркером, только в комплексе, в качестве дополнительного доказательства.

Таким образом, материалы могильников, расположенных в низовьях р.

Тара и по мнению авторов раскопок, оставленные населением XVII-XVIII вв., имеют повторяющийся набор особенностей погребального обряда. Эти особенности, выраженные в устойчивых к разрушению материалах, присущи каждому из могильников этого времени, расположенных на берегах р. Тара.

Они имеют четкую хронологическую (XVII-XVIII вв.) и территориальную границу (правобережье указанной реки). Указанные особенности четко отличают культуру местного населения от пришлой культуры («русской»).

Следовательно, они могут выступать археологическим маркером нерусского населения низовьев р. Тара в указанное время.

На последующим этапе происходят значительные трансформации погребального обряда, возможно связанные со сменой идеологии и распространением среди сибирских татар ислама. Срубы стали устраивать над холмиком могилы. Довольно распространенным является обычай красить срубы краской. Чаще всего для этого выбирают зеленый или синий цвет. Судя по собранным учёными — этнографами сведениям могильная яма сооружалась с нишей в одной из стенок могильной ямы — подбой в который помещали тело. Данную нишу с телом перекрывали досками. После чего яму засыпали грунтом. В настоящее время традиционные надмогильные сооружения в некоторых случаях заменяют другими, например, стелами.

20. Погребение женщины в грунтовом могильнике XVI–XVIII вв.

§2. Советская повседневность :

история XX в. в рассказах татар Западной Сибири В семейных преданиях татар Западной Сибири сохранилось не мало воспоминаний о переломных событиях XX в., о работе и быте колхозников в непростые годы.

1. Сестра с братом-красноармейцем.

Фотография сделала М. Н. Тихомирова. Хранится в лично фотоархиве автора.

Тюменский район Тюменской области. Тюменско-туринские татары.

В рассказах татар истории раскулаченных семей были во многом похожи.

Приведем пример воспоминаний С.А. Рахматуллиной, 1926 г.р. из д. Индери Вагайского р-на Тюменской обл.: «Папу выгнали из дома. У них скотины было много, сеяли сами. Иногда рыбачили, нищим могли раздать. Папу, старшего брата папы, еще одного брата – всех расстреляли в Тобольске».

Многие из опрошенных нами информаторов были детьми и подростками, когда наступил 1941 г., но он запомнился жителям Тюменской (деревни Индери, Ниж. Аремзяны, пос. Надцы, с. Новоатьялово) и Омской областей (прииртышские населенные пункты: деревни Байбы, Тайчи) не только началом войны, но еще сильным наводнением. С.А. Рахматуллина, 1926 г.р.

вспоминает, что в д. Индери ездили на лодках. «Ни сена, ни еды. Корова пропала».

«В 1941 г. – наводнение. Говорили – это признак беды», – вспоминает житель д. Новоатьялово Ялуторовского р-на А.З. Даминов, 1928 г.р., Население уходило отсюда. Я школу закончил. 4 класса весной. Конец апреля, май. Как океан нам казался. Долго вода держалась. Телефона не было. О войне узнали, когда из Асланы (населенный пункт, расположенный приблизительно в 40 км от г. Ялуторовска – Авт.) кто-то прискакал и сообщил. К вечеру уже народ начали собирать».

Начало и конец войны в детской памяти отложились смутными воспоминаниями. Г.Х. Кутайгулова, 1936 г.р. (род. в д. Тобол-Туры): «Я помню начало войны. Мы провожали людей в сторону Байкалово.

Отправляли. […].

1945 год. «Ой, енга, война кончилась!». 9 мая, наверное, было. Плакала двоюродная сестра приходила, плакала».

1. Памятник погибшим в Великой Отечественной войне.

Списки павших из д. Ишеево. Расположены во дворе бывшей школы.

Фотография сделана К. Н. Тихомировым. Личный фотоархив автора.

Тарский район Омской области, 2015 г. Тарские татары.

3. с. Аслана Ялуторовского района. Памятник погибшим в Великой отечественной войне. Расположен на школьном приусадебном участке.

Фотография взята из открытых Интернет-источников. Фотография Толи Ярова, 2013 г.

Основное содержание рассказов о военных годах у татар Западной Сибири практически такое же, как и в других населенных пунктах Европейской части, Алтайского края. В основном, это истории голода, тяжелого труда женщин и детей.

Женщины и подростки заменили мужчин в сельском хозяйстве. Сарвар Рахимова вспоминала: «Мне было 20 лет, когда началась война. Не кому было работать на полях, и я стала трактористом. Что это такое, поймет то, кто работал в военные годы. И бензина было мало, и сил не хватало, чтобы завести трактор. [...] Заведешь, бывало, трактор, да без остановки две смены пашешь, но ведь не хныкали, не жаловались».

Подростки работали в колхозе, совсем маленькие дети следили дома за хозяйством. Ш.С. Сияутдинов, 1930 г.р. делясь воспоминаниями, рассказывал: «4 класс закончил, и началась война. Во время войны работал в колхозе. Сено гребли, метали стога. Я помогал матери следить за овечками.

Разнорабочие мы были. Дрова возили. Отец у меня вернулся в 1944 году, и я пошел учиться в 5 класс». Однако, семья Ш.С. Сияутдинова всегда была благополучной и полной. Отец – председатель колхоза, вернулся с войны, поэтому у него была возможность продолжать обучение дальше. Дети из неполных или многодетных семьей, нередко, свое обучение заканчивали, и в послевоенное время оставались работать в колхозе.

4. Памятник, погибшим жителям д. Сеитово в Великой отечественной войне.

Фотография сделана К.Н. Тихомировым. Личный фотоархив автора. Тарский район Омской области, 2014 г. Тарские татары.

Пожалуй, одними из самых ярких эмоциональных воспоминаний о войне являются рассказы о голоде, вероятно, потому что, как мы писали, многие из опрошенных были еще детьми и подростками.

О. Ф. Азизова, 1931 г.р. делится воспоминаниями о быте в военное время:

«Зерна выдавали на трудодни. У нас были жернова. Делали муку и крупу.

Иногда колхоз муку делил по ложечкам. Этой муки хватало на болтушку – «шир цой». Мука, картошка, если есть, вода. Если есть масло, молоко.

Вкуснее будет. Лук клали. Сразу после войны ее перестали делать».

Х. А. Амитбаева, 1931 г.р.: на «1 день за трудодни – 200 гр. [муки].

Утром рано [нарвешь] крапиву, лопух, лебеду. Делаешь болтушку – «шир цой» и ели. Если корова есть - сдавай молоко, иначе забирают. […] Во время войны нанимались перекапывать огороды (рассказчица имела ввиду, что работали в русских деревнях – Авт.) за мерзлую картошку. Делали лепешки с травой и ели».

5. Трудовая книжка колхозника СССР.

6-7. Записи из трудовой книжки жительницы Асланы Фавзии Бакиевой.

Работа за трудодни. На верхней фотографии Фавзия Бакиева,1940 г. р.

Все социальные группы деревни охотно делятся воспоминаниями о сложных послевоенных годах. Однако, отметим, что в их памяти не разделяются голод, который пережили во время войны и послевоенный продовольственный дефицит, вызванный засухой 1946 и 1948 гг. В памяти народа – это осталось единым и не разделимым трагическим событием.

Продовольственный дефицит испытывали студенты, жители городов и деревень и в послевоенное десятилетие. Сложнее приходилось студентам из малообеспеченных семей. Приведем отрывок из воспоминаний М.С.

Тачетдиновой, 1937 г.р., скорее всего ее воспоминание отражает жизнь большей части советских граждан, проживающих вне столичных городов.

Причем обратим внимание, что если в первом примере речь шла о послевоенных годах (1947 г.

и позже), то ее воспоминания относятся к середине 1950-х гг., то есть продовольственный дефицит, бедность еще сохранялись в деревнях и провинции:

В педучилище сложно было учиться. Были бедными. Тройку получишь, и стипендию не получали. [...] Экономная очень была. […] Из дома мне не помогали. Не могли. Голодали. В день [я тратила] 1 руб. (1 кусок комкового сахара и хлеба). Стипендию получишь, и один раз сходишь в столовую – это праздник. […] Я редко ходила в театр. Я бедная была.

У нас была богачка у нее родители, братья помогали. У нее было шерстяное платье. Сейчас помню. Вот урок идешь давать часы у нее берешь. Это было большая мечта. Часы заиметь и платье. Платье с белым воротничком. Вот у нее брали. Она не скупая была. Давала.

Однажды у меня форма порвалась. Я шила, шила… А у нас в училище только в форме пускали… Она говорит: «Карима! Наверное, у тебя платье уже сносилось?». Я говорю: «Да». Она говорит: «На, поноси мое платье».

Потом, я написала, позвонила маме. А у меня у мамы были ноги больные…Она своими ногами пришла из Юрт Турбинских» (расстояние до Тобольска – более 60 км – Авт.).

В ходе общения с информаторами из «военного» поколения нам хотелось бы отметить их целеустремленность, очень сильное стремление к знаниям, овладению профессии. Лучше всего об этом сказала Х.Н.

Зайнуллина, 1938 г.р.

«Вот что меня удивляет. Сегодняшние. Они не осилили бы трудности.

Вот на 2 курсе мне не смогли прислать валенки. Ходили в галошах. Не было понятия бросить и уехать домой. […] Была тяга к учению, образованию».

Практически каждый интервьюируемый нами учитель отметил, что в городе он столкнулся с проблемой языкового барьера, так как в средней школе обучение велось на татарском языке и в деревне они общались только на родном языке, а в педучилище и в городе - на русском. В процессе обучения им пришлось осваивать русский язык.

Вообще, нужно отметить, что среди татар Западной Сибири статус учителя всегда был очень высок, что связано с давними традициями учености в исламском мире, а быть образованным, в послевоенной деревне, когда остальные жители безграмотны, считалось престижным вдвойне. На примере анализа биографий учителей, мы показали, что только не многие семьи могли дать специальное образование своим детям. Среди татар учителя всегда уважительно называют «абы», учительницу – «апа». Так обращаются либо к ближайшим родственникам - «дяде» и «тетке», либо к уважаемым людям.

В целом, несмотря на сложности послевоенной жизни, интеллигенция положительно оценивает свою молодость. И это не случайно, ведь благодаря обучению были заложены основы их социального роста, и они состоялись как личности. Далее их жизнь складывалась довольно благополучно вплоть до распада Советского Союза.

8. Уборка сена.

На фотографии изображены жители Второвагая Вагайского р-на Тюменской обл. на уборке сена. Слева направо: Ахметова Зулейха, Курмандаева Венера, Айнуллина Галиябану, Назырова Галия, Тушакова Зайнаб, Ахатова Равия. Нижний ряд: Набиев Шакирчан, (?) Ниатбакиев (даритель не помнит имени – Авт.), Касиясов Ахметшариф.

Часть из изображенных людей (Г. Айнуллина, Г. Назырова) были учителями в школе. Фотография сделана в 1959 г.

Фотография хранилась в семейном архиве дарительницы Г.Х.

Кутайгуловой, 1936 г.р. и была подарена М.Н. Тихомировой летом 2011 г.

Впервые фотография опубликована: [ГайлитО. А., Тихомиров К. Н., Тихомирова М. Н. Меняющяяся повседневность. Трансформации культуры населения Западной Сибири. – Омск, 2013. – С. 104 ].

9. Школьники.

На фотографии изображена группа школьников на школьном приусадебном участке в пос. Надцы Тобольского р-на Тюменской обл.

Вторая справа даритель фотографии. На заднем плане видна часть сопки, где располагается кладбище населенного пункта. Фотография сделана в 1963 г.

Фотография хранилась в семейном архиве дарительницы Г.К.

Катралеевой, 1941 г.р. и была подарена М.Н. Тихомировой летом 2010 г.

Впервые фотография опубликована: [ГайлитО. А., Тихомиров К. Н., Тихомирова М. Н. Меняющяяся повседневность. Трансформации культуры населения Западной Сибири. – Омск, 2013. – С. 120].

Трудовое воспитание советских школьников – было частью социалистического.

Несмотря на то, что закончилась война, школьники, причем с младших классов, очень активно были вовлечены в трудовой процесс колхозов и совхозов: «Вязали веники, смотрели за утятами, золу собирали. Из дому приносили золу и ссыпали в кадку.

Однажды из-за этой кадки чуть школу не спалили. Ссыпали в кадку золу с углями.

Загорелся забор. Еще мы пололи колхозные огороды» (Х.Х Ташбулатов, 1948 г.р.).

Причем в сельский трудовой процесс, были вовлечены даже студенты. «Мы приносили справку в педучилище за 2 месяца столько-то трудодней.

Сейчас приедешь, а на следующий день бригадир: «Давайте на работу». На сенокос, на веялке» (Г.Х. Кутайгулова, 1936 г.р.).

Рядовые жители деревень более склонны к пессимистичным рассказам о трудном детстве, о тяжелом труде в послевоенное десятилетие. Видимо через рассказ, через наше внимание в ходе беседы к их судьбам они получали компенсацию за недооценку своей роли со стороны властей, общества, членов своей семьи. Хотелось бы привести в рассказ Б.Я. Маликовой, 1938 г.р.: «Но голод, холод мы знали. По три дня не ели. В 1957 г. начали картошку садить. […] Была у бабушки корова. Она в голодные годы спасала. […] А за корову или другую живность колхозники сдавали большие продуктовые налоги. […] Налог - 350 л молоко сдавали, у нас одна курица была. Одно яйцо мне давала, а остальные - относила.

Период правления Н.С. Хрущева запомнился жителям деревни непоследовательностью политики правительства в отношении сельского хозяйства. А. А. Зайнуллин, 1932 г.р.

говорит об этом следующим образом:

«Сначала хлеб бесплатно месяца два [давали]. А потом кукурузный хлеб и тоже недолго. […] Хрущев дурью маялся, огороды обрезали. Если ты свиней держишь, овец не держи. Не более одной коровы. При Брежневе стало все по-другому. При Брежневе совсем другое государство».

Проблемы с продовольствием, которые возникли в правление Н.С.

Хрущева из-за противоречивой политики помнит Х.Х.

Ташбулатов, даже не смотря на то, что он был ребенком (1948 г.р.):

«…в 1956-1958 гг. были проблемы с мукой в деревне. Наши сестры ездили за мукой в г. Тобольск».

Житель д. Алги А. А. Бакиев, 1926 г.р. вспоминает: «По-моему лучшая жизнь началась в 1980-х гг. А вот Хрущев начал сначала туговато. Он сделал так, что для личной жизни [хозяйство] не оставил почти в деревнях.

Вот если тебе сено надо, то 9 копен колхозу, а одну – себе. Это знаешь сколько времени надо. Вот мои родители за одни сутки на корову скашивали […]».

- А как на Вас сказалась кукуруза? «О! Кукуруза! Сначала квадратногнездовым методом стали садить.

Вот нас выгнали и комсомольцев, и школьников. Ну, сколько можно вручную сделать? Дурость одна. […] А потом колхозники сами придумали сеялку…».

Все информаторы, опрошенные нами, отмечают, что во времена правления Л.И. Брежнева до перестройки жизнь в деревне была лучше всего.

В официальной российской науке 1970-ые годы считаются периодом «застоя», однако это не относится к материальному благополучию граждан СССР. В 1960-ые гг. советское общество, решив проблему выживания, становится обществом, которое нацелено на потребление материальных благ, которые способна предложить экономика и производство. В этот период решается проблема снабжения сельских жителей, развивается сельская торговля.

Любопытно, но информаторы не рассказывают каких–либо интересных подробностей о своей жизни в этот период или эмоциональных жизненных рассказов, а также устоявшихся слов или выражений, которые охарактеризовали бы 1970-ые гг. с позиций повседневного быта. Вероятно, это свидетельствует о стабильном существовании и некоторой рутинности жизни. Пожалуй, только учителя делятся воспоминаниями о том, что они в это время вели активную общественную работу, нередко отмечая, что мероприятия «спускались сверху» (пропагандистская работа в разных ее проявлениях: участие в выборах, политпропаганда среди колхозников, культурно-просветительская и пр.).

Перестройку и 1990-ые года большинство из опрошенных людей оценивают крайне негативно. Главное слово в лексике наших информаторов олицетворяющее этот период – «развал». Вспоминая 1990-ые гг., сельские жители в первую очередь вспоминают обесценивание денег и потерю накоплений (Ш.С. Сияутдинов, 1930 г.р., Р.Н. Сачабаров, 1947 г. р.), а также дефицитом продовольственных и промышленных товаров. Жительница д.

Ревда Ярковского р-на М.Н. Нурмухаметова, 1932 г.р. (до 1987 г.

работала председателем Сельского совета – Авт.) рассказывала, что те колхозники, кто занимал 1 место при сдаче сельхозпродуктов «выигрывали» крупные вещи:

машины, ковры, паласы. И таким образом товары распределяли до 1990-х гг.

С.С. Юсупова, 1950 г.р. с 1970 г. по 2013 г., проработавшая в сельском совете, а потом в администрации Ревдинского сельского поселения, вслед за М.Н. Нурмухаметовой, уточнила, что в 1990-х гг. была специальная комиссия, которая распределяла товары.

Она также отметила, что наиболее дефицитные товары в деревне выдавали по спискам: заслуженным дояркам, животноводом, передовикам, а потом уже остальным. Поэтому, жителям приходилось дефицитные товары практически «добывать»: «Один утюг мне сноха купила за уток, а другой утюг – за красного бутылку. Также мы покупали стиральную машину» (Г.Х.

Ташбулатова, 1950 г.р.).

§3. Поселения татар Западной Сибири

Общие сведения о поселениях татар Западной Сибири I.

Первоначально поселения татар возникали близ естественных водоемов, на возвышенных местах. В конце XVIII – середине XIX вв. происходит формирование поселений, расположенных на значительном расстоянии от крупных рек. Формируется тип заселения по берегам мелких речек и озер.

1. с. Аслана Ялуторовского района Тюменской области.

Это поселение относится к приречноу типу. На фотографии видна река Тобол, приречная улица, а вдали кладбище.

2. с. Аслана. Вид сверху. Так выглядит крупный татарский населенный пункт, расположенный на юге Тюменской области.

Фотография взята из открыты Интернет источников. Фотография жителя с.

Аслана Радика Таепова, 2010г.

В XVIII – первой половине XIX вв. ведущим фактором оказывается земельная теснота у традиционно используемых водных источников.

Поэтому кроме приозерного и приречного типа заселения, появляются некоторое количество притрактовых поселений.

Ранние поселения имели сложную, запутанную планировку, которую можно отнести к кучевому типу. Жилища и дворы были разбросаны бессистемно, поэтому прямые и достаточно широкие улицы отсутствовали.

Начало процесса формирования улиц в деревнях татар Западной Сибири можно отнести к середине XIX в. К концу XIX в. поселения татар имели уличную панировку.

В XX в. поселения татар Западной Сибири были представлены преимущественно деревнями уличной формы с ее вариантами – одноулочным, двухулочным и многоулочным. Одноулочная планировка встречалась прежде всего в поселениях, основанных во второй половине XIX

– начале XX вв. В селениях изучаемого населения не сложилось квартальной планировки, отмеченной авторами у сибирских татар.

3. д. Ивашкина Нижнетавдинского района Тюменской области.

Одноулочная планировка поселения.

Исследование плотности застройки поселений и расположения усадеб показало, что первые постройки возводились вблизи водных источников.

Застройка поселений татарами велась в различных направлениях – как вдоль водоема, так и в сторону от него. Судя по планам современных населенных пунктов, что улицы в них имеют различную форму (изогнутую, Г-образную, прямую).

4. Улица Центральная д. Сеитово. Эта деревня относится к приречному типу. Расположена на берегу Иртыша. Планировка улиц ориентирована на реку. Все улицы проложены параллельно реке.

Фотография сделана К. Н. Тихомировым. Личный фотоархив автора.

Тарский район Омской области, 2014 г. Тарские татары.

5. Улица вдоль старичного озера при въезде в д. Ишеево. Фотография сделана К. Н. Тихомировым. Личный фотоархив автора.

Тарский район Омской области, 2015 г. Тарские татары.

В XX в. многие татарские деревни, как правило, не имели ярко выраженного центра, площади и т. п. Исключение составляли крупные селения – центры сельских администраций, где такую функцию выполняло здание администрации. Так же центром могло выступать место гуляния молодежи или здание школы.

В 1960–1970-е гг. изменения в облике селений были связаны прежде всего с укрупнением большинства из них. К этому привели переселения в них жителей исчезнувших мелких населенных пунктов татар, приток пришлого населения из числа поволжских татар и русских, а также увеличение численности населения за счет естественного прироста.

В послевоенный период начинается широкое строительство в сельских населенных пунктах. Однако в первую очередь реконструировали районные центры и села.

Общественные здания и инфраструктур татарских населенных пунктов в фотографиях В XIX – начале XX вв. на видном месте в поселениях татар находилась деревянная мечеть – либо посередине деревни, либо на берегу реки. Она выступала не только религиозным и общественным центром, местом общих собраний, но нередко несла центрообразующую функцию в планировке поселения. Однако в советский период большинство мечетей было разрушено либо они изменили свое назначение.

Сельские мечети в населенных пунктах татар Западной Сибири стали вновь восстанавливаться с 1990-ых годов прошлого столетия. В отличие от русских поселений мечети строятся в любом населенном пункте, а не только в центре окрестности.

Мечети одноэтажные. Как правило мечеть отличится от обычного дома наличием одного минарета. Минареты как правило сильно не украшались, но был балкон (шерефе). Ранее муэдзины должны были подниматься на балкон.

В настоящее время муэдзин уже не поднимается на минарет, а его голос транслируется установленными на минарете (обычно четырьмя) динамиками (смотри фото).

И если это было специально построенное здание, то соблюдалось направление на Мекку (михраб). Михраб представлял собой нишу (на фотография прямоугольный выступ), указывающий киблу (на юге), то есть направление, где находится Кааба в Мекке.

Как правило сельские мечети были деревянными. Окрашивались в зеленый или синий и голубой цвета. Зеленый цвет, символизирующий жизнь, наиболее важный цвет в исламе.

Синий и голубой цвет также любимый и почитаемый как на арабском Востоке, так и у тюркских народов Евразии. Это цвет неба.

Отметим, что зеленый и голубой / синий используются для оформления других культовых сооружений – кладбище, надмогильных сооружений.

Очень редко сельские мечети татар Западной Сибири сделаны из кирпича.

Это либо современные здания – в Аслане и Второвагайском, либо памятники архитектуры конца XIX в. в с. Ембаево – единственные и уникальные памятники культовой архитектуры мусульман, дошедшие до наших дней.

В некоторых населенных пунктах еще можно увидеть старый полуразрушенные мечети. Нередко ы наблюдали, как новую мечеть возводят на против старой. У татар Западной Сибири существует поверье, о том, что старые мечети нельзя трогать и разбирать. Считается, что того, кто это сделает ждет не минуемая кара. Жители не раз рассказывали о каком-либо жителе, который нарушил этот запрет и понес заслуженное наказание.

Вообще, у татар Западной Сибири не только мечеть, но и на любой сакральный объект (могилы святого, деревья) или территории (лес) распространяются запреты и не прикосновенность. Существует множество рассказов о том, как люди были наказаны за нарушения запретов.

Все фотографии мечетей сделаны М. Н. Тихомировой с 2008 по 20014 гг.

Хранятся в личном фотоархиве автора.

6. Мечеть в д. Авазбакеева Ялуторовского района Тюменской области.

Общий вид.

7. Мечеть в с. Аслана Ялуторовского района Тюменской области. Общий вид.

8. Мечеть в д. Варвара Ярковского района Тюменской области. Общий вид.

9. Старая мечеть в д. Варвара Ярковского района Тюменской области.

Общий вид.

10. Мечеть в с. Второвагайское Вагайского района Тюменской области.

Общий вид.

11. Мечеть в с. Ембаево Тюменского района Тюменской области. Общий вид.

Одно из красивейших культовых сооружений Тюменской области. Общий вид. Построена в 1884-1888 гг. Инициатором строительства был местный купец Нигматулла Кармышаков-Сейдуков.

12. Мечеть в с. Ембаево Тюменского района Тюменской области. Общий вид.

13. Мечеть в д. Карбаны Ярковского района Тюменской области. Общий вид.

14. Мечеть в п. Новая Качемка Убинского района Новосибирской области.

Общий вид.

Фотография сделана М. Н. Тихомировой. Хранится в личном фотоархиве автора.

15. Мечеть в д. Тарханы Ярковского района Тюменской области. Общий вид.

16. Старая мечеть в д. Тарханы Ярковского района Тюменской области.

Общий вид.

Среди обязательных элементов инфраструктуры сейчас это администрация, школа (но не везде), фельдшерско-акушерский пункт, магазин.

17. Улица в д. Тайчи Тевризского района Омской области.

На фотографии вдоль дороги расположены местные магазины.

18. Магазин в д. Сеитово Тарского района Омской области. Единственный магазин в труднодоступной деревне стал жизненоважным объектом для жителей.

Здание было специально построено для магазина его владельцем. Выполнен из кирпича и оштукатурен. Крыльцо выполнено из половой доски.

19. Фельшерско-акушерский пункт и его ограда на ул. Центральной. Тарский район Омской области. Информация 2014 года. Фото сделано К.Н.

Тихомировым. Личный архив автора.

20. Аслана Ялуторовского района. Центр татарской культуры. Фотография взята из открытых Интернет-источников. Фотография Толи Ярова, 2013 г.

Центр не давно открылся после строительства. В его строительстве использованы современные строительные материалы типа сайдинга.

II. История некоторых поселений и территорий Тобольский район Тюменская область Пос. Надцы расположен на правом берегу Иртыша у основания его петли.

21. Надцы. Вид на Иртыш и его пойму со стороны населенного пункта.

Согласно легенде, в 1722 г. в Надцах создали ямской двор, который должен был снабжать ямщиков сеном. На жителей Надцов, таким образом, была возложена повинность снабжения сеном, за что они, видимо, получали денежную плату. Так, например, прадед Т.К. Муташева по имени Абдулхалик имел избу для постоя ямщиков и большой двор, в который вмещалось до 20 обозов.

Кроме того, надцинские татары косили сено на продажу, а также сдавали покосы в аренду русским крестьянам из деревень Паново и Филатово.

Русские косили на одних и тех же участках в пропорции 3:1 – 2 стога себе, 1

– хозяину покоса.

Жители Надцов, лет 100-150 назад, по словам информатора, также занимались пилкой дров, которые продавали на специально приходивший пароход. Это занятие носило характер дополнительного приработка.

В Надцах до середины XX в. был колхоз «2-ая пятилетка». В основном занимались охотой, рыболовством, также выращивали лошадей, пшеницу.

Во время войны в Надцах на первое место в хозяйственной деятельности колхоза вышли лесозаготовительные работы. Эти работы проводились в месте, называемом Ербаш, который расположен на левом обрывистом берегу Иртыша. За этим местом начиналась тайга, где и велись лесозаготовительные работы. На берегу были устроены бараки. Рабочие делали кряж, болванку, чурочки для генераторских машин.

Постепенно там образовался населенный пункт, уже к 1980 г. он был нежилым.

По сведениям Т.А. Ермаковой леспромхоз появился в Надцах в 1947 г.

Сначала как Надцинский лесопункт, потом в 1970-ые гг. леспромхоз Тобольского ЛПХа.

По устной информации вначале леспромхоз планировал разместить производственные площади на высокой террасе (горе – разг.), которая примыкает к населенному пункту с восточной стороны, однако местные старики выступили против этой идеи, поскольку на ней располагалось местное кладбище.

Вначале в Надцах организовали мукомольное производство – из хвои производили муку для скота. Затем появился шпалозавод. Потом лесхоз в течение примерно 5 лет занимался производством пихтового масла.

С 1957 г. в леспромхозе появилось свое СМУ, которое стало строить леспромхозовские дома.

Основной работой леспромхоза было строительство одно- и двухквартирных домов (срубов) для юга Тюменской области и Казахстана. В пос. Пенья находился лесосплав леспромхоза.

После 1990-го г. в Надцах осталось лесничество, которое занималось охраной леса, лесопосадками.

Сейчас, когда нет леспромхоза, жители живут за счет рыбалки, сбора ягод на продажу.

С промышленным освоением лесов в окрестностях Надцов коренным образом изменился этнический состав татарских юрт, превратившихся в многонациональный поселок. В послевоенное время здесь было много ссыльных: молдаване, украинцы, белорусы, немцы, эстонцы (?). По устным свидетельствам, массовые переселения в Надцы приходятся на 1950-1955 гг.

Первоначально их селили в бараках по берегу Иртыша.

Сюда также съезжалось население со всей окрестности, приезжали специалисты из Тобольска.

В 1959 г. ЛПХ начал активное строительство домов: появляются новые улицы (Подгорная, Новая, Набережная, Октябрьская). Старая часть поселения (непосредственно Юрты Надцы – Авт.) концентрировалось в конце (по современной нумерации домов) ул. Озерной и некоторой части ул.

Прибрежной, Лесной(?).

В 1970 г. студенты Харьковского института радиоэлектроники построили последнюю улицу в поселке – Нагорную.

22. Мечеть в п. Надцы. Общий вид.

Сейчас планиграфия населенного пункта выглядит таким образом: прямо от высокой террасе (горы) «идет» небольшая улица Нагорная и далее – параллельно ей: Мехновича (бывшая - Подгорная), Октябрьская (на ней расположены магазины, мечеть), Озерная. Далее идет не параллельно, а по косой – Лесная. Перпендикулярно этим улицам вдоль Иртыша – Прибрежная. Параллельно ей (можно пройти с Мехновича с ее конца – ул.

Новая), есть еще ул. Зеленая (м/у Озерной и Октябрьской).

23. Надцы. Вид на «гору» и улицу Нагорную.

24. Надцы. Видна ул. Прибрежную и гору со стороны Иртыша.

Значительным событием в жизни Надцов был природный катаклизм – наводнение 1971 г. По воспоминаниям жителей, наводнение было настолько сильным, что там, где сейчас находиться улица Нагорная, ходили пароходы.

Чтобы пережить наводнение, часть жителей со скотиной перебрались на кладбище, располагавшееся на горе выше, чем сейчас; часть - провела это время на чердаках и высоких местах у въезда в поселок. Любопытно, что старую часть Надцов не топило, что свидетельствует о том, что татары строили свои дома на высоких местах. А в период деятельности леспромхоза стали застраивать домами все свободные площади в окрестностях, даже, если они были не слишком пригодные, как например, террасовое болото. В течение года, после наводнения, к следующему половодью, в поселке уже построили дамбу.

25. Надцы. Дамба.

Вагайский район Тюменской области В начале XX в. татары проживали по р. Агитка в нескольких населенных пунктах. От низовьев к верховьям реки располагались Курманакская, Митькинское, Сулейменская, Казанское, Одина (Одинарские) или Тиренаер, Тукуз. Практически все перечисленные населенные пункты, согласно опубликованным архивным документам, известны с конца XVIII в.

Но, скорее всего, какие-то из них существовали еще раньше.

Самыми крупными населенными пунктами на этой территории на протяжении всего времени существования поселений являются села Казанское и Тукуз.

С. Казанское. В устной традиции существует несколько версий происхождения ойконима «Казанское» / «Казанка», объясняющие его либо особенностями рельефа местности, либо этническими и культурными особенностями основателей населенного пункта.

26. Мечеть в с. Казанское.

По одной версии, название поселения вызвано внешним сходством части территории, на которой расположен населенный пункт, с предметом утвари. Ранее часть поселения располагалась на полуострове, образованном изгибом реки Агитка, по форме напоминающим котел - казан. Сейчас эта часть называется иске йорт – букв. «старое» + «деревня, место проживания».

27. Казанское. Общий вид. Часть населенного пункта - Елгаорьяк, где находилась медресе.

28. с. Казанское. Одно из старейших зданий в населенном пункте. Бывшее здание медресе, потом в середине XX в. здесь была местная школа.

Согласно второй версии, после захвата Казани Иваном Грозным и начала насильственного крещения местного городского населения началось массовое переселение татар в Сибирь, в ходе которого несколько семей казанских татар поселилось на полуострове, образованном Агиткой. На вопрос аборигенного населения кто они такие, переселенцы ответили: «Без Казанлар» - «Мы Казанские», - после чего поселение стало называться «Казанлы». Устные рассказы о миграциях татар из Поволжья и Урала подтверждаются письменными свидетельствами. По данным комиссии Тобольского поземельно-устроительного отряда и переселенческой партии, в начале XX в. здесь проживало больше, чем в других населенных пунктах пришлых татар.

Еще по одной версии, рассказанной жителями данного населенного пункта, эти переселенцы варили пищу в казанах, за что получили название «Казанлы» («люди, имеющие казаны»), которое затем распространилось на их населенный пункт.

29. с. Казанское. Часть, называемая Орьяк.

Жители с. Казанского выделяют части населенного пункта, каждая из которых имеет свое неофициальное, существующее в устной традиции, название. Информатор Ю.Г. Мухаматуллина (Кадырова), 1940 г.р. сообщила следующие наименования частей, улиц: «Кузнец урам - на этой улице жил кузнец, была мечеть. Елгаорьяк – часть, где находилось медресе. Орьяк – за рекой, Улбаш – далеко за рекой».

30. с. Казанское. Дорога в Улбаш.

С. Тукуз состоит из трех основных частей: на левом берегу Агитки – Юкаул («Липовка») и ллаул («Большая деревня» – центральная часть села), разделенные речкой Буклы, на правом берегу Агитки – цйле («Три дома»).

31. С. Тукуз раскинулся на двух берегах Агитки. Общий вид.

32. Мечеть в с. Тукуз. Общий вид на участок, где находится мечеть и хозяйственные объекты, обеспечивающие ее функционирование.

Фотография сделана М. Н. Тихомировой. Хранится в личном фотоархиве автора.

Сельские мечети, как правило, представляют собой целый комплекс зданий, обеспечив ающих автономное от населенного пункта ее функционирование. Это сарай для дров, туалет. Если позволяет территория у мечети имеется необходимая территория (ограда) для провеления коллективных мероприятий (забой скотины для праздника Курбан, проведения коллективных трапез на улице в летнее время и пр.).

По легенде, рассказанной информаторами, ойконим «Тукуз», вероятно, происходит от слова «тугыз» («девять»), что означает, что первоначально деревня состояла из девяти домов – по три в каждой части. То, что, населенный пункт и ранее состоял из частей, имеющих те же названия, что и в начале XXI в., свидетельствуют тексты, собранные филологами немного ранее нас. Ойконимы «Липовка», «Средняя Заречная» в названии данного населенного пункта зафиксированы еще в Списке населенных мест Тобольской губернии 1868-1869 гг.

Согласно легенде, Юкаул основал предок современных жителей по имени Байгау, который пришел в Сибирь из Бухары распространять мусульманскую веру. По преданию, у него было три сына, от которых ведут свое происхождение современные родственные фамилии, проживающие в Юкауле: от Инги – Рахматуллины, от Алки – Мухаматуллины, от Кошапа – Азизовы и Мачитовы.

В современном языке местных жителей распространены и другие названия, обозначающие отдельные части деревни. Так район Тукуза, расположенный на правом берегу Агитки, цйле, называется также Оръяк – по названию функционировавшего здесь в советское время колхоза «На дальнем берегу». Кроме того, часть села, расположенная на левом берегу Агитки между Юкаулом и ллаулом, носит название Ургалык («В середине»).

33. с. Тукуз. Мост, соединяющий левый и правый берег. Фотография делалась с той части населенного пункта, что называется ллаул.

С. Митькинское, по словам информаторов, получило название по речке Митка. Вблизи села располагались русские деревни Искра и Кугаево, которые возникли относительно поздно - только в XX в., в отличие от «старых» русских деревень Домнино, Журавлевой, Ослиной, Рахваловой, Сивковой, сконцентрированных в низовьях Агитки, где не было татарских населенных пунктов.

Легенда связывает основание д. Искра с неким помещиком Ищенко, переселившимся из Украины. В соответствии с устными рассказами, Ищенко был энергичным и деятельным предпринимателем-авантюристом: он занимался проведением телефонной связи в каком-то украинском городе, был уличен в финансовых махинациях и бежал в Сибирь. Здесь он обосновался напротив Митькинских на левом берегу Агитки – построил несколько домов, мельницу, купил землю и бор, занялся предпринимательством, нанимая для сельскохозяйственных работ и шишкобойного промысла людей из числа татар - жителей Митькинских и ссыльных. Так, рядом с татарскими юртами, была основана деревня, получившая впоследствии название «Искра».

34. Макет д. Митькино.

После начала коллективизации в 1930-е гг. состоялось массовое переселение в эту деревню русских крестьян из Центральной России, Ищенко был раскулачен, на базе его имущества был организован колхоз «Искра» (получивший свое название по одноименной центральной газете), два его дома были перевезены в Домнино (построена школа) и Дубровное.

Организация общего колхоза «Красный пахарь» с двумя бригадами практически объединила русскую деревню Искра (первая бригада) с татарскими Митькинскими (вторая бригада).

Д. Кугаево была образована в советский период, располагалась в 3 км к востоку от Митькинских на левом берегу Агитки. По легенде, ее основали несколько семей, переселившихся из одноименной крупной деревни Кугаево Тобольского района. Значительную часть населения агитской д. Кугаево в период коллективизации составили русские переселенцы из Европейской России, как сообщают информаторы, из Орловской области. Жители Кугаево были заняты на работах в Митькинском колхозе.

После коллективизации, в Митькинском колхозе работали также жители татарских юрт Сулейменских, Курманакских. В средине XX в. центр сельского Совета еще находился в Митькинских. К нему относились Искра, Казанское, Кугаево, Курманакская, Сулейменская. Деревни Красноярская, Лямчай, Малый Уват относились к Тукузскому сельскому совету.

К середине 1960-х гг. окончательно разъехалась деревня Кугаево.

Основатели деревни старели и умирали, представители молодого поколения уезжали работать в райцентр Вагай и в крупное село Черное, расположенное на р. Вагай. В конце концов, две последние остававшиеся в д. Кугаево семьи перекатили свои дома в Митькинское. Одновременно шло постепенное переселение татар д. Курманакской в с. Домнино. Со временем Курманакская также прекратила свое существование.

В конце 1960-х гг. колхозы в Митькинском, Казанском, Сулейменской были объединены в единый совхоз «Искра» с центром в Митькинском. Затем Домнинский, Митькинский и Тукузский совхозы были «слиты» в совхоз «Зеленогорский». В начале 1980-х гг. Зеленогорский совхоз был разделен на Домнинский и Агитский совхозы. К совхозу «Агитскому» с центром в Казанском относились Митькинское, Сулейменская, Тукуз и Малый Уват.

Процессы укрупнения привели к исчезновению некоторых деревень.

Так, во второй половине 1970-х гг. разъехалась русская деревня Искра. На ее месте стали селиться выходцы из Митькинского, и фактически Искра вошла в состав этой татарской деревни. Отметим, что в настоящее время часть этого татарского населенного пункта, расположенная на левом берегу Агитки, сохраняет название «Искра», хотя из начального, русского, состава в ней проживает лишь один человек.

После образования совхоза «Агитского», в центральной усадьбе, с.

Казанском, был построен коровник на 800 голов скота, и возникла потребность в дополнительной рабочей силе. В 1981-1983 гг. Межсовхозный лесхоз, базировавшийся в Тукузе, силами четырех бригад организовал в Казанском строительство жилых домов для новых рабочих. В 1982 г.

большинство жителей д. Красноярской переселилось в Казанское, оставшаяся часть - в Тукуз, в результате чего населенный пункт прекратил свое существование. Последние дома были сожжены по инициативе администрации в 1991 г. В то же время в Казанское переехала часть жителей д. Лямчай.

После распада СССР, в начале 1990-х гг. совхоз «Агитский» был ликвидирован, и на его основе были образованы отдельные кооперативы Казанский, Митькинский, Сулейменский и Тукузский, разделившие между собой совхозную технику. Оставшиеся после совхоза посевные поля превратились в сенокосные угодья и были разделены между жителями деревень по принципу премьерства: отдельные участки стали принадлежать тем хозяевам, которые первыми начали на них косить. Период функционирования кооперативов оказался недолгим: первым прекратил свое существование Казанский кооператив, вслед за ним Тукузский, а последним в 2005-2006 гг. Митькинский.

Тевризский район Омская область Географическое положение и особенности данного микрорайона благоприятно для занятием рыболовством, скотоводством, собирательством.

Здесь располагается крупная лука р. Иртыш в основании которой расположена сложная система пойменных озер (Сухое, Большое и Малое Светлое и др.), а также речка Кокша и множество заболоченных мест. Эта речка возникает из подтеррасных болот и впадает в р. Иртыш с правой стороны. Здесь же находится исток р. Половинка. Такое расположение гидрообъектов способствует занятию рыболовством. Поблизости располагаются несколько зимовальных ям Коктинской, Тайчинской, Ивановомысской и Половинской в которых, судя по личным наблюдениям одного из авторов в настоящее время летом успешно ловят рыбу местные жители окрестных деревень.

Богатые пастбищные угодья позволяют заниматься скотоводством. В целом, ситуация характерна для поймы р. Иртыш.

На территории этого участка поймы расположен лишь один заметный останец - урочище Зимние на границе Тевризского и Знаменского района.

Участок поймы замыкается подтеррасными болотами, в которых на островах растут довольно богатые кедрачи, которые активно используют жители д.

Тайчи.

На правом берегу р. Иртыш в этом районе было выявлено ряд археологических памятников, причем, наибольшая их концентрация отмечена на останце Зимние. Здесь находятся комплексы от неолита до позднего средневековья – Нового времени.

35. Принципиальная схема Тепкашанского микрорайона.

Так д. Зимняя (в настоящее время памятник Зимнее IV) располагалась на высоком поросшем лесом останце в пойме правого берега р. Иртыш в основании петли. Деревня Летняя (в настоящее время памятник Таборы XIV) располагалась на небольшой дюне на берегу р. Иртыш. В непосредственной близости от неё находятся пойменные озера Кавырдак, Сухое, Светлое (Ивыш) и реки Половинка и Кокша.

В отличии от Зимних д. Летняя (Таборы XIV) располагалась в пойме на берегу р. Иртыш на невысокой дюне. Её расположение позволяло эффективно заниматься рыболовство, скотоводство. В настоящее время остатки деревни фиксируются в виде прямоугольных насыпей. Исследования повреждений культурного слоя на памятнике позволило сделать следующие наблюдения. Культурный слой на памятнике довольно мощный (до 80 см на краю памятника), сильногумусированный. Он обильно насыщен строительным мусором, битой посудой (керамика, фаянс, фарфор), обломками кирпичей, деталями металлических изделий (обломки ножей, ключик от замка, рыболовный крючок «самолов», заготовка костяного наконечника стрелы и др.

В письменных источниках XVI-XIX вв. также содержаться некоторые сведения по истории этих населенных пунктов. Из документов можно увидеть, как изменялись названия - из татарских - в русские.

У Б.О. Долгих в волости Коурдак Тарского уезда в 1625 г. упоминается д.

Тенкешова, где проживало 24 чел. плательщика ясака. Более близкое к названию, под которым поселения были известны на протяжении XIX в. – Тепкашцы, есть на одной из карт С.У. Ремизова в Хорографической книге Сибири. В этом микрорегионе он указывает три населенных пункта с подписью «Тепкашцы», расположенных вокруг озера, имеющее сток в р. Иртыш, которое он называет оз. Тепкаш. Возможно это озеро Кавырдак — самое крупное в этом районе. К тому же, оно и в наши дни имеет сток в р. Иртыш. Данное озеро даже в наши дни чрезвычайно богато рыбой. К примеру, до недавних пор оно облавливалось Тевризским рыбозаводом. Однако, это вполне могло быть и оз. Сухое, которое во время половодья и сейчас, несмотря на понижение уровня р. Иртыш сливается с ним. Кроме того, на карте еще имеется лука Тепкашская Иртыша. А при впадении речки в Иртыш обозначен Тепкаш. В опознавательных знаках – «круг с точкой в середине» у С.У. Ремизова не обозначено, но возможно это – волость, городок /город. Как известно для этого периода система расселения коренных татар включала летние и зимние поселения. Этот факт нашел отражение на карте С.У. Ремезова, где отмечено несколько сезонных поселений, в поздних названиях населенных пунктов. Отголоски этой особенности расселения встречаются в устных рассказах информаторов. Например, А.Г. Амирбаев, 1937 г.р., род. в д.

Летняя рассказывал, что у его дедушки были дома в Летнем, Зимнем и на хуторе.

В путевых записках Г.Ф. Миллера (1734 г.) упоминается д.

Tepkatsch-aul на р. Иртыш. В 1795 г. в Тепкашской проживало 145 муж., 125 жен. ясачных татар.

В XIX в. численность данных населенных пунктов сокращается. Мы не располагает данными ревизий населения XIX в., но уже в Списке населенных мест Российской империи есть сведения о двух деревнях Тепкашская Летняя и Тепкашская Зимняя. В каждой из них было по 7 дворов и проживало в первой - 18 муж., 18 жен. и 22 чел. и 15 чел. - во второй. Из цифр наглядно видно, что произошло резкое сокращение численности жителей. В этом же Списке населенных мест Российской империи между Шухова и Ивановым Мысом указана деревня инородцев Топчи при р. Иртыш, вероятно это Тайчи, ранее этот населенный пункт не был известен по письменным источникам. В свое время С.Н.

Корусенко писала, что Тайчи образовались между 1858 и 1897 г. В этом населенном пункте был 41 двор и проживало 87 муж. и 94 жен. Указаны мечеть, земская станция, волостное правление, в общем, это крупное поселение с административными функциями. Наше предположение о том, что Топчи - это Тайчи подтверждается данными Атласа Российской Империи от 1871 года, где на карте Тобольской губернии есть Тайчи.

По источникам конца XIX в. можно представить себе экономический быт этих населенных пунктов. П.И. Соколов пишет, что в Тайчах, Летних, Зимних преобладал лесной промысел.

Под лесным промыслом в статистических сведениях конца XIX в.

понимались все тем промыслы и занятия, которые производятся в лесу или в урмане и приносят жителям определённый доход. Это добыча зверей, гонка дегтя, собирание орехов, охота и пр.

Автор отмечает, что кроме склонности местных татар к промыслу орехов, а, в Летних и Зимних добыча орехов приносит главный доход, само расположение – в близи от кедровника, расположенного к северу от Иртыша также благотворно на нее влияет. В д. Тайчи ореховый промысел преобладает, но не является главным источником дохода жителей.

По словам П.И. Соколова те татары, которые проживают вблизи Иртыша, занимаются рыбной ловлей. Не смотря на склонность к этому занятию, он замечает, что здесь оно мало распространено, по сравнению с другими населенными пунктами татар. Автор объясняет естественными условиями – отсутствием заводей, песков Меньше всего татары рассматриваемых юрт занимались земледелием.

Татары д. Тайчи сеют пшеницу на унавоженную землю, однако он отмечают, что некоторые сеют без назема.

В д. Тайчи 37 дворов занимаются пашней. Они сеют рожь, овес, ячмень, ярицу, лен, коноплю. В Летних Тепкач 2 двора выращивают рожь и ярицу.

В статистических данных С.К. Патканова деревни называются Тепкашанская (летняя и зимняя). К 1926 г. численность жителей всех населенных пунктов выросла, а тюркское название – Тепкашанская/ Тепкач исчезло из официальных документов: в д. Тайчи (р. Иртыш) 148 домохозяйств, 339 – муж., 330 – жен.; Зимние (р. Кокши) 17 домохозяйств; 34

– муж., 35 жен.; Летние (р. Иртыш) 28 домохозяйств, 69 – муж., 58 – жен.

В 1922 г. образовался еще один населенный пункт - Ново-Казанский в 1922 г. (ручей Тылоеве), 7 домохозяйств, 17 муж., 18 жен.

По устным сведениям в середине XX в. в д. Летние жили Саитбагины, Аитбагины, Юмины. Отметим, что в д. Зимние тоже жили Юмины, но по словам информаторов они не были родственниками – Авт.), Амирбакиевы. В деревне было две улицы, три двухэтажнх дома. Из оз. Сухого они брали питьевую воду, а из Иртыша не использовали воду для пищи, так как считали, что вода грязная. Вероятно, было еще одно озеро, из которого вода использовалась для хозяйственных целей.

В д. Летней было свое кладбище, по словам информаторов, оно располагалось ближе к «хутору» Холуевка, так как там высокое место.

Д. Летняя, по рассказам информаторов разъехалась в 1947-1948 г. из-за наводнений, хотя на картах 1951 года она отмечена как живая. Однако, это не противоречит устным данным, так как время получения информации не совпадает с временем выхода карты.

Еще одной причиной исчезновения данного населенного пункта, и возможно оно было первостепенным, было то, что в это время происходило очередное укрупнение колхозов. Все ключевые населенные пункты, где располагались административные учреждения, школы, фельдшерские пункты, центральные сухопутные коммуникации находились на левом берегу.

С д. Летней связано существование нескольких «хуторов С д. Летней связано существование нескольких «хуторов». Правда, эти поздние поселения нам не удалось четко локализовать на местности.

Возможно, что «новый» поселок Ново-Казанский, появившийся в 1922 г. и был одним из хуторов, о котором рассказывали информаторы.

Вероятным местом расположения одного из хуторов является край террасы в районе оз. М. Светлое. По устной информации в его районе шишкуют татары д. Тайчи. Отметим, чтобы добраться до мест шишкования они пересекают ручей (скорее всего это верхнее течение р. Половинка впадающая в оз. М.

Светлое).

Наиболее часто в рассказах жителей д. Тайчи встречается упоминание «хутора» Холуёвка. Откуда произошло это название не известно, но рисунке М.К. Лютиной тоже есть Холуевка, только «р.» - река, ручей. Возможно, что вторым - татарским названием хутора было Ихир бош / Ихгир туба. Он располагался в урмане на высоком месте; рядом было озеро. Ш.Х. Юмов, 1931 г.р. считает, что его образовали жители Летних, и до войны там было 5домов, по другой версии рассказанной еще одним жителем этого населенного пункта Г.Н. Юминым, 1955 г.р., когда он мальчиком посещал это место с отцом, то видел западины от 10-12 домов.

Жители хутора жили единолично, держали скот, сено возили с Летних.

Информаторы отмечали хозяйственную «специализацию» данных населенных пунктов: если в д. Летние основными хозяйственными занятиями было рыболовство, заготовка сена, животноводство, то на хуторе - собирали ягоду, шишковали.

Шурфовка поселения не проводилась, но, тем не менее, в обнажениях культурного слоя были обнаружены угли и обожженная трубчатая кость животного.

Ещё одним местом расположения хутора может быть край террасы в районе оз. Малое Светлое. Туда ведёт дорога от бывшей д. Летнее по правому берегу р. Кокша, пересекая основную в этом месте дорогу и далее мимо восточного края оз. Сухое по озерной террасе через верховья р.

Половинка на иртышскую террасу.

О д. Зимние информации меньше. Известно, что мечеть была высоком месте. В д. Зимние проживали Юмины, Кушматовы. Уже по устным источникам, полученным от бывших жителей населенных пунктов известно, что в двоенное время в Зимних стали селится «русские». Они приезжали из урмана. Возможно, это были репрессированные, их этническое определение как «русские» условно. В результате этих процессов позднепоселенцы стали преобладать в д. Зимние. Это очень хорошо заметно на рисунке М.К.

Лютиной, где, судя по антропонимическим данным, к тюркским фамилиям можно отнести Юминых, Кушматовых, Урчакова (? – нечетко нарисовано – Авт.).

§4. Усадьб и жилища Усадебный комплекс.

–  –  –

На фотографии дом-пятистенник с четырёхскатной (шатровой) крышей выполнен в срубной технике. Кровля и фундамент выполнены «архичными»

для нашего времени материалами и технологией. Кровля из теса, фундамента практически нет. Карнизный свес крыши имеет открытый конец стропильной ноги. Вследствие чего под кровлю свободной проникает воздух, что делает дом менее теплым, а кровлю менее долговечной. Дом ориентирован необычно. Как правило дома-пятистеннники стояли своей длинной частью (фасадом) вдоль улицы, а не поперёк. Сени устроены из открытого крыльца, которое было зашито досками. В целом можно сказать, что этот дом имеет много архаичных черт. Такие дома сейчас можно увидеть практически только в Тюменском Заболотье, где сохраняется много традиционных элементов культуры татар.

Более практичная и приспособленная к природным условиям региона срубная техника, заимствованная у русского населения, к концу XIX – началу XX вв. стала наиболее распространенной и приемлемой для татар Западной Сибири. В то же время некоторые элементы традиционного жилища (материал кровли, отсутствие фундамента) сохранялись вплоть до второй половины XX в.

3. д. Белехта Чановского района Новосибирской области. Барабинские татары.

Дом-пятистенник в срубной технике, с двухскатной крышей. В Барабинской лесостепи по причине природно-географических условий лес (береза, осина) для домов не совсем пригоден для строительства. На фотографии видно, что бревна кривые, разной толщины. атериалом для сруба выступили березовые бревна. Дом выполнен с традиционными технологическими традициями: без фундамента, углы верхних венцов не обрезаны и выглядят неряшливо.

Ограда из штакетника. В связи с недостатком строительного леса, поэтому даже в настоящее время в Новосибирской области нередко огораживают штакетником или даже жердями.

Параллельно со срубным жилищем татары продолжали использовать землянки, мазанки, дома из дерна, однако они постепенно теряли свою первоначальную функцию – жилого строения. К традиционным типам построек в XX в. прибегали лишь в моменты острой необходимости наличия крыши над головой (чаще всего при переезде на новое место жительства), т.

к. они отличались простотой конструкции и не требовали большого количества рабочих рук, средств и особой подготовки. В настоящее время традиционные постройки татар Западной Сибири используются только как хозяйственные сооружения.

Жилые постройки татар Западной Сибири в горизонтальном плане представляли собой четыре основных типа: однокамерное помещение – изба, четырехстенок; двухчастное – четырехстенок с сенями; двухкамерное – пятистенок без сеней; трехчастное – пятистенок с сенями и изба «со связью»;

многокамерное – крестовик, шестистенок.

Четырехстенная изба – основная жилая постройка татар Западной Сибири в конце XIX в. и вплоть до 40–50-х гг. XX в. Строительство пятистенных жилищ особенно активизировалось и приобрело действительно массовый характер в 1960–1970–е гг., хотя подобного рода постройки были отмечены еще в конце XIX в. Появление более сложных шестистенных многокамерных жилищ практически у всех групп татар Западной Сибири фиксируется только в начале XX в., но они не стали доминирующим типом. В настоящее время преобладающей в горизонтальном плане жилой постройкой татар является пятистенный сруб.

Во второй половине ХХ в. происходит некоторое изменение горизонтальной планировки жилища в сторону усложнения за счет выделения новых жилых комнат посредством организации перегородок в рамках существующих объемов помещений.

Вертикальная планировка была представлена в жилище татар, следующими вариантами: постройками, углубленными в грунт; наземными домами без подклети; постройками с низкой подклетью; двухэтажными домами.

4. с. Казанское Вагайского района Тюменской области.

Двухэтажный дом еще можно увидеть в населенных пунктах татар Тюменской и Омской области. Срубная техника. Однако, этот дом все же более поздней планировки. В таких домах XIX в. на первом этаже были холодные хозяйственные помещения, а на втором этаже – жилые. Здесь же мы видим полностью жилой дом.

5. Рубка углов сруба дома в чашу.

5. Завалинка из земли.

Использовалась для утепления пола дома зимой. Летом могла раскапываться для просушки нижних венцов и пола. Устраивалась из досок или жердей на расстоянии 30-40 см от сруба, высотой до второго венца и засыпалась грунтом или дерном.

Архитектурный декор, как один из атрибутов жилища, был представлен в первой половине ХХ в. простейшими формами, а дальнейшее его развитие проходило в тесном контакте с архитектурными традициями украшения дома соседних народов, главным образом русского населения и поволжских татар.

6. Дом на улице. Богато украшенные наличники, столы и фасад.

Центральной (правая сторона). Фотография сделана К. Н. Тихомировым, 2014 г. Из личного фотоархива. Тарский район Омской области. Тарская группа.

Виды орнамента.

Мусульманская символика. Отмечено, что в ряде случаев на домах сибирских татар фиксируется мусульманская символика. Доминирующим среди них является изображение полумесяца. Чаще всего оно располагалось на столбах ворот или украшениях наличников. Встречается также расположение полумесяца на фронтоне крыши дома.

7. Дом с полумесяцем на фронтоне. Фронтон зашит вертикально поставленными некрашенными досками. На них прибит полумесяц также некрашенный.

8. Украшение дома с полумесяцем. Полумесяц, окрашенный красной краской расположен на вертикальных элементах наличников, и верхнем горизонтальном. На вертикальных элементах наличников полумесяцы выполнены на элементах декора, имитирующие минареты. с. Бегишевское Вагайского района Тюменской области.

9-10. Ворота с мусульманской символикой - полумесяцем. Полумесяцы устроены как часть металлических наверший столбов. Полумесяцы, окрашенные в желтый цвет вписаны в центр окружности, изображающую звезду темно-красного цвета. Д. Юрмы Вагайский район Тюменская область. Тобольские татары.

Орнитоморфная тематика.

11. Наличники. Д. Юрмы Вагайский район Тюменская область. Тобольские татары.

Растительной орнамент

12. д. Второвагайская Вагайского района Тюменской области. Тобольские татары.

13. «Битая» из массы на основе глины печь в заброшенном доме. Пол в жилище снят. Видна дополнительная балка под печкой, устроенная при битье печки. Заметно, что «шесток» переделан под плиту. В отличие от современных печей огонь под плитой использовался только для приготовления Никаких печных приборов, кроме самой плиты не использовалось. Заметно нарушение технологии при строительстве. Так, например, «разделка» на трубе ниже потолка. Это повышает риск пожаров при эксплуатации печи.

Фотография сделана К. Н. Тихомировым, 2014 г. Из личного фотоархива.

Тарский район Омской области. Тарская группа.

для хранения сельскохозяйственного инвентаря и продуктов, для нужд животноводства.

С развитием хозяйственной жизни татар Западной Сибири увеличивалось количество строений на их усадьбах и сами постройки становились разнообразнее. В усадебный комплекс татар входили загон для скота, хлев, курятник, амбар, сарай, погреб, баня, рига, летняя кухня.

В силу скотоводческой традиции свободного выпаса скота гумно огораживали, каждое по отдельности или группами по несколько домохозяев.

У всех групп татар Западной Сибири бытовали строения, предназначенные для хранения продуктов: амбары, погреба, кладовые.

14. Старый амбар. Ишменево Тобольского района Тюменской области.

Ясколбинские татары.

Погреб представлял собой землянку или полуземлянку, выполненную по типу земляных сооружений для скота и птицы. Внутри он был разделен жердями или досками на несколько отделов для хранения продуктов.

15. Погреб-полуземлянка. пос. Новая Качемка Убинского района Новосибирской области. На заднем плане виден еще один погреб-ледник.

Татары Барабы.

16. Еще один погреб. Погреб-ледник. пос. Новая Качемка Убинского района Новосибирской области.

Для сохранения холода он засыпан землей. Весной в такой погреб спускали лед в бутылках, чтобы как можно дольше хранить скоропортящиеся продукты питания.

Среди хозяйственных сооружений татар Западной Сибири можно выделить строения, составлявшие скотный двор, который включал в себя холодные и теплые постройки. Холодные постройки или загоны каркасностолбовой конструкции использовали для содержания скота в теплое время года (конец апреля – начало октября), теплые постройки – для содержания скота в холодное время года. Часто они примыкали к холодным, тогда одна стена была общей. Такие строения состояли либо из одного утепленного помещения, внутри которого имелись стайки для различных видов скота, либо для каждого вида скота сооружались отдельные помещения.

Теплый дом для скота.

–  –  –

17. Теплая постройка избушка для содержания скота. Д. Топкиинбашева Тобольского района Тюменской области. Ясколбинские татары.

К теплой части двора можно отнести землянки и полуземлянки, в которых содержали мелкий рогатый скот, кур, иногда и молодняк крупного рогатого скота. По конструкции они напоминают жилые сооружения, рассмотренные нами выше. В настоящее время землянки весьма редко используются и тем более строятся татарами.

18. Полуземлянка. Курятник. Д. Топкинбашево Тобольского района Тюменской области. Ясколбинские татары.

Для крупнорогатого скота татары Западной Сибири строили хлев, который представлял собой срубную конструкцию из бревен, полубревен или бруса, также могли использовать тес. Материалом служило дерево, как правило, с не очень хорошими строительными качествами. Выбор строительного материала зависел от зажиточности хозяина усадьбы, часто использовали более доступные и дешевые березу или осину.

При строительстве хлева применялась различная техника: срубная (рубка угла «в обло», «в чашу», «в охряпку»); техника строительства «в паз», когда основу стен составляли столбы, в которых делали вертикальный паз, в него вставляли бревна, брус или доски со специально вырубленными на торцах шипами.

19. Еще один теплый хлев для скотины. Хозяйственная постройка в конце ул.

Центральная (последняя перед мазаратом). Торец крыши неплотно зашит жердями. Фотография сделана К. Н. Тихомировым, 2014 г. Из личного фотоархива.

Тарский район Омской области. Тарская группа.

Курятник или птичник, как и хлев, также могли строить в каркасностоловой технике из бревен, полубревен, бруса или теса, применяя ту же технику рубки. Некоторые постройки выполняли каркасной техникой, при которой промежутки в стенах из досок засыпали землей, а стены обмазывали глиной. Иногда крышу сооружали только на зиму. Осенью на последний венец бревен клали жерди, которые потом закрывали соломой. Весной эту конструкцию разбирали.

20. Хлев. Общий вид. Пос. Старая Качемка Убинского района Новосибирской области. Жерди и солома. Татары Барабы.

21. Хлев. Пос. Старая Качемка Убинского района Новосибирской области.

Стена. Жерди и солома.

В настоящее время неотъемлемой частью большинства усадебных комплексов татар является баня. Однако еще в XIX в. она была редкостью, мылись прямо в доме при помощи кумгана. Вплоть до конца XX в. татары строили бани с курной русской печью, т. е. без дымохода («по-черному»), а также с открытым очагом, с каменкой или железной печью. С последней трети XX в. такой вариант системы отопления встречается реже, уступая место печам с трубой («по-белому»). К бане могли пристраивать предбанник.

Однако часто татарские бани его не имели.

22. Татарская усадьба. Пос. Белехта Чановского района Новосибирской области. Барабинские татары.

На фотографии дом, построенный в срубной технике. Строительный лес для дома плохого качества. Он отличается повышенным гниением, поэтому дома не много промазывали глиной и белили. На дальнем плане видна баня и открытый навес для скота.

Со второй половины XX в. в усадебном комплексе татар Западной Сибири появляется такая постройка, как летняя кухня. В ней в теплое время года готовят пищу. В конце XIX в. (а местами и по сей день) летом татары варили пищу на печах, расположенных во дворе. В 90-е гг. XX в. такие печи вновь получили широкое распространение у татар, в них пекут хлеб.

23. Дворовая летняя хлебная печь.

24. Дворовые летние печи. Та, что слева печь, возможно для выпекания хлеба.

25. Хлебная печь в сарае. Такой печью можно пользоваться в холодное время года.

Летняя кухня представляет собой срубную постройку по типу русской избы из бревен или бруса, с рубкой углов «в чашу», «в обло», «в охряпку»

или техникой «в паз». Стены штукатурили и белили внутри. Печь ставили русскую, с дымоходом, но встречались также каменки и железные. В последнее время чаще используют газовые плиты. В летних кухнях, как и в банях, все окна – косящатые, т. е. с косяками и рамами.

26. Усадьба в центре ул. Центральной (правая сторона). На переднем плане летняя кухня, с украшенными наличниками. Гараж из бревен, лодка (деревянная).

Фотография сделана К. Н. Тихомировым, 2014 г. Из личного фотоархива.

Тарский район Омской области. Тарская группа.

В усадьбе изучаемого населения встречаются «дровяники» – конструкции каркасно-столбового типа с навесом, куда складывали дрова.

В редких случаях дрова складывали прямо на улице. Способы складирования были различные.

27. «Стожок» из дров на улице. Тарский район Омской области. Туралинская группа тарских татар. Тарский район Омской области. Информация 2012 года. Фото сделано К.Н. Тихомировым. Личный архив автора.

Вплоть до середины XX в. различные виды транспортных средств (телега, сани и т. д.) татары хранили, как правило, под навесом или в свободной от построек части двора. Начиная с последней трети XX в. довольно часто встречается такая постройка, как гараж. Это связано с появлением личного автотранспорта у населения татарских деревень.

В целом, для хозяйственных построек татары сооружали двухскатные крыши, хотя встречалось много устроенных на один скат. Конструкция крыши была как самцовой, так и стропильной. В настоящее время отдают предпочтение стропильной конструкции. Материалом покрытия чаще всего выступают тес, шифер, железо или рубероид. Информаторы указывали, что до середины XX в. крыши были плоскими, крыли их дерном, соломой или ветками, которые засыпали землей. Если присутствовал фундамент, то столбовой, в редких случаях каменный. До сих пор хозяйственные постройки у татар в большинстве случаев ставят прямо на землю.

28. Забор из жердей и штакетника. пос. Белехта Чановского района Новосибирской области. Барабинские татары.

29. Забор из жердей. Бергуль Барабинского района Новосибирской области Барабинские татары.

§5. Культура жизнеобеспечения (виды хозяйственной деятельности, средства коммуникации) Физико-географические и природно-климатические характеристики района расселения татар Западной Сибири способствовали развитию многоотраслевого хозяйства. Обширные лесные угодья обеспечивали хорошую охоту и промысел кедрового ореха, реки и многочисленные озера были богаты рыбой, пойменные луга служили базой для разведения скота, благоприятные погодные условия и наличие свободных земель способствовали занятию земледелием.

Сочетание различных отраслей давало стабильную, устойчивую экономику, которая органично вписывалась в окружающую ее природную среду.

Для татар Западной Сибири были характерны два вида охоты коллективная и индивидуальная, и две ее формы - активная и пассивная.

Собирательство дополняло рацион растительной пищей, обеспечивало людей техническим сырьем и топливом. Проводились заготовки дров, строительного леса, смолы, дегтя, разнообразных лесных ягод, нередко грибов, кедрового ореха.

Присваивающие отрасли занимали свою, четко определенную нишу в традиционном хозяйственном комплексе татар. Эти занятия обеспечивали население как продуктами питания, так и денежными средствами, получаемыми в результате реализации промысловой добычи. Рыболовство, охота, собирательство были тесно взаимосвязаны с окружающими природно-географическими условиями и случалось, что человек оставался бессильным перед капризами природы. К началу XX в. земледелие можно считать полноценным компонентом традиционного хозяйственного комплекса большей части татар Западной Сибири (за исключением ясколбинских, части тобольских, барабинских татар). В связи с местными условиями, развивалась в основном заимочная форма земледелия. Перелог постепенно уступает место залежно-паровой системе. В структуре высеваемых культур к началу XX в. наблюдается переход к преобладанию пшеницы над рожью. Основными земледельческими орудиями были сохи, бороны.

1. В музейных документах «Короб для зерна». Использовался весной во время посева.

Виды хозяйственной деятельности К началу XX века в Западной Сибири сложились традиционные способы добычи рыбных продуктов. Они обеспечивали запросы населения на рыбную продукцию. Основой потребления рыбной продукции являлась речная и озерная рыба.

Лов рыбы на территории Среднего Прииртышья (Омская область) можно разделить на несколько групп. В течение XX века на указанной территории господствовало несколько традиционных способа лова, имеющих давние традиции. Прежде всего следует сказать, что он делится на активный и пассивный. Активный связан с действиями человека при ловле рыбы.

Пассивный же осуществляется без участия человека. Участие человека было лишь в устройстве ловушек, их починке, при необходимости и извлечении рыбы. Такой способ имел преимущество, в том, что не отвлекал надолго значительные производственные силы. О.М. Рындина анализируя лов рыбы пришлого и аборигенного населения Притомья приходит к выводу о том, что русское рыболовство характеризовалось активными методами организации (сетевой и неводной лов), а рыболовство хантов, манси и селькупов строилось на пассивных способах добычи, предполагавшее минимальное участие человека.

К активным способам относятся различные способы с использованием сетевых снастей (сплавных сетей различных видов, бредней, неводов и т. д.) или крючковых снастей в том числе многокрючковых (перемётов, перетяг, самоловов, резинок, дурилок, жерлиц и т. д.). К последним можно отнести и различные снасти с использованием удилищ (донная, поплавочная удочки, спининговые снасти и др.), но они имели вспомогательное значение и могут быть выпущены из нашего внимания. Однако, следует отметить, что использование металлических блесен на территории Западной Сибири появляется с приходом «русских». Также можно сказать, что распространяются рыболовные металлические крючки также с приходом этого населения, о чём свидетельствуют находки из слоёв поздних памятников.

Основными орудиями активного лова были бредни, неводы, плавные (двух- трехстенные) и ставные сети. Первые в основном использовались для прибрежной лови. Плавные сети различных видов использовались для лови рыбы вдали от берега реки (водотока) ходовой рыбы. Особенно эффективны такие сети были при облове зимовальных рыбных ям, которые облавливаются и в настоящее время. В нашем случае это в основном был р.

Иртыш. Стационарные сети использовались в основном для лова рыбы на непроточных или слаботекущих гидроресурсах (водоёмах).

Наиболее добычливым способом добычи рыбы, распространенными этой территории являются пассивные орудия рыболовства.

Одним из таких видов был лов при помощи таких снастей, как вентери.

Для изготовления которых использовались деревянные обручи - берцы, которые образовывали объем и вязанную снасть, которая заканчивалась крыльями. Обручи могли изготавливаться из дерева (чаще всего черемуха) или из стальной проволоки. Существовал вариант этой снасти с одним или двумя крыльями. Вентери могли использоваться как в качестве самостоятельной снасти, так и в комплексе с другими снастями и приспособлениями. Образуя максимально результативное получение улова на определёном участке реки или в копанце.

Разновидностью пассивного лова был лов при помощи различных рыболовных сооружений. Их можно подразделить на остатки стационарных орудий — самоловов, устроенных в виде изгороди перекрыващего реку поперёк, в которых устанавливали ловушки типа котца. Указанные сооружения в некоторых случаях снабжались помостом, для удобства обслуживания и изъятия пойманной рыбы. Следующим типом сооружений являются запорные орудия перегораживающие устья небольших речек и не позволяющие рыбе зимой уходить в верховья малых рек и ручьев богатых кислородом, а скопившуюся рыбу через проруби вытаскивали на лёд. Часто такие сооружения выполнялись из мелких дощечек, связанных между собой.

Такие сооружения встречены на р. Шиш в устье р. Айла и Тайтузинка, а также на р. Б. Аёв в устье ручья у моста в д. Бояркино Знаменского района Омской области.

В некоторых случаях отмечался целый каскад рыболовных сооружений на каком-нибудь водоёме. Такие сооружения встречены на оз. Кислар у д.

Усть-Тамак, оз. Сартовское у д. Качуково Знаменского района, пойменном озере у с. Иванов Мыс Тевризского района Омской области.

2. Сибирский татарин демонстрирует рыболовецкую снасть. Связанна из капроновой нити. Обода сделаны из стальной проволоки, которые позволяли сохранять объём снасти после установки. Такие снасти чаще всего использовались в различных водоёмах с отсутствием течения. Тюменская область Тобольский район д. Чебурга. Фото М.Н. Тихомировой.

3. Игла для вязания сетей. Чаще всего вырезалась из осины или ивы. Чему способствовала как легкость обработки указанной древесины, так и её лёгкая доступность в местах лова. Это позволяло легко вырезать указанные инструменты в местах лова, например, при починке сетей.

Озерные запоры. Крупные озера сообщались со множеством более мелких озер (полоев). Весной, перед тем, как рыба начинала движение из главного озера в полои на нерест, рыбаки очищали проходы из озер в полои от ила, подрезали в них камыш и сооружали запоры, по устройству аналогичные речным. Если мелкие озера не сообщались с крупным, то промысловики соединяли их искусственными канавами – копанцами.



Pages:   || 2 |
Похожие работы:

«SCIENCE TIME ВИЗУАЛЬНАЯ ПАМЯТЬ В ПРОСТРАНСТВЕ КУЛЬТУРЫ: АТЛАС "МНЕМОЗИНА" АБИ ВАРБУРГА Фокеева Варвара Петровна, Московский государственный лингвистический университет, г. Москва E-mail: barbara.fokeeff@gmail.com Аннотация. В статье анализируется атлас "Мнемозина" – важнейший труд немецкого историка искусства и теоретик...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федера...»

«А.А. Иголкин ПРИСВАИВАЮЩЕЕ ХОЗЯЙСТВО Хозяйство, которое люди вели на протяжении первых двух миллионов лет своей истории, называют присваивающим; суть его в том, что человек присваивал, брал от природы в...»

«Строгановская дача Андрей Жданов В начале XVIII века земли на северо-западной окраине северной столицы Петр I раздавал своим приближенным. Большой участок между Большой Невкой и Черной речкой получил граф Савва Лукич Рагузинский-Владиславич, известный государственный деятель и дипломат. После его смерти "загородный двор со всяким на т...»

«ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 129 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2014. Вып. 4 УДК 82 – 14 М.В. Серова СПЕЦИФИКА СИМВОЛИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ ТАТЬЯНЫ ЧЕРНОВОЙ1 В статье рассматриваются особенности художественного...»

«Наний Людмила Олеговна ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ ПРОСТЕЙШИХ ФОРМ И РАЗМЕРОВ КИТАЙСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ В ТИПОЛОГИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ Специальность 10.02.20 – Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкозн...»

«© 2004 г. Т.Е. АЛАЙБА, Е.Н. ЗАБОРОВА СТУДЕНТЫ ОБ ИМИДЖЕ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И НЕГОСУДАРСТВЕННЫХ ВУЗОВ АЛАЙБА Тамара Евгеньевна кандидат исторических наук, ректор Института международных связей (г. Екатеринбург). ЗАБОРОВА Елена Николаевна доктор социологических наук, профессор Уральского государственного экономического университ...»

«МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СОВЕТ ПО РАЗВИТИЮ ИСТОРИКО-МЕДИЦИНСКИХ МУЗЕЕВ ПРИ МИНИСТЕРСТВЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ РОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО ИСТОРИКОВ МЕДИЦИНЫ ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ В СОБРАНИЯХ АРХИВОВ, БИБЛИОТЕК И МУЗЕЕВ Ма...»

«COLLOQUIUM WYDZIAU NAUK HUMANISTYCZNYCH I SPOECZNYCH KWARTALNIK 1/2014 Monika Chojnacka Akademia Marynarki Wojennej w Gdyni СТЕПАН БАНДЕРА, ОУН-УПА. АНАЛИЗ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ УКРАИНСКОГО НАРОДА НА ОСНОВАНИИ ИЗБРАННЫХ ПУБЛИКАЦИЙ P ЕЗЮМЕ 22 января 2010 г. президент Украины Виктор Ющенко подписал указ о...»

«ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 11 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2010. Вып. 3 УДК 930.1(09)+947.043(045) Н.В. Халявин ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ О РОЛИ ЦЕРКВИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ НОВГОРОДА ВЕЛИКОГО...»

«1Л1. 1' ; ^Тлльцы.1(2) "97 НА УЧ НО -П ОП У ЛЯ РН ЫЙ И Л Л Ю С Т Р И Р О В А Н Н Ы Й ЖУРНАЛ •АРХИТЕКТУРА " Э Т Н О Г Р А Ф И Я " ИСТОРИЯ" •ТОПОНИМИКА "ФИЛОЛОГИЯ"СОДЕРЖАНИЕ: ЭТНОГРАФИЯ А.К.Н е ф е д ь е в а. М укомольны й п р ом ы сел в С р ед н ем П...»

«В. И. Голдин 1917 год в России: поиски объективного осмысления События, которые потрясли Россию и мир 80 лет назад, и сегодня не оставля­ ют большинство из наших сограждан, и прежде всего историков и политологов, общественных деятелей и политиков, равнодушными. Л и ш н и й раз подтверждают это стра...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского А.А. Акашева Пространственный анализ данных в исторических науках. Применение геоинформационных технологий Учебно-методическое пособие Рекомендовано методической комиссией исторического факультета для студен...»

«История болезни женщины-куклы, как искажённый ментальный ландшафт аутсайдерского искусства Уник Цюрн (Unica Zrn; 1916 — 1970) – пис тельниц и художниц, чь имя тесно связ но с утс йдерским искусством 20-го век, предст вляет определнный интерес не столько для искусствоведов, изуч ющих н пр вление ндергр унд...»

«Примерные темы индивидуальных проектов для обучающихся 9-ых классов МАОУ Гимназия №1 на 2016-2017 учебный год. Предмет Темы проектов Мусорный кризис Витамин Б-17 Берлинская лазурь или турнбулева синь? Химия Цвет по желанию Может ли соль быть полезной? Продукт приготовленный самой природой. Молоко Вещ...»

«Арсланов Азат Мехаметгалиевич СУХОПУТНЫЕ ТОРГОВЫЕ МАРШРУТЫ В ЗАПАДНОЙ ТОРГОВЛЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIII ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIV В. В статье на основании сведений, содержащихся в различных источниках и трудах отечественных и европейских исследователей, рассматри...»

«Е.О. Галицких, ВятГГУ Чтение как искусство: герменевтический аспект Подписываюсь на Избранного читателя. А. Вознесенский Мне всегда хотелось посвятить конференцию чтению как задаче вселенского масштаба....»

«ШИРКАНОВА Елена Анатольевна РУССКАЯ ДВОРЯНСКАЯ УСАДЬБА И ЕЁ ИСТОРИЧЕСКОЕ ОТРАЖЕНИЕ В МЕМОРИАЛЬНЫХ МУЗЕЯХ (XVIII НАЧ. XXI ВВ.) (НА ПРИМЕРЕ МЕМОРИАЛЬНОГО ДОМА-МУЗЕЯ – УСАДЬБЫ Н.Е.ЖУКОВСКОГО) Специальность 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискани...»

«VEST_131-232.qxp 25.05.2007 8:57 Page 214 М. В. Шкаровский* О пастырском окормлении Казачьего Стана в Северной Италии в годы Второй мировой войны История существования в северо восточной области...»

«Духновская О. Н. Английская королевская власть и правительственные органы в І половине XVI века Понятие "абсолютизм Тюдоров" довольно прочно вошло в отечественную историографию, однако его проблемы изучены достаточно неравномерно. Занимаясь исследованием английской монархии, большинство отече...»

«АК А ДE M II Я НАУК GСС P ИНСТИТУТ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ (ПУШКИНСКИЙ ДОМ) усекая литература №4 1987 ИСТОРИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ Журнал выходит с 1958 года СОДЕРЖАНИЕ Стр. Н. А. Грознова. Идеи Октября и литературный процесс советской эпохи (проблемы изучения) I В, А. Шопшн. К п...»

«Зонова Т.В. Компаративный анализ становления российской и европейской дипломатической службы / Т. В. Зонова // Российская дипломатия: история и современность: Мат. научно-практ. конф., посвящ. 450-летию создания Посольского приказа: МГИМО, 29 окт. 1999 г./ МГИМО(У) МИД РФ; Редкол.: И.С. Иванов, А.В. Торкунов, П.В. Стегний,...»

«4. Филарете (Антонио Аверлино). Трактат об архитектуре.– М.: "Русский университет", 1999. 448 с.5. Палладио А. Четыре книги об архитектуре. – М.: Всесоюз. Акад. архит., 1936.6. Стройк Д. Я. Краткий очерк истории математики. – М.: Наука, 1990. 252 с. САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ РАБОТА СТУДЕНТОВ КАК ФОРМА ПРАКТИКООРИЕНТ...»

«НАУЧНО-ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР "АЭТЕРНА" ТРАДИЦИОННАЯ И ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА: ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ Сборник статей Международной научно-практической конференции 25 декабря 2015 г. Часть 1 Уфа АЭТЕРНА УДК 001.1 ББК 60 Ответственный редактор: Сукиасян Асатур Альбертович, кандидат экономических наук. Т 57 ТРАДИ...»

«2016 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 15 Вып. 4 ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО УДК 261.6 Н. В. Пивоварова НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ МАСТЕРСКИХ ОРУЖЕЙНОЙ ПАЛАТЫ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII ВЕКА. К ИСТОРИИ РЕСТАВРАЦИИ РАКИ ПРЕПОДОБНОГО САВВЫ ВИШЕРСКОГО* Государственный Русский музей,...»

«КРАСНОЕ МАСЛО ИЗ ПАЛЬМОВЫХ ПЛОДОВ Уважаемые коллеги! Эта брошюра создана нами для знакомства. Прочитав ее, Вы узнаете об уникальном продукте, который мы предлагаем, о производителе этого продукта, технологиях его изготовления, фармакологических и органолеп тических свойствах красного масла из пальмовых плодов Carotino. МОСКВА 2004 КРАСН...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ А. В. Грозин ГОЛОД 1932–1933 ГОДОВ И ПОЛИТИКА ПАМЯТИ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН Москва ББК 63.3(5 Каз)714 Г86 Ответственный редактор доктор исторических наук В. Г. Егоров Грозин А. В. Г86 Голод 1932–1933 годов и по...»

«Наталья Сарана (Москва) Роман М. М. Филиппова "Осажденный Севастополь" в литературном и публицистическом контексте Крымской войны Исторический роман "Осажденный Севастополь" написан ученым, философом и издателем М. М. Фили...»







 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.