WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«A SONG AS THE PHENOMENON IN HISTORY OF NATIONAL MASS MUSIC CULTURE Olga Ilicheva Head of the jazz music Department, associate professor of Serebryakov Volgograd Conservatory, 400066, ...»

ПЕСНЯ КАК ЯВЛЕНИЕ В ИСТОРИИ

ОТЕЧЕСТВЕННОЙ МАССОВОЙ МУЗЫКАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ

Ильичева Ольга Станиславовна

зав. кафедрой эстрадно-джазовой музыки,

доцент Волгоградской консерватории (института) имени П.А. Серебрякова,

400066, РФ, г. Волгоград, ул. Мира, 5а

E-mail: mari.ilich@mail.ru

A SONG AS THE PHENOMENON IN HISTORY

OF NATIONAL MASS MUSIC CULTURE

Olga Ilicheva Head of the jazz music Department, associate professor of Serebryakov Volgograd Conservatory, 400066, Russia, Volgograd, Mira Street, 5а

АННОТАЦИЯ

Переосмысление ключевых событий российской истории и появление значительных современных работ в области отечественной массовой музыкальной культуры, определяющих песню как социокультурное явление, подтверждают актуальность исследований и дают возможность определения более точной панорамной картины песенных трансформаций в целом. В данной статье «песня как явление» представлена посредством краткого экскурса в историю отечественной массовой музыкальной культуры XX века.

ABSTRACT

Rethinking of key events of Russian history and the appearance of important contemporary works in the field of national mass musical culture, defining a song as the sociocultural phenomenon, confirm the relevance of research and enable to determine accurately the panoramic picture of song transformations in general.



Ильичева О.С. Песня как явление в истории отечественной массовой музыкальной культуры // Universum: Филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2016. № 3-4 (26).

URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/3067 In the article, "a song as the phenomenon" is represented by a brief insight into the history of national mass musical culture of the XX century.

Ключевые слова: песня, явление, история, отечественная массовая музыкальная культура, песенные трансформации, переходный период, советская песенная культура, постсоветская коммерческая песенная индустрия.

Keywords: song; phenomenon; history; national mass musical culture; song transformations; transitional period; Soviet song culture; post-Soviet commercial song industry.

Песня – массовая, советская, революционная, военная, патриотическая, лирическая, эстрадная, детская, популярная, авторская, блатная – явление отечественной массовой музыкальной культуры, интерес к которому непреходящий. Тем не менее, как пишет о песне Ю.С. Дружкин, «существуют интереснейшие феномены художественной культуры, пристальное изучение которых могло бы дать очень много для понимания не только важнейших тенденций современной культуры, но и глубинных механизмов функционирования и развития культуры в целом. Однако, не будучи представителями элитных слоев культурных иерархий, эти феномены как бы бессознательно отодвигаются на периферию научных интересов искусствоведческих дисциплин» [6]. Случившийся наплыв научных публикаций о песне в последнее время говорит о возобновлении интереса к данному явлению, возникшему на острие современных кризисных проблем в отечественной массовой музыкальной культуре. Появление статей через десятки лет, посвященных именно советской песне, вызвано установлением подходящей для осмысления временной дистанции от начала постсоветского периода 90-х годов.





По мнению В.Н. Сырова, изучение песенного жанра явно отстает от практики [33]. Базисом исследования современных песенных трансформаций могут послужить работы М. Бялика, Ю.С. Корева, И.В. Нестьева, Т.В. Поповой, Н.И. Смирновой, А.Н. Сохора [3; 15; 22; 23; 27–31] и др.

Дух эпохи советской массовой песни передают слова А.Н. Пахмутовой, прозвучавшие в 1975 году в докладе на пленуме правления Союза композиторов СССР: «Сколько бы ни развивалась наша песня, главным всегда будет в ней гражданская устремленность, большая общественная тема, острый социальный заряд» [25]. Е.А. Матутите в 80-х годах самое массовое и демократичное песенное искусство в стране рассматривает как «действенное средство формирования мировоззрения, нравственных качеств строителя нового общества, обогащения его чувств» [20]. В.С. Тяжельникова уже в 2000-х пишет о том, что «по той роли, которую играли советские песни в политической жизни, какие архетипы массового сознания они вобрали в себя и, наоборот, как они влияли на формирование новой советской идентичности, им по праву должна принадлежать одна из первых строк в рейтинге исторических источников той эпохи» [34]. В.В. Помещикова в 2015 году рассматривает советскую песню как исторический и культурный феномен, как явление музыкальной культуры, которое «может восприниматься в качестве документа эпохи, выполняя познавательно-просветительскую функцию в различных ракурсах её проявления – историко-фактологическом, философско-мировоззренческом, этико-эмоциональном, художественноэстетическом» [26, с. 43].

В последнее десятилетие выходят статьи о песне Р.Ш. Абельской, С.И. Кацман, И.В. Вилковой, Я.В. Глушакова, Ю.С. Дружкина, Д.А. Журковой, Е.А. Капичиной, В.В. Лелеко, В.И. Лях, Сигиды Д.А. [1; 4–9; 13; 17; 18] и др.

Высказывание Е.А. Степановой относится к песенному образу Родины, но отражает общие тенденции эмоционального воздействия песни. Автор выделяет следующее обстоятельство: «Как бы мы ни относились к нашему советскому прошлому, вряд ли можно отрицать сильнейшее эмоциональное воздействие песенного образа Родины даже на тех людей, которые не разделяли восторгов по поводу успехов социалистического строительства. Точно так же люди, которые с удовольствием поют эти песни сегодня, не обязательно являются приверженцами советской социалистической идеи» [32, с. 39].

Необходимо отметить работы Л.И. Ивановой, Л.М. Кадцына, В.В. Лелеко, А.М. Цукера в силу наличия разносторонних подходов в анализе «песни как явления». Л.И. Иванова презентует обзор советской песенной культуры от рождения вплоть до 80-х годов [11]. Л.М. Кадцын пишет о возрождении эстрадной песни во второй половине 50-х годов, бурном развитии бардовского творчества в 60–70-е годы, а также о новом этапе развития массовой музыкальной культуры в 70–80-е годы, с радикальным обновлением традиционных форм [12]. В.В. Лелеко считает песню ведущим жанром массовой музыкальной культуры и главу в своем диссертационном исследовании посвящает мифопоэтике массовых песенных жанров [16].

Публикации о массовой музыкальной культуре А.М. Цукера позволяют анализировать процессы трансформации, происходящие в поле отечественной массовой музыки 1960–1990 годов и далее. Например, по мнению А.М. Цукера, причины перехода от советской массовой песни к эстрадному шлягеру находятся как в социокультурных изменениях среды бытования, так и в самой песне, ее содержании и стиле, в ее «образе жизни» [36, с. 41]. Об отечественном шоу-бизнесе, «фактически начавшемся с блатной продукции», читаем в статье А.М. Цукера: «Если в период государственно-бюрократического регулирования художественными процессами все же изыскивались, вопреки всем запретам и ограничениям, возможности творческого самовыражения,… то в новой экономической ситуаций шоу-бизнес подмял под себя все, что пользуется спросом и может приносить гарантированные доходы, – всю достаточно мощную и разветвленную поп-индустрию» [35].

Итак, переосмысление ключевых событий российской истории и появление значительных современных работ в области отечественной массовой музыкальной культуры, определяющих песню как социокультурное явление, подтверждают актуальность исследований и дают возможность определения более точной панорамной картины песенных трансформаций в целом. Прежде чем говорить о «радикальных мутациях» всеми любимого жанра переходного периода от советской эстрады к постсоветской поп-культуре в 90-е годы, обратимся к исторической ретроспективе песенных трансформаций на протяжении всего XX столетия.

В XX столетии российская песенная культура пережила множество трансформаций, прежде всего связанных с глубокими мировоззренческими изменениями в общественном сознании на фоне масштабных государственных событий. Начиная с периода русско-японской войны, проходя сквозь перипетии революции 1905 года, Первой мировой войной и Февральской революции;

затем пережив события Октябрьского переворота, Гражданской войны, коллективизации, сталинских репрессий в форме геноцида, Великой Отечественной войны; «оттаяв» в хрущевское правление и перейдя в брежневский период, а дальше через перестройку в развал СССР и рождение нового российского государства, песенная культура прошла сложный и плодотворный путь.

В начале века популярная музыка России, исторически предшествующая массовой, состояла в основном из городского и крестьянского фольклора, русских и цыганских романсов, солдатских и революционных песен, водевилей, варьете, кабаре. В различных слоях населения были свои песенные приоритеты.

Но, к примеру, новомодные граммофонные записи исполнителей А. Вяльцевой, В. Паниной, Н. Плевицкой, Ф. Шаляпина, Л. Собинова, так же как тюремные песни на концертной эстраде в летних садах и перед сеансами в кино, имели успех «и в дворцах и хижинах» [19, с. 24].

В годы культурной революции молодой страны Советов (1917–1927), с ее жестким искоренением прежних стереотипов, изменением социального состава творческой интеллигенции и утверждением всех атрибутов новой государственности, песенная культура, в составе новой пролетарской культуры, становится объектом активного идеологического переосмысления. Установка на отторжение прошлого, на подавление личности и возвеличивание массы успешно воплощается и в песенных жанрах. Важнейшей задачей государства провозглашается просвещение рабочих и крестьян, развитие профессионального музыкального образования и общего музыкального воспитания. Основа воспитания – хоровое пение в виде многочисленных школьных и самодеятельных хоров, музыкальных и театральных представлений. Грандиозная музыкально-просветительская работа способствовала бурному росту бытовой музыкальной культуры, расцвету художественной самодеятельности. Песенная культура постепенно приобретала на многие последующие годы форму преимущественно коллективного, массового творчества.

До Великой Отечественной войны массовыми считались красноармейские и партизанские песни периода Гражданской войны, комсомольские песни 20-х годов, песни участников творческого объединения молодых композиторов «Проколл» и все песенное творчество профессиональных советских композиторов – А. Александрова, М. Блантера, Н. Богословского, В. Захарова, Ю. Милютина, Дм. и Дан. Покрасс, В. Пушкова, Т. Хренникова, Д. Шостаковича и др. В том числе песни из кинофильмов и созданный в 30-е годы композитором И. Дунаевским новый тип советской эстрадной музыки, названной Л. Утесовым «песенным джазом». Песенное творчество А. Варламова, И. Дунаевского, А. Цфасмана положило начало формированию понятия «советская эстрадная песня», а песни А. Вертинского явились предтечей будущей «авторской песни». Довоенная эстрадная песня, в противовес массовой, с ее преимущественно общенародным мажорнооптимистическим содержанием, чаще выражала мир индивидуальных переживаний и, минуя вершинные образцы, не обошлась без перепевов блатной лирики. В ресторанной среде преобладала распространившаяся по всей стране одесская песня, с ее характерным жаргоном, сформировавшаяся как субкультура в 20-е годы.

Позднее, с возникновением понятия «советская песня», к массовой песне стали относить только хоровую песню на общественно-политические темы в массовом исполнении. В трудное для страны время массовая, хоровая песня как ведущий жанр советской музыкальной культуры всегда становилась стержнем, опорой в духовном и физическом выживании русского человека.

Довоенная песенная культура развивается в различных условиях:

относительного плюрализма в первое десятилетие советской власти;

тоталитарного жесткого идеологического давления в 30–40-е. В песне уже с 30-х годов революционно-гимническая направленность сменилась оптимизмом массового энтузиазма и торжеством трудовых побед, что контрастировало с реальными проблемами тяжелейших экономических переустройств, жестких обстоятельств коллективизации сельского хозяйства, репрессий и лагерей, жестоких проявлений культа личности. В песенную культуру в короткие сроки были внедрены новые ценности официальной культуры, такие как светлое будущее и коммунистическое равенство, беззаветная верность делу партии, народная любовь к вождям пролетариата, а также патриотизм и интернационализм. «Именно песня, ее мифопоэтические образы обладали способностью объединять и сплачивать людей, воплощать и выражать на образно-эмоциональном уровне господствующие умонастроения и важные для общества идеи» [16].

Рождение тоталитарной социокультурной мифологии в СССР состоялось и, как многое другое, не может быть оценено однозначно. С одной стороны, знаменитая фраза «Нам песня строить и жить помогает» В. Лебедева-Кумача в песне И. Дунаевского имеет реальную духовную силу и значение в жизни советского человека, так же как и фраза «Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек». А с другой – такая мифология во времена «большого террора», конечно, сегодня воспринимается, по меньшей мере, цинично. Таким образом, это песенное явление можно трактовать как порождение тоталитарного режима и одновременно как проявление гуманизма во времена жестокого подавления человеческой личности.

Одни песенные творцы, существуя в той эпохе, часто воспринимали пафосновосторженно свою страну, совсем не как тоталитарную систему, а как наиболее прогрессивную и рациональную форму организации общества. Другие, в силу двойственного сознания, приспособились думать и творить, так сказать, отдельно. Кто-то был обласкан властью, кто-то уничтожен морально или физически, а кто-то пережил и великие почести, и трагическую горечь разочарований. Присущее интеллигенции критическое понимание происходящего в эпоху сталинизма либо тщательно скрывалось, либо заканчивалось расстрелами, ссылками, тюрьмами, психиатрическими клиниками НКВД. Вот такие метаморфозы...

В годы Великой Отечественной войны наработанная официальная идеологическая составляющая песенной культуры меркнет перед возрождающимся русским патриотизмом, небывалым народным единением в борьбе с врагом. Наряду с героико-патриотическими песнями, в массовой песенной культуре сформировалось параллельное, неофициозное направление, представленное лучшими произведениями патриотической лирики. Песни военного времени композиторов А. Александрова, М. Блантера, Н. Богословского, И. Дунаевского, Е. Жарковского, С. Каца, Б. Мокроусова, А. Новикова, В. Соловьева-Седого, М. Табачникова, М. Фрадкина, Т. Хренникова на слова В. Агатова, Н. Букина, В. Гусева, М. Исаковского, О. Колычева, В. Лебедева-Кумача, Л. Ошанина, А. Суркова, А. Фатьянова, Я. Шведова и др. навсегда вошли в золотой фонд отечественной культуры.

Невероятную значимость «боевой» песни подтверждает возобновление в 1942 году на Апрелевском заводе производства грампластинок, немедленно отправляемых на фронт.

В послевоенные годы возобновляется давление официальной политики и идеологии в широкомасштабных кампаниях по борьбе с формализмом и космополитизмом. Волна арестов не миновала и многих деятелей культуры, преимущественно еврейской национальности. Джаз, всегда подвергавшийся жесткой критике, теперь исключается из официальной культуры. Одни джазоркестры (О. Лундстрема, А. Цфасмана, Э. Рознера) расформировываются, другие (оркестры Л. Утесова, Б. Ренского, Д. Покрасса), идеологически скорректировавшие свой репертуар, вынуждены исполнять эстрадную и так называемую «псевдоджазовую» музыку. Только после смерти Сталина советский джаз начинает обретать относительно свободное развитие.

Песни послевоенного времени (второй половины 40–50-х годов) в официальной советской культуре тематически традиционны и идеологически однополярны, как и прежде. Но, как и прежде, рождаются песни – образцы советской песенной культуры, такие как «Где же вы теперь, друзьяоднополчане?» (В. Соловьев-Седой – А. Фатьянов), «Подмосковные вечера»

(В. Соловьев-Седой – М. Матусовский), «Что так сердце растревожено»

(Т. Хренников – М. Матусовский), «Три года ты мне снилась» (Н. Богословский – А. Фатьянов), «Дороги» (А. Новиков – Л. Ошанин) и мн. др.

Времена хрущевской «оттепели» (с середины 50-х до середины 60-х годов) в социокультурном плане отмечены ослаблением влияния тоталитарного режима на индивидуальный процесс художественного творчества.

В исторических условиях разоблачения культа личности, возвращения репрессированных из тюрем и ссылок, восстановления международного культурного обмена, вступления человечества в космическую эру песенная культура начинает бурно эволюционировать. Жанровые самоповторения, засилье номенклатурно-партийной тематики с фальшиво-официальной патетикой закономерно вызывали беспокойство о возможной утрате лучших песенных традиций и возникновение дискуссий о поисках новых форм в начале шестидесятых. Советская массовая песня, с 1929 по 1956 годы доминирующая в официальной культуре и транслирующая идеи общества в целом, теряет свое ведущее положение. «Искусство преодолевает ограниченность тематики и её ортодоксальную интерпретацию» [14]. Возрастает интерес к индивидуальному, личному; все более условными становятся границы между массовой и эстрадной песней. Рождение нового типа гражданственно-публицистических песен с высказыванием от первого лица, возвращение после тридцатилетних гонений городского романса, формирование авторской песни (через студенческую и самодеятельную), преобладание танцевальности (твист, вальс), возникновение так называемой «дворовой лирики» – только некоторые особенности развития песенного жанра 60-х. Флагманы жанра – композиторы разных поколений: А. Бабаджанян, В. Баснер, В. Гаврилин, Е. Жарковский, Э. Колмановский, В. Мурадели, А. Новиков, А. Островский, А. Пахмутова, А. Петров, В. Соловьев-Седой, М. Таривердиев, С. Туликов, О. Фельцман, Я. Френкель, Т. Хренников, А. Эшпай и др. В авторской песне – это М. Анчаров, Ю. Визбор, В. Высоцкий, А. Галич, Н. Матвеева, Б. Окуджава и др.

В брежневский период правления (вторая половина 60-х–80-е годы) советская песенная культура бытовала в условиях усиления влияния цензурного пресса, расширяющегося международного сотрудничества, отлаженной системой концертно-гастрольной деятельности (Госконцерт, Союзконцерт), роста оппозиционных настроений в обществе.

Отсюда – бурный рост официальной профессиональной и самодеятельной культуры и одновременно неподцензурной культуры в виде многообразных течений:

протеста на ограничения авторской песни в виде «магнитофонной революции», развития рок-культуры, выхода в свет тюремно-романтической и эмигрантской лирики и т. д. С течением времени происходит взаимопроникновение этих культур.

Песенную культуру последнего советского периода прославили композиторы Ю. Антонов, Л. Афанасьев, В. Баснер, А. Барыкин, А. Бабаджанян, В. Гаврилин, Г. Гладков, Е. Дога, М. Дунаевский, Т. Ефимов, А. Журбин, А. Зацепин, Э. Колмановский, Е. Крылатов, В. Кузьмин, Ю. Лоза, И. Лученок, А. Мажуков, В. Малежик, Е. Мартынов, В. Матецкий, В. Мигуля, М. Минков, С. Намин, И. Николаев, Р. Паулс, А. Пахмутова, А. Петров, Г. Пономаренко, Е. Птичкин, В. Резников, А. Рыбников, Ю. Саульский, М. Таривердиев, С. Туликов, Д. Тухманов, Ю. Чернавский, В. Шаинский, М. Фрадкин, Я. Френкель.

Очевидно, что в этот далеко не полный перечень вошли выдающиеся профессиональные композиторы – члены Союза композиторов СССР наравне с непрофессиональными композиторами и композиторами – исполнителями собственных песен, получивших всенародное признание. До этого времени это просто было невозможно по причине абсолютного господства в официальной культуре творчества профессиональных композиторов.

Безусловно, песенный жанр прославился и обогатился, благодаря творчеству поэтов, достойно вошедших в историю отечественной песенной культуры. Это М. Агашина, Б. Ахмадулина, А. Вознесенский, Ю. Визбор, В. Высоцкий, А. Галич, Р. Гамзатов, А. Дементьев, Л. Дербенев, Н. Добронравов, А. Дольский, Е. Евтушенко, Ю. Ким, М. Львов, М. Матусовский, С. Никитин, М. Ножкин, Б. Окуджава, Б. Пастернак, М. Пляцковский, А. Поперечный, И. Резник, А. Розенбаум, Р. Рождественский, Н. Рубцов, М. Танич, В. Тушнова, Д. Усманов, Э. Ханок, В. Харитонов, М. Цветаева, М. Шабров, И. Шаферан, Ю. Энтин и др.

В годы Перестройки (1985–1991) в условиях смягчения идеологического диктата, зарождения различных форм собственности, расширения культурноинформационного пространства песенная культура начинает радикально меняться. Реабилитация бардовской песни (А. Галич, В. Высоцкий), легализация рок-музыки (Б. Гребенщиков, К. Кинчев, Ю. Шевчук, В. Цой, В. Бутусов и др.), создание новых групп («Квартал», «Любэ», «Электроклуб», «Дискотека Авария» и мн. др.), зарождение коммерческой поп-культуры («Ласковый май», «Комбинация», «Кар-мэн», «На-на»), выход шансона и «пацанского» рэпа на телевизионные и сценические площадки – вот главные отличительные особенности последних советских лет. Непосредственно «перестроечные настроения» отражены в песнях «Мы ждём перемен» («Кино»), «Ветер надежды» («Машина времени»), «Истерическая перестроечная»

(Ю. Ким), «Что вы сделали с нашей мечтой» («Ария»), «Этот поезд в огне»

(«Аквариум»), «Скованные одной цепью» («Наутилус Помпилиус»), «КПСС»

(И. Тальков), «Революция» (ДДТ), «Время менять имена» («Алиса») и др.

С распадом СССР в 1991 году заканчивается история сложного и неоднозначного явления массовой культуры – советской песни, несмотря на все противоречия, представленной выдающимися и любимыми образцами творчества блистательных мастеров – создателей и исполнителей.

В меняющемся государстве, по уже знакомым нам революционным законам культурной революции начала века – отрицания традиций жанра, новая песня пошла по пути примитивизации и многообразия творческих стилей.

В переходный период от советской эстрады к постсоветской поп-культуре в 90е годы происходят, по выражению А.М. Цукера, «радикальные мутации»

песенного жанра. Формируется коммерческая песенная индустрия (шоубизнес), меняются «требования к творчеству и формы реализации песенной продукции» [24], возникают новые массовые жанры развлекательного типа, старые формы эволюционируют под влиянием нового жизненного содержания.

Созданные по канонам социалистического реализма песни трансформируются в хиты, шлягеры, композиции, следуя идейно-художественным принципам постмодернизма.

В конечном счете, ожидая увидеть на высших местах национального хитпарада безусловные образцы высшего качества, как отмечает Сыров, «остается ощущение, что скорее имеются единичные творческие открытия, которые подхватываются, тиражируются и быстро девальвируются». По мнению автора, в общей массе песенная эстрада и поп-музыка представляют собой море безликой музыкальной продукции, тем не менее существуют наиболее яркие примеры настоящих открытий, таких как творчество В. Резникова, работы «А-Студио», глубоко национальные по духу опыты А. Мисина, группы «HI-FI», авторов-исполнителей Л. Агутина, В. Сюткина, И. Корнелюка, О. Газманова, И. Николаева, А. Губина, А. Розенбаума, М. Шуфутинского, М. Круга, В. Кузьмина, А. Барыкина, И. Лагутенко, Земфиры [33].

Приведенное мнение является искусствоведческим. Журналистское же видение массовой музыкальной культуры 90-х представим на примере тезисов лекции «АнтроПОПлогия: почему в 1990-х русская поп-музыка была лучше, чем сейчас?» Д. Бояринова, редактора раздела «Современная музыка»

интернет-издания Colta.ru. Его основной тезис: поп-музыка в России 90-х была гораздо качественнее и интересней, чем сейчас. «Нынешняя попса закрепилась в рамках сервисного сектора, она помогает людям тратить деньги, развлекаться, поглощать еду в ресторанах и убивать время в интернете – не более. Попмузыка 90-х несла гораздо более серьезную функцию. Артисты были медиумами новых идей и образов, определявших жизнь общества в текущий момент и в дальнейшем». В качестве примера «стопроцентного продукта 90-х»

Д. Бояринов выбирает И. Талькова, С. Минаева, экзотик-тревел-поп-группу «Кар-Мэн», герлз-бенд «Комбинация». По мнению Бояринова, попса в России 90-х – это примерно то же самое, что рок-н-ролл на Западе в начале 60-х, и одной из важнейших функций поп-музыки 90-х является совершение в стране секс-революции. «Откровенные наряды, шокирующие тексты, примеры самых неожиданных связей перевернули сознание жителей страны, в которой буквально пару лет назад секса еще не было» [37].

В контраст этому вспомним недавнее советское прошлое, где песни предполагали определенный исполнительский стиль. «Полное звучание эстрадно-симфонического или джазового оркестра, большого по составу хора, хорошо поставленные, богатые по тембру голоса солистов. Сдержанное сценическое поведение, красивые, но строгие костюмы, скромное световое сопровождение – все должно было концентрироваться на песенном содержании» [24]. Вот такие трансформации… Безусловно, кроме новых веяний «эпохи 90-х», сохранился потенциал целой плеяды песенных творцов, ранее прославлявших уже «бывшую» страну, но не востребованных в первое десятилетие постсоветского периода. В 90-е А.Н. Пахмутова, автор, «по-новому», хитов и шлягеров 50-х, 60-х, 70-х и 80-х, осваивая новые технологии композиции и звукозаписи, работая с молодыми исполнителями, говорит о том, что современный процесс не имеет логики.

«То, что песни, воспевающие "ту" жизнь, – уже не нужны, просто трагично.

Не говоря уже о том, что в художественном отношении советская песня, ее лучшие образцы – это уникальное явление мировой музыкальной культуры.

Невозможно отречься от всего этого...» [21]. Н.Н. Добронравов – автор множества песен, написанных вместе с А.Н. Пахмутовой, вспоминает начало своей творческой деятельности, когда входили в силу А. Вознесенский, Б. Ахмадулина, Е. Евтушенко и уровень поэзии был очень высок. «Помню, какая бурная полемика была в газетах по поводу, в общем-то, безобидных слов Матусовского "Что ж ты, милая, смотришь искоса, низко голову наклоня".

А сейчас мы слышим в эфире "Я беременна, но это временно", и никого это не возмущает. Уровень песенного творчества падает, вот что прискорбно» [10]. В. Добрынин, автор около 1000 песен, наделенный титулом «Мистер шлягер», в одном из интервью сетует, что уходит в небытие российская песенная традиция. «Песни как таковой (а именно ей я посвятил основную часть жизни) сегодня почти не существует. Исчезла хорошая мелодия с приличными словами, которые сочиняли профессиональные авторы.

Ушла образность, метафоричность. Порой налицо банальное незнание русского языка» [2].

Эти высказывания состоявшихся в советское время уважаемых песенных творцов о грандиозных переменах 90-х – только набросок картины, так называемый «верхний слой» проблемы трансформации «явления-песни»

в конце XX века. На самом деле, чтобы получить полную картину процессов, происходящих в поле отечественной песенной культуры в конце XX века, кроме оппозиции «отцов» и «детей», надо описать и проанализировать многое.

Это и нарождающиеся здоровые творческие импульсы среди ужасающей пошлости тех лет, и причины возврата к «хорошо забытому» песенному материалу со второй половины 90-х, и изменившиеся методы диагностики лучших песен, и ситуация отсутствия коммерческой звукозаписывающей индустрии, выпускающей высокохудожественную продукцию (при наличии коммерческого вещания) и многое другое.

Переосмысление прошлого и выбор дальнейшего пути развития осуществляется именно в кризисно-переходные эпохи. Селекционный песенный отбор во времени продолжается, результаты отбора – дело недалекого будущего.

Список литературы:

Абельская Р.Ш., Кацман С.И. Советская массовая песня как карнавальный 1.

жанр (к концепции преподавания истории литературы советского периода) // Политематический журнал научных публикаций «Дискуссия». – 2015. – № 9 (61) / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http://www.

journal-discussion.ru (дата обращения: 12.03.2016).

Бочаров Д. Вячеслав Добрынин: «Нынешняя песня и строить не помогает, 2.

и жить мешает» // Газета «Культура» 26.01.2016. / [Электронный ресурс]. –

Режим доступа: (дата обращения:

URL: http://www.portal-kultura.ru 14.03.2016).

Бялик М.Г. Песня // История музыки народов СССР, V том, 1956–1967. – 3.

М.: Сов. композитор, 1974. – С. 320–347.

Вилкова И.В. К вопросу о изучении пионерской песни как средства 4.

формирования патриотизма // Гуманитарные научные исследования. –

– №6 ресурс]. – Режим доступа:

2012. / [Электронный URL:

http://human.snauka.ru (дата обращения: 9.03.2016).

Глушаков Я.В. Нам песня строить и жить помогала. Отечественная 5.

хоровая массовая песня вчера и сегодня // Школа молодого исследователя:

Сб. научных трудов. – № 4 (11). По материалам конференций в Союзе московских композиторов. – М.: Издательство «РИТМ», 2014. – С. 66–73.

Дружкин Ю.С. Песня как социокультурный феномен // Обсерватория 6.

культуры. – 2010. – № 3. – С. 63–66 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: (дата обращения:

URL: http://www.yuri-druzhkin.narod.ru 1.03.2016).

Дружкин Ю.С. Песня от 70-х до 90-х: что дальше? Кризис отечественной 7.

песни и его культурно-исторические корни // Эстрада сегодня и вчера. – № 1. – М., 2010. – С. 7–53.

Журкова Д.А. Что показывает песня? Популярная музыка на советском 8.

телевидении. Часть 1. 1960–1970-е годы // Обсерватория культуры. – 2015. – № 3. – С. 122–134.

Журкова Д.А. Что показывает песня? Популярная музыка на советском 9.

телевидении. Часть 2. 1980-е годы // Обсерватория культуры. – 2015. – № 3. – С. 135–141.

10. Захарчук М. В песне – жизнь моя… 22 ноября – 85 лет со дня рождения поэта Николая Добронравова // Столетие. Информационно-аналитическое издание фонда исторической перспективы. 22.11.2013 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http://www.stoletie.ru (дата обращения:

12.03.2016).

11. Иванова Л.И. Советская песня // Современная отечественная музыкальная литература. – М.: Музыка, 2005. – С. 103–164.

12. Кадцын Л.М. Массовое музыкальное искусство XX столетия. Эстрада, джаз, барды и рок в их взаимосвязи. – Екатеринбург: Издательство РГППУ, 2006. – 424 c.

13. Капичина Е.А. Семиозис советской массовой песни // Гилея: научный вестник: Сборник научных трудов. – К.: ВІР УАН, 2014. – № 80 (№ 13). – С. 215–219.

14. Конев В.П. Советская художественная культура периода 30-х–80-х годов XX века: теоретико-исторический анализ: дис. … д-ра культур. – Кемерово, 2004. – 415 c.

15. Корев Ю.С. Советская массовая песня. – М.: Музфонд СССР, 1956. – 36 с.

16. Лелеко В.В. Мифопоэтика советской массовой музыкальной культуры (вторая половина 1950-х – начало 1980-х годов): автореф. дис. … канд.

культур. – СПб.: СПбГУКИ, 2011. – 22 с.

17. Лелеко В.В. Мифопоэтический образ Родины в советской песне 1940– гг. // Вестник Санкт-Петербургского государственного 1980-х университета культуры и искусств. – 2013. – № 4 (17). – С. 112–116.

18. Лях В.И., Сигида Д.А. Советская массовая песня как феномен музыкального искусства XX века // Культурная жизнь Юга России. – 2015. – № 2 (57). – С. 22–25.

19. Мархасев Л.С. XX век в легком жанре (Взгляд из Петербурга-ПетроградаЛенинграда): Хронограф музыкальной эстрады 1900–1980 годов. – СПб., 2006.

20. Матутите Е.А. Советская массовая песня 70–80 годов. – М.: Знание, 1982 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL:http://www.ale07.ru (дата обращения: 11.03.2016).

21. Муратова В. Александра Пахмутова: Повесть о тревожной зрелости ресурс]. – Режим доступа:

/ [Электронный URL: http://www.

gazeta.zn.ua/CULTURE 1декабря1995(дата обращения: 11.03.2016).

22. Hестьев И.В. Массовая песня // Очерки советского музыкального творчества. Том 1. – М.- Л., 1947.

23. Hестьев И.В. Русская советская песня. – М.-Л.: Государственное музыкальное издательство (МУЗГИЗ), 1951. – 34 с.

24. Официальный сайт региональной общественной организации «Союз московских композиторов». Песенная секция / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http: //www.союзмосковскихкомпозиторов.рф/sectsong.htm (дата обращения: 13.03.2016).

25. Пахмутова А.Н. Доклад на пленуме правления Союза композиторов СССР, посвященном советской песне. – Киев, 1975 / [Электронный ресурс]. –

Режим доступа: URL:http://www.pakhmutova.ru/songs (дата обращения:

9.03.2016).

26. Помещикова В.В. Советская песня как исторический и культурный феномен отечественного искусства // Новое слово в науке и практике:

гипотезы и апробация результатов исследований. – 2015. – № 20. – С. 40–43.

27. Попова Т.В. О песнях наших дней. – М.: Музыка, 1969. – 490 с.

28. Смирнова Н.И. Песня на эстраде // Русская советская эстрада 1946–1977:

очерки истории. – М.: Искусство, 1981.

29. Сохор А.Н. Из истории песен Великой Отечественной войны. – М.: Сов.

композитор, 1963. – 58 с.

30. Сохор А.Н. Наше оружие – наши песни // Вопросы социологии и эстетики музыки. – М., 1983. Т. 3. – С. 180–190.

31. Сохор А.Н. Путь советской песни. – М.: Советский композитор, 1968. – 108 с.

32. Степанова Е.А. «Все проходит. Остается Родина – то, что не изменит никогда»: образ Родины в советской песне // Лабиринт. Журнал социальногуманитарных исследований. – 2015. – № 4. – С. 28–42.

33. Сыров В.Н. Старые и новые реалии массовой музыкальной культуры // История отечественной музыки второй половины ХХ века. – СПб, 2005 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http:// www. people.

nnov.ru› Syrov/Rus/Mass culture.htm (дата обращения: 6.03.2016).

34. Тяжельникова В.С. Советская песня и формирование новой идентичности // Отечественная история. – 2002. – № 1. – С. 174–181.

35. Цукер А.М. Интеллигенция поет блатные песни (блатная песня в советской и постсоветской культуре) // Искусство ХХ века: элита и масса. –

Н. Новгород, 2004 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http:

//www.gnesinstudy.ru (дата обращения: 12.03.2016).

36. Цукер А.М. Отечественная массовая музыка: 1960–1990. Изд. 2-е доп.

и испр. – Ростов – на – Дону, 2012.

37. Чеснокова Е. «Попса в России 90-х – это то же самое, что рок-н-ролл на Западе в начале 60-х» // БИЗНЕС Online. Деловая электронная газета

Татарстана. 5.05.2015 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL:

http://www.business-gazeta.ru (дата обращения: 11.03.2016).



Похожие работы:

«Киселев Михаил Александрович ВОЗНИКНОВЕНИЕ РОССИЙСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В 1-Й ЧЕТВЕРТИ XVIII В. 07.00.02 – Отечественная история Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Екатеринбург – 2010 Работа выполнена на кафедре истории...»

«142 ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2013. Вып. 1 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ ГОРОЖАНЕ И СЕЛЯНЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ: РЕПЛИКА ПО ПОВОДУ НОВОЙ РАБОТЫ П.В. ЛУКИНА В 2012 г. вышел в свет сборник "Споры о новгородском вече. Междисциплинарный диалог. Материалы круглого стола. Европейский университет в Санкт-Петербурге 20 сентября 2010...»

«АСЛАН ХАЛИЛОВ ГЕНОЦИД ПРОТИВ МУСУЛЬМАНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ ЗАКАВКАЗЬЯ В ИСТОРИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКАХ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО БАКУ – 2000 ББК 32 (Аз) Х 17. Ответственный за выпуск АЛОВСАТ АГАЛАРОВ Редактор АХВЕРДИЕВА С. Художник Т. М...»

«Панова Ольга Юрьевна НЕГРИТЯНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА США 18-НАЧАЛА 20 ВЕКА: ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ИНТЕРПРЕТАЦИИ Специальность 10.01.03 – Литература народов стран зарубежья (американская и европейская литература) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора филол...»

«Часть I СЛАВЯНЕ И НАРОДЫ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ ЕВСЕВИЙ КЕСАРИЙСКИЙ Ранней Византии история культуры обязана одним историографическим жанром, который определил и то новое качество, каковым характеризовался весь период становления государства и его культуры. Более того, эт...»

«Емельянов Евгений Павлович Творческий путь Н.В. Устюгова в контексте развития советской исторической науки Специальность 07.00.09 – историография, источниковедение и методы исторического исследования Диссертация...»

«Межрегиональная (территориальная) Санкт-Петербурга и Ленинградской области организация Общероссийского Профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ (13 марта 1931 год) Введение в Профсоюз История создания и развития Профсоюза работников...»

«ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 101 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2012. Вып. 4 УДК 002.2 (470.51) Г.И. Старкова ПОЛИФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ ПУБЛИКАЦИЙ ПРОИЗВЕДЕНИЙ УДМУРТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В ДОВОЕННОЙ МОЛОДЁЖНОЙ ПРЕССЕ Впервые публикации литературно-художественны...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.